Татарская эстрада переживает парадоксальный период. С одной стороны, лето и Новый год приносят артистам максимальную загрузку, а стоимость одного выступления может превышать 1 млн рублей. Но за красивыми шоу и аншлагами скрывается жесткая экономика: дорогие площадки, налоги, десятки сотрудников и постоянный поиск новых источников дохода. Организовывать концерты становится все менее выгодно и даже убыточно. «БИЗНЕС Online» разбирался, из чего складываются доходы и расходы татарских звезд, вместе с самими героями.
«Конечно, корпоративы, Сабантуи летом — это основной заработок»
Шоу-бизнес — это тоже бизнес
Татарская эстрада сегодня — это полноценная индустрия со своими правилами игры, жесткой конкуренцией и холодной экономикой. Гонорары за корпоративы достигают миллионов рублей, концертные площадки из года в год переписывают прайсы, дорожают оборудование и логистика, растут расходы на содержание коллективов.
Меняется и сама логика шоу-бизнеса. Если еще несколько лет назад главным маркером успеха считались масштабные сольные концерты, то сегодня финансовый фундамент отрасли — корпоративные выступления. Сольники же во многих случаях превращаются скорее в работу на репутацию и диалог со зрителем, чем в реальный источник прибыли.
Лето для татарской эстрады вовсе не сезон отпусков, а один из двух ключевых периодов заработка. Если зимой графики артистов плотно забиты новогодними корпоративами, то с июня начинается настоящий марафон Сабантуев, свадеб и частных мероприятий. При этом расценки в теплое время года почти не отличаются от декабрьских: высокий спрос позволяет исполнителям держать гонорары на прежнем уровне.
По словам собеседников газеты, у артиста первого эшелона летом в среднем набирается около 10 корпоративных выступлений в месяц. Основная часть — частные заказы, к которым добавляются одно-два государственных мероприятия: церемонии награждения, муниципальные и республиканские праздники, профессиональные даты. Так, например, в этом году работников медицинской сферы в конце июня поздравлял Салават Фатхетдинов. Гонорар народного артиста Татарстана и Башкортостана, как уже писала газета, 350–400 тыс. рублей.
Июнь традиционно считается самым «жирным» месяцем — во многом благодаря Сабантую, который проходит не только по всей республике, но и за ее пределами. В пиковые дни некоторые исполнители успевают выступить сразу в нескольких районах Татарстана за один день. «Конечно, корпоративы, Сабантуи летом — это основной заработок, — объясняет заслуженный артист РТ Данир Сабиров. — Концерты ты делаешь прежде всего для зрителя, чтобы поддерживать популярность, выпускать новые песни. А содержать коллектив, записывать материал и развиваться позволяют именно корпоративные выступления».
Если ориентироваться на новогодние расценки татарских артистов, которые «БИЗНЕС Online» публиковал в конце прошлого года, получается внушительная арифметика. Самым дорогим исполнителем остается народный артист Башкортостана Элвин Грей (Радик Юльякшин): его выступление оценивается в 1,5 млн рублей. Теоретически при 10 концертах за месяц (летом) выручка может достигать 15 млн рублей. Следом идут народный артист Татарстана и Башкортостана Ришат Тухватуллин, заслуженная артистка РТ Ильсия Бадретдинова и Марат Яруллин. Их гонорары находятся на уровне 1 млн рублей, а значит, при 10 выступлениях месячная выручка может достигать 10 миллионов.
У большинства других звезд первого эшелона татарской эстрады стоимость корпоративного выступления сегодня находится в диапазоне от 300 тыс. до 700 тыс. рублей. При таком уровне цен месячный оборот составляет 3–7 млн рублей. Как отмечают участники рынка, татарские певцы нередко идут навстречу заказчикам: могут снизить цену на 50–100 тыс. рублей, а иногда и больше. Особенно если речь о Сабантуе в маленьком районе Татарстана.
«Многие думают, что весь гонорар остается артисту. Это не так. После каждого концерта нужно рассчитаться с музыкантами, водителем, администратором. У каждого своя ставка», — напоминает и певец Ринат Рахматуллин
2 млн на зарплаты коллективу
При этом сами артисты настойчиво призывают не путать оборот с личным доходом. Почти весь гонорар — это деньги «в работе»: из них оплачиваются транспорт, аренда светового и звукового оборудования, налоги и множество сопутствующих расходов.
