«Уровни» Сабантуя уступили место «типам». I тип — с участием раиса Татарстана, II — в субъектах РФ, III — в стране ближнего и дальнего зарубежья, IV — Сабантуй в Казани «Уровни» Сабантуя уступили место «типам». I тип — с участием раиса Татарстана, II — в субъектах РФ, III — в странах ближнего и дальнего зарубежья, IV — Сабантуй в Казани Фото: «БИЗНЕС Online»

Вместо VIP — почетные гости

В Татарстане решили праздновать Сабантуй строго по регламенту. Речь об изменениях в постановление кабмина РТ №651 от 2021 года, которые этой весной внесли за подписью премьер-министра РТ Алексея Песошина. Главный смысл документа — импровизация при проведении Праздника плуга на разных уровнях сведена к минимуму.

Мы сравнили версии документа 2021 и 2026 годов — прежде всего изменилась сама терминология. «Уровни» Сабантуя уступили место «типам». Звучит строже, почти как классификация техники. I тип — с участием раиса Татарстана, II — в субъектах РФ, III — в странах ближнего и дальнего зарубежья, IV — Сабантуй в Казани.

Особенно впечатляет рост делегаций. Если раньше на Сабантуй с участием раиса хватало 300 человек, то теперь нужно 550. Зато творческие коллективы слегка потеснили: их долю сократили с 85 до 70%. Зато праздник стал компактнее — командировки должны длиться два дня вместо трех. Автомобиль для батыра за бюджетный счет предусмотрен только на Сабантуях с участием главы РТ. Кроме того, республиканский кабмин снова напоминает, что к традиционным татарским спортивно-игровым состязаниям относятся бег с яйцом на ложке, бой с мешками на бревне, конные скачки, битье горшков, бег в мешках, лазанье на столб и пр.

«Татарская слобода» это не просто уголок с национальным колоритом, а почти архитектурный проект «Татарская слобода» — это не просто уголок с национальным колоритом, а почти архитектурный проект Фото: «БИЗНЕС Online»

Но настоящий «хит» обновлений — «татарское подворье», которое теперь именуется «татарской слободой». Это своего рода реконструкция жилища татар, которое возводят на площадке Сабантуя. Теперь это не просто уголок с национальным колоритом, а почти архитектурный проект. Дом — строго 11,5×13,5 метра. Бревна — 220 мм для основного дома и 200 мм для павильонов. Обязательно должен быть минарет высотой до 8 метров. Ворота тоже под контролем: четырехстолбовые, 9×4,5 метра, максимум две штуки. Из «вольностей» разрешены мечеть, колодец, ульи и скамейка. Но, конечно, со спинкой — все-таки XXI век.

Художественная программа теперь должна состоять исключительно из премьер — никаких прошлогодних номеров. Новшество и в сувенирной продукции: обязательно использование татарского шрифта в надписях на татарском языке. Также интересно изменение формулировки «сувениры для VIP» на «почетных гостей». Потому что праздник народный, иерархия, видимо, должна быть оформлена деликатно.

Для организации основного представления на главном казанском Сабантуе в Березовой роще даже привлекли ныне главного режиссера Тинчуринского театра Айдара Заббарова. Но революции не случилось Для организации основного представления на главном казанском Сабантуе в Березовой роще даже привлекли ныне главного режиссера Тинчуринского театра Айдара Заббарова. Но революции не случилось Фото: «БИЗНЕС Online»

Выполнили поручение Минниханова?

Между тем все эти аккуратные правки — от толщины бревен до количества ворот — почти не затрагивают главное — смысл Сабантуя. А именно вокруг него разговор идет уже не первый год. Еще в 2022-м раис Татарстана Рустам Минниханов прямо обозначил проблему: «Наши Сабантуи начали превращаться в праздник спорта и песен. Теряется татарская аутентичность и традиции». Лидер республики был под впечатлением того, в каком формате проходит якутский праздник лета Ысыах, который он посетил в рамках Дней Татарстана в Якутии. И надо сказать, что не только Минниханова, но и многих других руководителей РТ, посетивших Республику Саха, поразила аутентичность «якутского Сабантуя».

