«Для Кремля это, конечно, проблема…»: как Виктор Орбан вдрызг проиграл Венгрию 45-летнему юристу

По итогам парламентских выборов победу одержала оппозиционная партия «Тиса» во главе с 45-летним юристом и политиком Петером Мадьяром Фото: © Attila Husejnow / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com

«Ruszkik haza!»

Незадолго до выборов в Венгрии, на которых проигрыш Виктора Орбана угадывался, Евросоюз решил включить «тяжелую артиллерию». Видимо, чтобы нужный результат был наверняка. Европейская пресса стала стращать публику угрозой российского вмешательства, а в Bloomberg появилась утечка с пересказом телефонного разговора Орбана с президентом России Владимиром Путиным. Речь о беседе в октябре 2025 года, когда венгерский премьер предлагал Будапешт в качестве площадки для переговоров президентов России и США.

«Вчера наша дружба вышла на столь высокий уровень, что я готов оказать любую возможную помощь. В любом вопросе, где я могу быть полезен, я к вашим услугам», — сказал тогда Орбан в беседе с Путиным. Еще, как утверждает западное агентство, венгерский премьер поведал басню Эзопа и сравнил себя с «мышью», которая помогает «льву». Очевидно, теперь таких любезностей от венгерского руководства Москве ждать не стоит. Накануне вечером Орбан лишился власти в стране — пока не фактически, но по сути.

По итогам парламентских выборов победу одержала оппозиционная партия «Тиса» во главе с 45-летним юристом и политиком Петером Мадьяром, который еще во время предвыборной кампании предупредил, что «дружбы» с Россией не будет. В государственном собрании (однопалатном парламенте) «Тиса» взяла конституционное большинство — 138 из 199 мест. Это значит, что Мадьяр в начале мая станет новым премьер-министром, а партия сможет проводить свою политику в течение как минимум ближайших четырех лет.

Орбан еще вчера вечером позвонил и поздравил Мадьяра с победой. Его партия «Фидес» в коалиции с Христианско-демократической народной партией получила 55 мест в парламенте, и политическая карьера Орбана продолжается, но он будет уже в роли депутата. Оставшиеся пять мест достались праворадикальной партии «Наша родина».

Стоит сказать, что явка на этих выборах оказалась рекордной в истории страны — 79,51%. В голосовании приняли участие свыше 5,9 млн человек, серьезных нарушений не зафиксировано, и каких-то вопросов к процедуре у политических партий нет.

Так что российского вмешательства, видимо, удалось избежать. Проамериканское европейские чиновники, кстати, не говорили, хотя накануне, в день голосования, президент США Дональд Трамп прямо призвал венгров голосовать за действующего премьера. «Венгрия: выходите и голосуйте за Виктора Орбана. Он настоящий друг, боец и победитель, и он получил мое полное и полное одобрение на переизбрание на пост премьер-министра Венгрии», — написал Трамп в своей соцсети Truth Social.

Но даже одобрение со стороны американского лидера и поездка в Будапешт вице-президента США Джея Ди Вэнса, увы, не помогли. Пожалуй, в данном случае хорошие отношения с Трампом и Путиным, наоборот, сыграли не в пользу Орбана. В сети сейчас расходятся кадры, якобы снятые вчера вечером в метрополитене Будапешта. Молодые люди поднимаются по эскалатору и кричат: «Ruszkik haza!» («Русские, домой!»). Этот слоган был у участников протеста в Венгрии 1956 года, подавленного советскими властями.

Позитивная реакция Евросоюза на исход выборов в Венгрии должна вызывать обеспокоенность у венгерского народа, полагает глава парламентской фракции партии «Национальное объединение» во Франции Марин Ле Пен Фото: © IMAGO/dts Nachrichtenagentur / www.imago-images.de / www.globallookpress.com

«Организация Сороса* захватила Венгрию»

Европейские лидеры наперебой радуются тому, что Венгрия возвращается на европейский путь. Напомним, Будапешт ранее не раз блокировал финансовую помощь Украине со стороны Евросоюза и новые пакеты антироссийских санкций. Президент Франции Эмманюэль Макрон позвонил Мадьяру и уже выразил готовность вместе с ним работать над укреплением европейского суверенитета.