Одна из самых больших статей расходов — содержание собственной команды. Если еще несколько лет назад некоторые татарские артисты могли ездить на гастроли с двумя-тремя музыкантами, то сегодня публика ждет полноценного шоу, а оно требует десятков людей. На сцене вместе с певцом работают бэк-вокалисты, музыканты и танцоры, а за пределами сцены — звукорежиссеры, администратор, директор, водители, технический персонал. Все чаще к этому списку добавляются SMM-специалисты, фотографы и видеографы — профессионалы, которые прекрасно знают себе цену и рассчитывают на «хорошие зарплаты».
По словам участников рынка, каждый член команды артиста в среднем получает от 5 тыс. до 10 тыс. рублей за одно выступление. Летом ставки, как правило, выше: в разгар сезона артисты стараются удержать коллектив, который работает практически без выходных. «Если на концерте я девочкам плачу по 5 тысяч рублей, то летом — уже по 10 тысяч, чтобы поддерживать зарплатный баланс. Иначе люди просто уйдут туда, где платят больше», — объясняет «БИЗНЕС Online» Фирдус Тямаев.
В среднем коллективы топовых музыкантов сегодня насчитывают 10–15 человек. Даже при минимальной ставке в 5 тыс. рублей фонд оплаты труда за одно выступление составляет 50–75 тыс. рублей. Летом, когда выплаты увеличиваются до 10 тыс. рублей на человека, эта сумма вырастает до 100–150 тыс. за один концерт.
Если артист дает около 10 корпоративных выступлений в месяц, только на зарплаты команде уходит 1–1,5 млн рублей. А в больших коллективах, подобных команде Тямаева, где задействованы более 20 человек, ежемесячный фонд оплаты труда может превышать 2 млн рублей. «Многие думают, что весь гонорар остается артисту. Это не так. После каждого концерта нужно рассчитаться с музыкантами, водителем, администратором. У каждого своя ставка», — напоминает и певец Ринат Рахматуллин.
«70–80 процентов на своем концерте — это расходы», — подчеркнул в разговоре с нашим изданием Ильдар Хакимов, супруг и директор Гузель Уразовой
«70–80 процентов концерта — это расходы»
«70–80 процентов на своем концерте — это расходы», — подчеркнул в разговоре с нашим изданием Ильдар Хакимов, супруг и директор Гузель Уразовой.
Экономика сольника сегодня выглядит почти бесперспективной, особенно если речь о выступлениях в районах республики. «У меня в команде 23 человека. Я недавно сел и подсчитал: сегодня мне просто невыгодно ездить с таким коллективом по районам. Стоимость питания и цены на гостиницы выросли, топливо, аппаратура дорожают, налоги увеличились. Мне остается тысяч 20 после всех расходов. Очень хочется выступать в районах, но экономика уже совсем другая», — сетует Тямаев.
Дополнительное давление создали и налоговые изменения. Напомним, что с этого года для бизнеса на упрощенной системе налогообложения снижен порог годовой выручки до 20 млн рублей, после его превышения необходимо платить НДС. В результате многие звезды эстрады перешли в категорию плательщиков НДС и теперь ежемесячно перечисляют государству 5% с доходов. По словам артистов, это заметно изменило экономику концертной деятельности.
Арифметика сольного концерта быстро отрезвляет. Один из наших спикеров привел пример выступления в ДК Арска на 350 зрителей. Даже при аншлаге и средней для топовых исполнителей цене билета в 1,5 тыс. рублей максимальная выручка составит всего 525 тыс. рублей. Дальше начинается список расходов, который нередко уводит в минус.
Отдельной строкой идут затраты на гостиницы, работу фотографов, видеографов и SMM-специалистов, печать афиш и продвижение. В результате даже полностью проданный зал не гарантирует прибыль. Что делать? Гастролировать «на всю катушку». Именно поэтому топовые артисты «оптом» дают по 20 концертов в месяц. Только при таком объеме удается хоть как-то распределить и окупить постоянные расходы.
