Издание Politico опубликовало материал, согласно которому ряд стран Евросоюза готовит предложение о создании за пределами ЕС «центров возврата», куда планируют принудительно высылать мигрантов, получивших отказ в убежище. Якобы такое предложение получат Казахстан и Узбекистан в обмен на многомиллиардные «плюшки». О реакции официальных Астаны и Ташкента и перспективах, которые грозят в этом случае России, — в материале постоянного автора «БИЗНЕС Online», востоковеда Азата Ахунова.
ЕС предлагает создание так называемых центров возврата. Туда планируют принудительно высылать мигрантов, получивших отказ в убежище. В качестве главных полигонов для этого эксперимента рассматриваются Казахстан и Узбекистан
Дипломатическая игра
События последних дней вновь приковали внимание мировых политиков к Южному Кавказу — в первую очередь к Армении, где ожидаются серьезные политические трансформации, определяющие будущее страны и где сегодня сталкиваются интересы крупных мировых игроков. Однако фокус на кавказском векторе вовсе не означает, что так называемый коллективный Запад охладел к другим постсоветским республикам. Нет, он продолжает держать руку на пульсе, планомерно создавая точки напряжения по всему периметру российских границ.
Особый интерес вызывает масштабная дипломатическая игра, разворачивающаяся в Центральной Азии. Вашингтон, похоже, созрел для исторического экономического маневра. На минувшей неделе госсекретарь США Марко Рубио официально анонсировал свое турне в регион в текущем 2026 году. Главная цель — участие в саммите формата «C5+1», который остается ключевой платформой коллективного взаимодействия Штатов с Узбекистаном, Казахстаном, Киргизией, Таджикистаном и Туркменистаном.
Но подлинной сенсацией в заявлении Рубио перед конгрессом стало другое. Администрация Дональда Трампа приготовила «пряник» — она намерена окончательно похоронить пресловутую поправку Джексона – Вэника — устаревший рудимент холодной войны. Это наследие советской эпохи давно отменено для целого ряда постсоветских государств, но парадоксальным образом все еще действует в отношении большинства вышеназванных стран. Десятилетиями этот правовой анахронизм висел дамокловым мечом над регионом, вынуждая страны ежегодно получать временные разрешения и тормозя развитие полномасштабной торговли между США и «азиатской пятеркой».
Перевалочный хаб ЕС
Впрочем, американские посулы меркнут на фоне того сюжета, который в эти дни параллельно разворачивается на европейском направлении. Авторитетное издание Politico опубликовало громкий инсайд: якобы группа тяжеловесов ЕС (Австрия, Дания, Германия, Греция и Нидерланды) готовит масштабное предложение для 8–10 государств, не входящих в блок. Суть инициативы — создание так называемых центров возврата (return hubs) за пределами Евросоюза. Якобы туда планируют принудительно высылать мигрантов, получивших отказ в убежище, чтобы уже на «чужой земле» обрабатывать их документы и готовить к депортации. И, как отмечает Politico со ссылкой на европейских дипломатов, в качестве главных полигонов для данного эксперимента рассматриваются именно Казахстан и Узбекистан.
Политический подтекст Брюсселя очевиден: либеральные европейские лидеры пытаются продемонстрировать избирателям жесткую борьбу с нелегалами на фоне стремительного роста популярности правых партий. К тому же европейская экономика балансирует на грани в силу всем известных причин и возросших расходов. Содержать миллионы беженцев с Ближнего Востока и из Африки становится непозволительной роскошью. Значительная их часть не торопится интегрироваться в рынок труда, а наличие многодетных семей ложится тяжелым бременем на системы социальной защиты. Добавьте к этому рост преступности и откровенное нежелание ассимилироваться — процесс, на который изначально делалась ставка, но который с треском провалился.
В обмен на решение этих проблем Астане и Ташкенту якобы обещают финансовую помощь на развитие и, что особенно заманчиво, либерализацию визового режима.
И новость эта, скажем прямо, не сулит ничего хорошего не только самой Средней Азии, но и России. Дело в том, что Москва находится с этими странами в едином экономическом и безвизовом пространстве, а рубежи между нашими государствами в значительной степени прозрачны. Гипотетически можно представить, что появление перевалочных хабов с сотнями тысяч иностранных мигрантов в непосредственной близости от российско-казахстанской границы создает прямую угрозу национальной безопасности. Любой социальный или криминальный взрыв в этих лагерях по закону сообщающихся сосудов неминуемо перекинется на российскую территорию.
«Проблема беженцев стала тяжелейшим внутренним бременем»
Прецеденты были неудачными
Европа и раньше пыталась обкатать эту схему, но прецеденты оказались, мягко говоря, скандальными и баснословно дорогими. Первопроходцами были британцы со своей «руандийской схемой». Проект с треском закрылся после смены правительства в Лондоне в 2024 году, оставив после себя гигантскую финансовую дыру. К моменту закрытия программы Великобритания успела перечислить Руанде около 290 млн фунтов стерлингов, а совокупная стоимость этой авантюры приблизилась к 700 миллионам. Лишь 1 июня 2026 года суд в Гааге избавил Лондон от выплаты еще 100 млн фунтов стерлингов компенсации, поставив точку в токсичном эксперименте. Итальянский опыт со скромной Албанией, под который Рим заложил 653–670 млн евро, также оказался провальным: лагеря простаивали из-за судов, содержание одного мигранта обходилось более чем в 1 млн евро в год, и власти Албании уже заявили о нежелании продлевать договор после 2030 года.