Сын финансиста Джорда Сороса* — Алекс — объявил в соцсети X, что венгерский народ вернул себе страну. «Организация Сороса* захватила Венгрию», — отреагировал предприниматель Илон Маск. «Это только ускорит распад ЕС. Проверьте, прав ли я, через четыре месяца», — прокомментировал итоги венгерских выборов специальный представитель президента РФ по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами, глава РФПИ Кирилл Дмитриев.

Позитивная реакция Евросоюза на исход выборов в Венгрии должен вызывать обеспокоенность у венгерского народа, полагает глава парламентской фракции партии «Национальное объединение» во Франции Марин Ле Пен. «Удовлетворение [итогами выборов], выраженное Европейской комиссией, которая постоянно превышала свои полномочия и компетенции в ущерб власти народов, должно вызвать у венгров беспокойство по поводу сохранения этой свободы, за которую так дорого платили на протяжении многих лет», — написала Ле Пен на своей странице в X.

Радость евробюрократов понятна, но не менее важный вопрос — какой будет реакция Соединенных Штатов. Администрация президента США пока не комментировала результаты выборов. Reuters называет победу партии «Тиса» неудачей для США и России и пишет, что избиратели в Венгрии устали от «экономической стагнации, международной изоляции и олигархов». Теперь же открывается дверь для «значимых реформ системы». «Рекордная явка подчеркнула, что многие венгры рассматривали выборы как переломный момент для своей страны», — отмечает агентство.

«Вечеринка для венгров только начинается», — пишет Bloomberg в одном из материалов по итогам выборов. Как отмечает агентство, опросы изначально обещали победу Мадьяру, но они иногда ошибались ранее, и наблюдатели допускали, что Орбан найдет способ «подтасовать» результаты в свою пользу. Молчание Трампа и Путина вчерашним вечером Bloomberg называет «показательным». Результат выборов, «вероятно, потрясет» Белый дом, отмечает британская The Guardian.

На митинг вчерашним вечером Мадьяр выходил под овации и песню My Way Фрэнка Синатры. Один из главных материалов по выборам в венгерском издании Index — это подборка мемов, где высмеивают проигрыш Орбана. В офисе партии «Фидес», где Орбан признавал «болезненный, но ясный» результат, часть людей плакали. Собравшимся уходящий в отставку премьер-министр пообещал: «Мы никогда не сдадимся».

Инсайдер правящей системы Орбана, проводник проевропейской политики, не проукраинец: кого выбрала Венгрия?

45-летний Мадьяр происходит из семьи, которая уже была у власти в Венгрии. Его двоюродный дед Ференц Мадл был президентом Венгрии в 2000–2005 годах. Родители Мадьяра — юристы, мать занимала пост генерального секретаря высшего судебного органа Венгрии — Курии. Примечательно, что фамилия Мадьяр с венгерского дословно переводится как «венгр». 

Оппозиционер получил юридическое образование и начал свою карьеру в юриспруденции, а позднее — в сфере международного права. Причем на протяжении 12 лет Мадьяр работал внутри орбановского лагеря, присоединившись к Венгерскому гражданскому союзу («Фидес»), основанному после парламентских выборов 2002 года. Тогда консервативная партия потерпела поражение. После победы «Фидес» на выборах 2010 года политик работал в государственном аппарате, занимался европейским законодательством в министерстве иностранных дел и внешней торговли Венгрии. Был дипломатом постпредства Венгрии при Евросоюзе, когда республика председательствовала в Совете ЕС. В течение трех лет курировал отношения между правительством Орбана и Европарламентом. 

Политический взлет Мадьяра произошел после скандала с президентским помилованием в 2024 году. Тогда президент Венгрии помиловал бывшего замдиректора детского дома, который участвовал в сокрытии случаев сексуального насилия над воспитанниками. Из-за скандала в отставку пришлось уйти на тот момент уже бывшей супруге Мадьяра, министру юстиции Юдит Варге и президенту страны Каталин Новак. 