«У популярных артистов времени нет, они и зимой, и летом на гастролях. Сегодня я в Казани, завтра — в Москве, послезавтра — в Уфе или Перми. Это ежедневные пробеги по 600–700 километров, а иногда и по 1,7 тысячи километров. Дома практически не бываем», — поделился Хакимов.
Цена большого концерта в Казани
С большими концертами в Казани ситуация тоже далека от идеальной. Заработать даже на одном масштабном сольнике почти нереально. Почему? Еще в прошлом году «БИЗНЕС Online» подробно рассказывал о стремительном росте цен на концертные площадки в столице РТ. Всего за год с момента выхода текста суммы успели вырасти еще раз. Так, аренда КСК «УНИКС» подскочила вдвое — с 250 тыс. до 500 тыс. рублей за один арендный день. И это лишь «голая» стоимость площадки. По словам собеседников издания, с учетом обязательных платежей и комиссии билетных операторов итоговая сумма легко доходит до 700 тыс. рублей.
Но аренда лишь начало. Свет, звук, сценические конструкции, экраны, работа режиссерской и технической групп, реклама, видеопроизводство, десятки специалистов за кулисами — организация большого шоу обходится в миллионы. Один из собеседников «БИЗНЕС Online» признался, что подготовка сольного концерта в КСК «УНИКС», над которым работали около 50 человек, стоила 6,3 млн рублей.
«Мы, татарские артисты, не можем просто взять и поднять стоимость билетов. Татарский зритель пока не готов платить за татарских артистов такие суммы, тогда как на русскоязычного артиста они пойдут», — говорил в интервью нашему изданию Ришат Тухватуллин
И даже такие вложения не гарантируют окупаемости. Теоретически организаторы могли бы компенсировать расходы за счет более дорогих билетов, но здесь артисты упираются в еще один фактор — платежеспособность аудитории. Средняя цена билета на концерты татарских артистов в Казани — 3,5–5 тыс. рублей. «Мы, татарские артисты, не можем просто взять и поднять стоимость билетов. Мои коллеги, которые пытались это сделать, не собирали залы и даже были вынуждены отменять концерты. Татарский зритель пока не готов платить за татарских артистов такие суммы, тогда как на русскоязычного артиста они пойдут», — говорил в интервью нашему изданию Ришат Тухватуллин. Сам певец, организуя в начале этого года концерт в «Татнефть Арене» к 15-летию своей творческой деятельности, открыто признавал, что заработать на этом проекте он не рассчитывает. По его словам, такие выступления — это прежде всего возможность отметить важную дату, показать масштабное шоу и поблагодарить зрителя.
Именно поэтому сегодня лишь немногие артисты могут позволить себе большие сольники в Казани. Те же Тухватуллин, Уразова или народный артист РТ Филюс Кагиров обычно дают в КСК «УНИКС» сразу несколько концертов подряд, иногда до 10. Такой формат позволяет распределить расходы на монтаж сцены, рекламу и техническое оснащение между всеми датами и удержать цену билета на приемлемом уровне. Единственный сольный концерт на крупной площадке при нынешних расценках почти гарантированно ставит под угрозу его окупаемость и потому становится роскошью, на которую решаются лишь самые уверенные в своей аудитории исполнители.
Те же Тухватуллин, Уразова или народный артист РТ Филюс Кагиров обычно дают в КСК «УНИКС» сразу несколько концертов подряд, иногда до 10
На чем еще зарабатывают татарские артисты
«Раньше и сам был против того, чтобы заниматься бизнесом, участвовать в рекламе, а сейчас, когда стало сложно, подумываю о дополнительном заработке. Даже советуюсь с блогерами», — говорит один из наших звездных собеседников. В новых условиях дополнительный доход для востребованных татарских селебрити все чаще смещается в соцсети — прежде всего в формат долгосрочных рекламных контрактов с крупным бизнесом Татарстана. Среди партнеров — девелоперы, банки, автодилеры и другие региональные компании, заинтересованные в продвижении через узнаваемые лица.