Но самым наглядным и горьким уроком для стран Центральной Азии должен служить турецкий прецедент. Как известно, именно Турция в свое время стала главным буфером, приняв на себя основной удар сирийского миграционного кризиса. В рамках знаменитой сделки 2016 года Анкара согласилась удерживать у себя беженцев, не пуская их в Европу. Брюссель выделил на данную программу колоссальные средства — в рамках двух траншей было направлено 6 млрд евро, а общая сумма европейских вливаний к сегодняшнему дню оценивается примерно в 12,4 млрд евро. Огромные деньги, но получила ли Анкара то, ради чего ввязывалась в эту политическую игру?
Главной идеей фикс турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана был безвизовый режим с ЕС и разморозка переговоров о вступлении в Евросоюз, кандидатом в который Турция официально числится с 1999 года, т. е. уже 27 лет. Итог известен: европейские двери остались наглухо закрытыми. Более того, проблема беженцев стала тяжелейшим внутренним бременем. Лишь недавно, после смены власти в Сирии, начался отток мигрантов на родину. Если на пике кризиса в Турции находилось около 3,7 млн сирийцев, то к 2026 году их число сократилось примерно до 2,3 миллиона.
Почему именно эти страны?
Почему выбор пал именно на этот регион? Ответ кроется в специфике геополитического шпагата, на котором вынуждены балансировать местные элиты. Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев ведет сложнейшую модернизацию страны, которой жизненно необходимы внешние рынки, технологии и рабочие места для стремительно растущего молодого населения. Казахстан при Касым-Жомарте Токаеве также пытается перестроить экономику и укрепить суверенитет. Финансовая поддержка Брюсселя и упрощение визового режима (в частности, начавшиеся в конце 2025 года консультации по облегчению процедур для студентов, дальнобойщиков и рабочих) — весомый аргумент. Но если раньше казалось, что Запад требует от региона лишь соблюдения антироссийских санкций, то теперь на стол ложится новый счет. Очень специфический и чреватый крупным социальным взрывом.
Разумеется, официальные ведомства мгновенно перешли в глухую дипломатическую оборону. Пресс-секретарь МИД Узбекистана Омонулла Файзиев и официальный представитель МИД Казахстана Ерлан Жетыбаев синхронно и категорично заявили, что никаких лагерей для беженцев строить не собираются. По их словам, переговоры с ЕС ведутся исключительно о реадмиссии, т. е. обязательстве принимать обратно только своих собственных граждан, нарушивших визовый режим Европы.
Однако на Востоке хорошо знают: дыма без огня не бывает. Информационный вброс через Politico четко показывает, к чему Ташкент и Астану будут мягко, но настойчиво подталкивать.
Пока профильные ведомства выстраивают дипломатическую защиту, в социальных сетях региона уже полыхает пожар общественного недовольства. Срез дискуссий в казахстанском и узбекистанском сегментах интернета демонстрирует колоссальный уровень тревоги. Перспектива превращения суверенных государств в перевалочные базы воспринимается в штыки. Причем главный страх рядовых граждан кроется не только в ожидаемом росте преступности и хаосе, но и в тотальном недоверии к собственным элитам. В обществе доминирует неприкрытый скепсис: люди опасаются, что местные чиновники готовы пожертвовать национальной безопасностью и подписать любые, даже самые токсичные соглашения, если Брюссель предложит достаточно весомые финансовые транши.
Возрождение колониальных практик
Член совета по правам человека при президенте РФ Кирилл Кабанов на днях выразил то, что многие обсуждают лишь в кулуарах. «Надо же, европейцы таки додумались, куда еще девать от себя „ненужных“ мигрантов. То есть в эти страны планируют сливать всех тех, кто не нужен в Европе, по сути, весь человеческий „балласт“», — отметил эксперт, назвав инициативу верхом цинизма и демонстрацией истинного отношения ЕС к суверенным государствам Центральной Азии. Кабанов задается справедливым вопросом: что же пообещали Астане и Ташкенту взамен? Но главное опасение касается напрямую нас — эта европейская конструкция неминуемо ударит по российской безопасности.
Российско-казахстанская граница превышает 7,5 тыс. километров. Это самая длинная и в значительной степени прозрачная сухопутная граница в мире, где нет сплошных линий контроля. В условиях свободы передвижения внутри ЕАЭС отследить степные маршруты невозможно. Если транзитные нелегалы поймут, что обратной дороги в Европу нет, они закономерно двинутся на север — в богатые российские мегаполисы с их развитыми теневыми сетями. Да и попытки вернуться обратно, на «вторую Родину», надо думать, будут продолжаться.
Наша система, и без того работающая на пределе после трагедии в «Крокусе», может просто не выдержать притока сотен тысяч бесправных людей, которых с радостью подхватят отечественные миграционные лоббисты для серых схем.
По сути, просвещенный Брюссель пытается возродить колониальные практики, относясь к Евразии как к заднему двору, куда можно сгружать токсичные последствия своих геополитических игр. Пока проект «хабов» лишь зондирует почву, но, если этот сценарий обретет реальные контуры, Москве придется забыть о дипломатических реверансах. В случае согласия соседей на европейский план — чего, мы надеемся, не произойдет — Россия будет вынуждена пойти на экстраординарные меры: от полномасштабного визового режима и тотального досмотра на границах до сворачивания совместных экономических проектов. Это не шантаж, а инстинкт самосохранения. Превращать общее евразийское пространство в буферную зону для чужих миграционных проблем мы просто не имеем права.
Комментарии 9
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.