«Следующая остановка – Верхняя Пышма!»: как казанскую «Пантеру» запаковали и увезли на Урал

Немецкий танк «Пантера» (Panzerkampfwagen V Panther), который недавно выкопали из-под земли в центре Казани, прямо сейчас готовят к отправке из столицы РТ на Урал. Его отвезут в музейный комплекс гражданской и военной техники в Верхней Пышме (Свердловская область) Уральской горно-металлургической компании (УГМК). Теперь об этом можно говорить уверенно.

В среду, 30 сентября, место «раскопок» во дворе корпуса Б КНИТУ-КХТИ посетил раис РТ Рустам Минниханов, и не из простого любопытства. По словам наших собеседников, во время визита была окончательно решена судьба машины. Было два варианта: отправить в упомянутый музей на Урале или оставить в Татарстане, реконструировать. В вузе не скрывали, что хотели бы оставить такой ценный экспонат в Казани. Но возможностей для консервации, восстановления у университета нет, так что решение было за руководством республики. (Фото: tatarstan.ru)

В итоге решили, что танк должен быть передан высококвалифицированным специалистам «для проведения комплекса необходимых реставрационных работ, а затем — размещен в открытой музейной экспозиции». Ректор КНИТУ-КХТИ уточнял, что машина передается на баланс республики. Возможно, что танк так и останется в собственности Татарстана, но будет экспонироваться в Свердловской области. (Фото: tatarstan.ru)

Вскоре после новостей о трофее им заинтересовался некий «человек с деньгами», готовый вложиться в восстановление машины. По нашим данным, речь об основном спонсоре и идейном вдохновителе музейного комплекса в Пышме, гендиректоре УГМК миллиардере Андрее Козицыне (35-е место в списке российских миллиардеров по версии Forbes, журнал оценивает состояние в $5,2 млрд). И именно с Урала пришли деньги на подъем танка из-под земли и его транспортировку. В самом музее пока воздерживаются от комментариев — ждут прибытия машины. (Фото: tatarstan.ru)

Машин такой модификации всего три, одна стоит в подмосковной Кубинке. Танк находился на глубине 4 м под землей, куда был вкопан в послевоенные годы, и выполнял роль бронеямы. Специальное сооружение позволяло безопасно проводить испытания высокоэнергетических материалов. «Музейные „Пантеры“ в мире есть, а „Пантера“, работавшая лабораторным оборудованием, насколько известно, одна», — отмечает в беседе с «БИЗНЕС Online» старший научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН, старший научный сотрудник Музея обороны и блокады Ленинграда Дмитрий Асташкин.

«Главное — закончить погрузку до прибытия сюда студентов!» — торопил бригаду сегодня в 7 часов утра завхоз Института полимеров КНИТУ-КХТИ.

Когда мы прибыли на место, кран менял точку опоры, уступая место тралу.

Трал необычный — голландский, с подруливанием задних осей. «Обычно я вожу стальные 40-метровые балки, потому что трал телескопический — выдвигается еще на 29 метров назад, — объяснял нам водитель. — Но им нужен был такой, чтобы можно было подруливать во дворе. Обычный бы не проехал. Здесь до 60 градусов задние оси поворачиваются, управлять можно ими сзади с пульта».

Трал, как и водитель, прибыл из Свердловской области. 196-й регион на номерах это подтверждал.

Раскопку и перевозку танка доверили «Трем богатырям». Фирма, в частности, перевозила легендарный космический корабль «Буран» из подмосковного Жуковского в тот же музей в Верхней Пышме, куда и отправится сегодня казанская «Пантера». Один из работников рассказал нам: чтобы провезти «Буран» через полстраны, потребовалось немало усилий. К примеру, нужно было поднимать каждый провод, висящий над дорогой по пути.

Посовещавшись, на какой участок ставить трал, рабочие принялись за работу.

Танк закрепили стропами по углам, послышалось громкое «виррра»… Масса машины — 45 т, но это по паспорту. В нынешнем виде, когда некоторые элементы утеряны, весит «Пантера» более 20 тонн. Тоже немало.

И машина поднялась с деревянных балок. Еще немного о ней. Счет идет на единицы, но точная цифра зависит от методики подсчета. Из почти 6 тыс. выпущенных «Пантер» до наших дней дошло около 30, в России самая известная хранится в Кубинке. Машин ранней модификации Ausf. D, с которой танк дебютировал под Курском, построили чуть более 840. Единственной достоверно известной сохранившейся машиной этой версии считается танк в нидерландском городе Бреда, а экземпляр в швейцарском Туне спорный: это может быть и D, и ранняя A, говорит Асташкин.

Веревками танк развернули. Кстати, человеческих усилий на это хватает — так же «вертели» и «Буран».

Самый ответственный момент — выровнять перед приземлением…

Напряженные лица бригадира и крановщика говорят сами за себя.

Здесь покоилась «Пантера». А что с ней будет дальше, в музее пока не говорят. По мнению Асташкина, для казанской «Пантеры» консервация может быть даже уместнее. Если вернуть танку боевой облик 1943 года, придется убрать следы его послевоенной работы в лаборатории, а именно они отличают эту машину от трех десятков музейных «Пантер». Самый дешевый вариант — законсервировать танк в нынешнем виде. Дороже — восстановить внешний облик для показа в музее. Самый дорогой — вернуть машину на ход, чтобы она могла ездить. «Пантеру» Ausf. A для австралийского музея восстанавливали почти четыре года, на это ушло около 14,5 тыс. часов работы. К оплате этого труда надо прибавить стоимость деталей. (Фото: tatarstan.ru)

«Грустно прощаться с местной легендой. Я так понимаю, что его просто хотят показать как можно большему количеству людей как часть нашей истории. Если там, куда он отправится, будет написано, что — да, здесь ковалась послевоенная наука, то это уже будет ценно», — отметил директор Института полимеров университета Ильдар Мусин, который вышел во двор попрощаться.

Тем временем это было не все — танк еще предстояло упаковать. Как заметил водитель, это «чтобы не светиться».

Пленку нагревали пропаном, и она прижималась к «Пантере». Процесс оказался небыстрым и занял около двух часов. «Следующая остановка — Верхняя Пышма!» — произнес водитель и тронул на улицу Горького.

Поехали! В пункт назначения груз должен прибыть 4 октября.