Как рассказали «БИЗНЕС Online» участники рынка, схема обычно выглядит так: артист и компания заранее договариваются о годовом контракте с фиксированным вознаграждением и четко прописанным пакетом обязательств. В течение года исполнитель должен регулярно упоминать бренд на своих страницах в соцсетях, размещать рекламные посты, отмечать компанию в сторис, а иногда появляться на корпоративных мероприятиях или клиентских вечерах. Для бизнеса это возможность получить лояльную аудиторию артиста, для музыканта — стабильный источник дохода, не зависящий от концертного графика. Стоит такое амбассадорство 1,5–2 млн рублей в год.
Отдельная статья — разовые рекламные интеграции. Разговорный рилс с небольшим сценарием, где артист не просто «держит товар», а органично встраивает его в сюжет, у исполнителя второго эшелона стоит около 100 тыс. рублей, у звезд первой величины — уже 150 тысяч. Самый простой формат — одно упоминание в сторис — обходится в 50 тыс. рублей у менее раскрученных артистов и примерно вдвое дороже у топ-имен. Полноценный обзор в сторис начинается от 80 тыс. рублей и превышает 100 тыс. у самых востребованных певцов. Как правило, за эти деньги контент дублируется сразу во всех соцсетях исполнителя.
Одним из самых популярных проектов среди татарских знаменитостей остается компания NL International, выпускающая косметику, бытовую химию и продукты питания. Ее активно продвигает певица Алсу Фазлыева вместе с супругом Азатом Фазлыевым
Впрочем, подобные контракты доступны лишь ограниченному кругу звезд первого эшелона. Артисты второго и третьего порядка чаще довольствуются бартером — бесплатной одеждой, косметикой, услугами, проживанием в отелях или ужинами в ресторанах в обмен на публикации в соцсетях. Денежные контракты для них остаются скорее исключением, чем правилом. Ситуацию осложнило и то, что с прошлого года реклама в «Инстаграме»* в России запрещена: по оценкам участников рынка, количество интеграций у татарских артистов сократилось примерно на 30%. Полноценные рекламные кампании не проводят, ограничиваясь нативными рекомендациями или упоминаниями брендов без прямых рекламных призывов.
Некоторые звезды татарской эстрады зарабатывают на сетевом маркетинге. Медийность позволяет им не только продавать продукцию подписчикам, но и выстраивать собственные команды дистрибьюторов, получая процент с оборота. Дополнительный бонус — приглашения на корпоративные мероприятия сетевых компаний, где артисты одновременно выступают в роли мотиваторов, амбассадоров бренда и концертных исполнителей. Одним из самых популярных проектов среди татарских знаменитостей остается компания NL International, выпускающая косметику, бытовую химию и продукты питания. Ее активно продвигает певица Алсу Фазлыева вместе с супругом Азатом Фазлыевым, сотрудничество с брендом также не раз демонстрировал Тямаев. Другой пример — южнокорейская компания Atomy, с которой работают Уразова и певица Ильмира Нагимова. Помимо этого, некоторые певцы становятся лицами коммерческих компаний и регионального бизнеса. Так, Уразова сотрудничает с сетью магазинов техники Apple, используя свою узнаваемость для продвижения бренда.
Еще один источник дохода — цифровая дистрибуция. Для таких артистов, как Тухватуллин и Элвин Грей, это прослушивания на стриминговых сервисах и в соцсетях: «Яндекс.Музыке», VK (раньше были Apple Music, Spotify) и других площадках. Однако и здесь татарский шоу-бизнес пока далек от многомиллионных заработков. По словам спикеров «БИЗНЕС Online», даже у самых популярных исполнителей выплаты от агрегаторов обычно составляют от 500 тыс. до 1 млн рублей в квартал.