В феврале 2024-го Мадьяр публично порвал с «Фидес», обвинив политическую элиту и самого Орбана в маскировке коррупции и кумовстве. Впоследствии он неоднократно критиковал действующего премьер-министра и его приближенных. В марте 2024 года Мадьяр присоединился к уже существующей, но до того неактивной Партии уважения и свободы («Тиса»), которую возглавил в июле 2024-го. 

За год политик смог стать главным оппонентом венгерского премьера и вывести свою партию на 1-е место. Первым крупным результатом нового проекта стали выборы в Европарламент 2024 года, в которых «Тиса» получила треть венгерского мандата. Позже партия присоединилась к фракции Европейской народной партии, а Мадьяр стал депутатом Европарламента. 

Политик придерживается «проевропейских» взглядов. В своих выступлениях Мадьяр неоднократно заявлял, что в случае победы «Тисы» на выборах планирует сделать Венгрию частью «сильной Европы», укрепить позиции страны в ЕС и НАТО, а также добиться разблокировки замороженных ЕС выплат Венгрии. «Тиса» ставит перед собой цель выполнить к 2030 году критерии для вступления в еврозону.

При этом политик не предлагает резкого разрыва с Москвой: Мадьяр говорит о «прагматичных отношениях», но без политической и энергетической зависимости от России и обещает к 2035 году устранить зависимость от российской энергии. После победы на выборах н признал, что, независимо от того, какая политическая сила сформирует правительство, Будапешту придется поддерживать рабочие контакты с Москвой. «При необходимости мы будем вести переговоры, но друзьями мы не станем», — сказал Мадьяр. 

По Украине «Тиса» занимает осторожную позицию. В предвыборной программе партия указала, что не поддерживает ускоренное вступление Украины в ЕС и предлагает вынести соответствующий вопрос на обязательный референдум. Кроме того, Мадьяр в одном из интервью заявлял, что поставки оружия Украине не должны проходить через Венгрию или при ее поддержке. По его мнению, это может создать риски для венгерского меньшинства в Закарпатье. Политик подчеркивал, что в диалоге с российской стороной не желает представлять интересы Киева. «Никто не хочет проукраинского правительства в Венгрии, — подчеркнул он. — Все хотят провенгерского. Было бы неплохо иметь правительство, которое занимается реальными проблемами венгерского народа».

Комментируя результаты выборов, Зеленский отметил, что рассчитывает на развитие сотрудничества с Будапештом: «Европа и каждое европейское государство должны становиться сильнее».

«Орбан побил все рекорды бессменного нахождения у власти. В современной Европе такого практически нигде не было. Он 16 лет управлял непрерывно, а в общей сложности — 20 лет» Фото: © Dts Nachrichtenagentur / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com

«Новый премьер-министр уже произнес все необходимые слова и заклинания…»

По просьбе «БИЗНЕС Online» эксперты прокомментировали результаты выборов в Венгрии и порассуждали о том, почему проиграл Орбан и что этот проигрыш означает для России и Евросоюза.

Федор Лукьянов — главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель президиума совета по внешней и оборонной политике:

— Проигрыш Орбана был ожидаем. Опросы общественного мнения давно уже показывали преимущество его оппонентов. Орбан побил все рекорды бессменного нахождения у власти. В современной Европе такого практически нигде не было. Он 16 лет управлял непрерывно, а в общей сложности — 20 лет. Усталость наступает от любого лидера, даже если он очень успешный. А в случае с Орбаном сказались неоднозначные результаты, особенно — последнего периода. И в этом смысле никакой сенсации не произошло.

Собственно говоря, результат был настолько убедительным, что тут даже ничего не скажешь. И оспаривать ничего Орбан не стал, хотя были предположения, что, если разрыв окажется небольшим, его сторонники попробуют поставить под вопрос [результаты этих выборов], сослаться на внешнее влияние. Но этого не понадобилось, потому что тут никаких сомнений не было.