Была создана рабочая комиссия под руководством вице-премьера РТ Лейлы Фазлеевой с участием чиновников и ученых. Звучали серьезные речи о том, чтобы вернуть празднику его философию. Но на практике, судя по свидетельствам участников, разговор чаще уходил в детали — важные, но все же не системообразующие.

Для организации основного представления на главном казанском Сабантуе в Березовой роще даже привлекли ныне главного режиссера Тинчуринского театра Айдара Заббарова. Но революции не случилось.

«Главное ведь — чтобы национальная основа Сабантуя сохранилась, а регламентация — это дело второе» «Главное ведь, чтобы национальная основа Сабантуя сохранилась, а регламентация — это дело второе» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Это решают местные аксакалы, люди, проживающие уже не одно десятилетие на этой земле»

Научный сотрудник Института истории им. Марджани АН РТ Дина Гатина-Шафикова в той самой комиссии Фазлеевой занималась вопросами традиционного костюма, ратуя за использование натуральных тканей, историческую достоверность, внимание к деталям XIX века. «Я не участвовала в разработке этого проекта [изменений в постановление кабмина РТ]. Изменения должны быть, хочется какой-то исконности праздников. Необходимо возвращаться к историческим формам. И это касается не только Сабантуя», — отреагировала Гатина-Шафикова в разговоре с нашим корреспондентом.

По ее словам, госрегулирование праздника обязательно должно присутствовать, т. к. организовывает его власть: «Когда вы организовываете мероприятия и стандартизируете их, то в любом случае закладываете туда смыслы. А раз эти смыслы закладываются, значит, государство непосредственно выражает этим свою политическую волю».

Известный историк, экс-директор Института татарской энциклопедии и регионоведения АН РТ Искандер Гилязов уверен, что сами по себе цифры и формальные параметры далеко не главное. Куда важнее содержание: какие соревнования включены в программу, какие музыкальные номера звучат, насколько праздник «работает» с людьми. В его понимании, Сабантуй — это прежде всего живая традиция, которая передается из поколения в поколение, пусть и меняется со временем.

«Главное ведь, чтобы национальная основа Сабантуя сохранилась, а регламентация — это дело второе, — констатирует Гилязов в беседе с „БИЗНЕС Online“. — Сабантуй — это же традиция, которая идет из века в век. Она, конечно, поменялась за последние 30–40 лет. Но в любом случае сохраняется в памяти, ее оживляют. Праздник собирает людей, дает им возможность пообщаться, вспомнить о корнях… Это очень важно. Мне кажется, надо смотреть в прошлое на самые лучшие черты Сабантуев. И ничего выдумывать не нужно!» Рецепт праздника наш собеседник видит таким: интересный для всех, но в то же время не теряющий своего национального лица.

Совсем иначе звучит позиция руководителя региональной национально-культурной автономии татар Кировской области Язили Асхатдиновой. «Никаких регламентов быть не должно! Это решают местные аксакалы, люди, проживающие уже не одно десятилетие на этой земле. Сверху никаких указаний быть не должно. Мы сами справимся», — считает общественница.

В ее воспоминаниях Сабантуй — это прежде всего живой, неформальный праздник, который не нуждался в документах и постановлениях. «Сабантуй должен праздноваться так, как праздновали его наши деды и бабушки. Сейчас же это все куда-то ушло. Мне ведь 70 лет, я видела эти Сабантуи маленькой. И помню, как было тогда здорово. А сейчас Сабантуй — это не народный праздник, а какое-то шоу. Но тем не менее нравится всем. Поэтому так и проводят», — считает Асхатдинова.

По сути, можно констатировать, что Сабантуй становится пространством, где сталкиваются две идеи: Сабантуй как культурный проект и Сабантуй как живая традиция. Один требует структуры, другой — свободы, один стремится к единым стандартам, другой существует за счет разнообразия и локальных особенностей. И в этом смысле дискуссия о смысле праздника может оказаться важнее, чем разговор о его организации.