Еще один источник дохода — цифровая дистрибуция. Для таких артистов, как Тухватуллин и Элвин Грей, это прослушивания на стриминговых сервисах и в соцсетях: «Яндекс.Музыке», VK (раньше были Apple Music, Spotify) и других площадках
На первый взгляд сумма выглядит внушительной, но ее нельзя считать чистой прибылью. Во-первых, деньги распределяются между артистом, автором музыки и текста, продюсером и дистрибьютором. Во-вторых, эти средства необходимо постоянно реинвестировать в выпуск нового материала. Как ранее подсчитывал «БИЗНЕС Online», запись одной татарской песни «под ключ» — от покупки композиции и аранжировки до сведения, мастеринга и продвижения — обходится в среднем в 100–150 тыс. рублей. Если артист выпускает по несколько треков в год, значительная часть доходов от стриминга уходит на производство нового контента. В итоге цифровые площадки для татарских исполнителей остаются скорее приятным бонусом к концертным и рекламным доходам, чем самостоятельным и стабильным источником заработка. А некоторые артисты, добавляют наши собеседники, в поисках подработки и вовсе садятся за руль — и выходят в такси.
Если взять востребованного исполнителя с гонораром в 1 млн рублей за выступление, который летом проводит около 10 корпоративных концертов, его месячная выручка составит 10 миллионов
Сколько остается артисту
В общем, почти каждый заработанный рубль проходит через длинную цепочку расходов — от зарплат музыкантам до аренды оборудования, оплату гостиниц и рекламы.
Сколько же может заработать артист первого эшелона татарской эстрады за один месяц на музыке и рекламе непосредственно для себя? Подчеркнем, что приведенные суммы носят оценочный характер: это усредненная модель, собранная на основе типичных гонораров, средних расходов и стандартной концертной загрузки артистов. В реальности цифры могут заметно колебаться в зависимости от сезона, уровня популярности исполнителя, географии выступлений и конкретных условий каждого контракта.
Главный источник дохода — корпоративы. Если взять востребованного исполнителя с гонораром в 1 млн рублей за выступление, который летом проводит около 10 корпоративных концертов, его месячная выручка составит 10 миллионов. Однако уже на этом этапе начинаются обязательные расходы. По данным участников рынка, только зарплаты коллективу из 10–15 человек обходятся в 1–1,5 млн рублей в месяц. Еще порядка 1,5–2 млн рублей съедают транспорт, гостиницы, топливо, питание, аренда светового и звукового оборудования и прочая гастрольная логистика. С этого года к расходам добавился и НДС — после снижения порога применения упрощенной системы многие татарские артисты стали его плательщиками. При обороте в 10 млн рублей это еще около 500 тыс. рублей. Таким образом, после 10 корпоративов у исполнителя остается около 6–7 миллионов.
Совсем иначе выглядит экономика собственных гастролей. Возьмем типичный концерт в районном Доме культуры. Средний зал — 350 мест, билет стоит 1,5 тыс. рублей. Даже при аншлаге максимальная касса составляет 525 тыс. рублей. Если провести 10 таких концертов за месяц, получается 5,2 млн рублей. Минусуем расходы (они все те же): оплата коллективу, транспорт, гостиницы, питание, аренда оборудования, плюс добавляется печать афиш, работа фотографов, видеографов и SMM-команды. Только продвижение гастрольного тура сегодня обходится примерно в 700 тыс. рублей в месяц — рекламную кампанию артисты начинают за месяц, а иногда и за два до старта тура. Неслучайно директор Уразовой Хакимов говорил, что 70–80% выручки собственного концерта — это расходы.
Если исходить из этой пропорции, после всех затрат от одного районного концерта остается около 100–150 тыс. рублей, а месячная прибыль от 10 выступлений составляет 1–1,5 миллиона. Гораздо привлекательнее выглядит экономика гастролей в крупных городах. Если концерт проходит в зале на 1,1 тыс. зрителей при средней цене билета 2 тыс. рублей, полная касса составляет 2,2 млн рублей. 10 аншлаговых концертов дают уже 22 миллиона!
Директор Уразовой Хакимов говорил, что 70–80% выручки собственного концерта — это расходы
Но и расходы здесь кратно выше. Только реклама тура обходится примерно в 700 тыс. рублей в месяц, а вместе с арендой площадок, монтажом сцены, светом, звуком, технической группой, логистикой и комиссией билетных операторов на организацию уходит порядка 60–70% кассы. В результате после всех расходов артист может заработать 6,5–8 млн рублей за серию из 10 больших концертов. Именно поэтому крупнейшие звезды татарской эстрады стараются давать сразу несколько концертов подряд в одном городе — так проще распределить постоянные расходы.