Что касается дальнейшего, то, конечно, период открытого конфликта Будапешта с Брюсселем, Венгрии с европейскими институтами, скорее всего, уже в прошлом. Новый премьер-министр уже произнес все необходимые слова и заклинания, которые показывают, что он хочет нормализовать отношения с европейскими структурами и не будет принципиальным образом препятствовать важным для Еврокомиссии начинаниям. Прежде всего в том, что касается Украины и финансирования Украины и украинской войны.

Ну а дальше вопрос непонятный, потому что политика этой общественно-политической силы не очень ясна. Вся кампания, например, была вокруг личности Петера Мадьяра, и никаких системных вопросов, включая состав его будущего правительства, особо не поднималось. Была борьба персоналий. А сейчас одно дело позиции — критиковать, другое — столкнуться с конкретными проблемами страны.

И неслучайно Мадьяр сразу сделал все важные заявления в отношении Евросоюза. Он заметил, что с Россией придется вести переговоры, поскольку здесь есть целый ряд интересных для Венгрии вопросов. Энергетика и ряд других. И еще очень показательно, что активнейшее участие администрации Трампа в кампании в поддержку Орбана не дало никакого результата. То есть это полный неуспех. Хотя беспрецедентным образом вице-президент США [Джей Ди Вэнс] лично приехал накануне выборов, чтобы поддержать действующую власть. Но мы видим: в Венгрии, как до этого в Румынии, в Германии, где представители Трампа старались повлиять на настроения, это не работает. Ни одно общество не любит, когда кто-то со стороны начинает что-то настойчиво навязывать.

Серьезный ли это удар для Кремля? Это неприятно, потому что самое главное, с чем мы сейчас столкнемся, — это разблокирование пакета помощи Украине на 90 миллиардов. Именно позиция Орбана была главным тормозом в последние несколько месяцев. Конечно, в этом вопросе новое правительство позицию изменит и не будет блокировать эту помощь. А остающийся на позициях, схожих с Орбаном, премьер-министр Словакии [Роберт] Фицо, скорее всего, в одиночку не потянет эту позицию «тормоза», «блокиратора». Тут, правда, надо исходить из того, что, если бы Орбан остался, так или иначе европейские институты все равно добились бы одобрения пакета. Слишком большая ставка на это сделана. Придумали бы какой-то обход процедуры или изменение процедуры. Так что, так или иначе, эти деньги Украине начали бы поступать.

Другой вопрос, что они пока скорее виртуальные, эти суммы. Их еще надо найти, и в этом смысле дело не в Орбане. Дело в том, насколько Евросоюз сегодня способен на такие крупные вложения в сжатые сроки. Тем не менее это, конечно, меняет ситуацию. В остальном, что касается энергетического сотрудничества, здесь скорее интерес Венгрии есть в целом, вне зависимости от того, кто управляет. И в некотором смысле, если вдруг новому правительству удастся договориться с Украиной, отменить блокировку нефтепровода «Дружба», то это для нас позитивно. Я, правда, не уверен, что Киев такой жест захочет сделать, да и европейская комиссия не заинтересована, чтобы российская нефть куда-то шла. В целом это, как говорят, неприятно, но не смертельно.

Константин Калачев — руководитель Политической экспертной группы:

— Проигрыш Орбана был во многом ожидаем. Поскольку у власти он находился 16 лет, а если брать с перерывами, то с 1998 года. Начинал он как сторонник прогресса, либерализма и проевропейских идей, а закончил как ультраконсерватор. Но дело даже не в том наборе ценностей, который, видимо, не соответствовал запросам большинства избирателей, особенно молодых и городских.

Дело в том, что в Венгрии сейчас высокий уровень инфляции и коррупции. Там сейчас есть проблемы с экономическим развитием, сложность отношений с европейским сообществом, замороженные европейским сообществом средства, назначавшиеся Венгрии, и общая усталость от несменяемости, бесконтрольности и мафиозного характера власти. То есть венгры захотели перемен. Ожидание перемен победило.