Есть и дополнительные источники дохода. Реклама в соцсетях приносит самым востребованным исполнителям еще 300–800 тыс. рублей в месяц. Один разговорный рилс оценивается примерно в 150 тыс. рублей, полноценный обзор в сторис — 150 тыс. рублей, долгосрочные амбассадорские контракты стоимостью 1,5–2 млн в год обеспечивают стабильный ежемесячный доход. Еще одна статья дохода — стриминговые сервисы. Правда, вопреки распространенному мнению они пока не делают татарских артистов миллионерами. По словам собеседников «БИЗНЕС Online», даже самые популярные исполнители получают от цифровых площадок 500 тыс. — 1 млн рублей в квартал, т. е. примерно 170–330 тыс. рублей в месяц. Значительная часть этих денег затем вновь уходит на запись новых песен и продвижение релизов.
В итоге арифметика татарского шоу-бизнеса выглядит совсем не так, как кажется со стороны. При месячном обороте в 15–18 млн рублей востребованный артист после налогов и обязательных расходов зарабатывает 7–10 млн рублей, а львиная доля этих средств затем снова возвращается в работу — на коллектив, новые песни и следующие гастроли.
В этом смысле доход артиста — это не столько свободная прибыль, сколько ресурс, который постоянно возвращается в систему и поддерживает ее работу. Поэтому итоговая картина получается без крайностей.
Не менее популярным способом вложения денег остается недвижимость. Ильсия Бадретдинова сдает в аренду квартиры в Казани
Глэмпинги, фермы и квартиры
Раз одними концертами сегодня сыт не будешь, топы татарской эстрады стараются диверсифицировать доходы, вкладывая кровные заработанные в собственный бизнес. Кто-то делает ставку на туризм, кто-то — на сельское хозяйство, а кто-то предпочитает недвижимость, которая приносит стабильный пассивный доход. Так, Тямаев открыл глэмпинг «Тямайда кунакта» в Высокогорском районе. Артист сделал ставку на отдых с национальным колоритом: гостей принимают в деревянных домиках, знакомят с татарской кухней и сельским бытом. Однако, как признался он нашему изданию, это оказалось невыгодно. «Не все так просто», — подметил он, дав понять, что и здесь экономика оказалась куда сложнее ожиданий.
Салават-абый развивает собственную базу отдыха и «птицеферму». Ставку на аграрный бизнес сделал и заслуженный артист РТ Ильназ Минвалеев: он развивает конную ферму, занимается разведением кобылиц и производством кумыса.
Не менее популярным способом вложения денег остается недвижимость. Ильсия Бадретдинова сдает в аренду квартиры в Казани. В прошлом году одна из жилплощадей даже оказалась в центре публичного скандала: между соседями и арендаторами певицы возник конфликт из-за жалоб на шум. Арендным бизнесом занимается и певец, а также ведущий мероприятий Мунир Рахмаев, который также инвестировал средства в жилую недвижимость.
Заслуженные артисты РТ Салават Табаев и Айгуль Табаева производят изю, хаситэ, бильбау, сумочки, платки со стихами татарских поэтов, музыкальные шкатулки с татарскими народными песнями и пр.
Есть и примеры предпринимательства, тесно связанного с национальной и религиозной культурой. Поющие супруги Салават Минниханов и Гузалем развивают собственный бренд мусульманской одежды и товаров для верующих (платки, намазлыки и пр.). Параллельно артисты практически полностью переориентировали свое творчество на исполнение нашидов и мунаджатов, а сам Минниханов продолжает работать ведущим мероприятий, строго придерживаясь формата и эстетики выбранной концепции. Заслуженные артисты РТ Салават Табаев и Айгуль Табаева производят изю, хаситэ, бильбау, сумочки, платки со стихами татарских поэтов, музыкальные шкатулки с татарскими народными песнями и пр.
В итоге бизнес для татарских артистов перестал быть экзотикой или «хобби для души». Порой это вынужденная стратегия в условиях, когда концертная деятельность не гарантирует финансового спокойствия.
* принадлежит компании Meta, деятельность которой признана экстремистской и запрещена в России
Комментарии 17
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.