Даже не Мадьяр победил. Победил запрос на перемены. Сможет ли Мадьяр и партия «Тиса» соответствовать этому запросу — посмотрим, но могу сказать точно, что один вопрос они смогут решить очень быстро. А именно — разморозка средств, замороженных ЕС. А вообще выборы в Венгрии — внутреннее дело венгров. Нам остается наблюдать за чужими конкурентными выборами. Молодые, с образованием, преимущественно жители города победили пожилых, без образования, преимущественно — жителей сельских поселений. Выбрали прогресс, курс на Европу.

Это отнюдь не означает, что Мадьяр поменяет все. Ведь именно партия Мадьяра, представленная в Европарламенте, голосовала против выделения Украине европейского кредита в размере 90 миллиардов евро. Мадьяр будет ни пророссийским, ни проамериканским: он будет провенгерским. Он умеренный националист, умеренный прогрессист, умеренный либерал. Посмотрим, что он сможет предъявить через год, два, три. Пока ясно одно — Венгрия, хоть ее и называли страной электорального авторитаризма, оказалась страной демократической, где власть можно сменить на выборах.

Орбан не стал кричать о том, что у него украли победу, не стал цепляться за власть. Поздравил победителя, перешел в оппозицию. Венгрия демонстрирует пример того, что такое европейская политика.

Серьезный ли это удар для Кремля? Мы еще не знаем, как себя будет вести Мадьяр. Хотя я думаю, что в большинстве вопросов он будет солидарен с большинством европейцев. Но остается еще Словакия, которая может блокировать те или иные решения Евросоюза. Остается Фицо. Для Кремля это, конечно, проблема. Но, как я уже сказал, Мадьяр не является проукраинским политиком, о чем он неоднократно заявлял. И я думаю, что он будет выстраивать отношения с Россией на основе прагматизма. На основе равенства и прагматизма.

Илья Гращенков — политолог, генеральный директор центра развития региональной политики (ЦРРП):

— Проигрыш Орбана не был на 100 процентов ожидаемым. Складывалось ощущение, что по одномандатным округам (а в Венгрии, напомню, как и в России, смешанная система в парламенте) Орбан может удержать преимущество и выйти с Мадьяром к финишу «ноздря в ноздрю». В таком случае у «Тисы» не было бы конституционного большинства. Но этот прогноз не оправдался, а оправдался наиболее негативный для «Фиде».

Тут три составляющие, которые предрекали проигрыш Орбану. Во-первых, более чем 20-летнее нахождение у власти. Сильная усталость и желание Венгрии из «коалиции плохишей» все-таки перейти в вектор европейской политики. Второе было связано с усталостью не политической, а чисто административной, коррупционной и прочее. Потому что за такое время нахождения у власти появляется усталость не только политическая, но и от конкретных лиц. Как осознание того, на чем они и как зарабатывают и так далее.

Ну и третий момент заключается в том, что перед выборами Трамп активно поддержал Орбана, для многих это тоже стало «красным флагом». Поддержка Трампом правой коалиции, на которую в том числе надеялась и российская элита (что к власти придут правые националисты и это обуздает Брюссель, а может, даже поможет развалить Евросоюз), не сработала. Выборы показали, что правые не находят поддержки в тех странах, где они долго находятся у власти. Мы увидели реакцию на то, что националисты слишком долго были у власти. А там, где у власти либералы, есть запрос на правых.

Орбан проиграл достаточно разгромно, и, наверное, это был не самый прогнозируемый результат. Конечно, все ожидали, что если он проиграет, то, хотя бы с меньшей разницей голосов. Но это повод оценить те ошибки, которые сделало его правительство.

Положительные отношения с Путиным и Трампом сыграли против Орбана? Да. Орбан как-то в последнее время сделал на это ставку, вплоть до заявлений, которые вряд ли могли кого-то настроить за. Мне кажется, Орбан не просто сделал ставку на Путина, но и всячески подчеркивал свое зависимое положение от него. Наверное, пытаясь тем самым показать положение Венгрии как некоего качающегося государства, которое для личной выгоды может использовать разные ресурсы — европейские, американские, российские. Особенно — российские. И это чем-то мне напоминает позицию Лукашенко, который также ведет свою многовекторную политику. Лукашенко, конечно, еще более зависим от России, но и Орбан тоже пытался продемонстрировать нечто подобное: что с точки зрения хозяйственности лидер небольшой страны должен использовать все шансы и «все тащить в дом», что это якобы хорошая черта.

Но она хороша, когда ты такой крепкий хозяйственник, что и политику держишь крепко, как это делает Лукашенко. А когда у тебя политика демократическая, то выясняется, что такое отношение что к Америке, что к России вызывает у людей потребность в некоторой свободе. И если пророссийская позиция гарантировала Венгрии относительную свободу без давления евробюрократии, то сегодня народ выбирает независимость от крупных держав, фактически подчиняя себя этой евробюрократии. То есть само по себе действие ошибочное, но мы видим, что в политическом поле оно трактуется именно так.

Серьезный ли это удар для Кремля? Да, потому что Венгрия и Словакия образовывали для России так называемый союз двух плохишей. Внутри европейской бюрократии эта коалиция блокировала часть антироссийских решений и вообще часто работала в интересах России. Сейчас этот «союз двух плохишей» распадается, хотя, возможно, он может быть восстановлен в ближайшее время в рамках какой-то другой коалиции. Например, в Польше или Чехии. Но вряд ли. Потому что даже при условии того, что национальные правительства Чехии и Польши будут как-либо сотрудничать с Россией, их политическая система все-таки достаточно слабо настроена, чтобы компенсировать те решения, которые с легкостью помогала принимать Венгрия, блокируя какие-то пакеты санкций в отношении России и так далее. Поэтому на европейском направлении это достаточно серьезный удар и, скорее всего, компенсировать его нам не удастся, что будет означать ухудшение отношений с Евросоюзом. Ну и все, что связано с этим треком, включая украинские переговоры.

Антон Беспалов — программный директор клуба «Валдай», эксперт по международным отношениям:

— Результаты выборов в Венгрии не стали неожиданностью. О проблемах Виктора Орбана там и вообще в регионе говорили уже давно. Еще прошлой осенью я много разговаривал с экспертами из Венгрии, и все указывало на то, что Орбан проиграет. Просто потому, что 16 лет его власти очень утомили общество. Несмотря на привлекательность его идей для значительной части венгерского населения, несменяемость власти и постоянные поиски врагов, обвинение оппозиционных политиков в том, что они находятся на содержании у внешних сил, несколько поднадоели избирателям.

Кроме того, очень давно идут разговоры о кумовстве и коррупции в окружении Орбана. В общем, назрели уже все условия для смены власти в Венгрии. Для тех, кто следит за ситуацией в регионе, итоги выборов не стали неожиданностью.

Я думаю, теплые отношения Орбана с президентом России Владимиром Путиным никак не повлияли на настроения венгров. Дело в том, что внутри страны он преподносил отношения с российским лидером как практические меры, направленные на то, чтобы обеспечить непрерывность поставок энергоносителей в Венгрию.

Надо помнить историю Орбана. Он пришел к власти в конце 1980-х под знаменами жесткого антикоммунизма. В 1990-е – первой половине 2000-х в Венгрии правили так называемые посткоммунисты, социалистическая партия, которая очень достала избирателей именно своими маневрами, попытками угодить и Европе, и как-то нажиться на вступлении в ЕС на первых годах членства в объединении. И Орбан пришел на волне именно отторжения той посткоммунистической элиты. И превращение политика в друга России — это вещь достаточно неожиданная, которая совершенно не была включена в программу его правления. Тут все дело в прагматических соображениях, которые он и продавал своим избирателям.

При этом нужно помнить о том, что, несмотря на все приятные для России слова, которые произносил и Орбан, и особенно глава МИД Венгрии Петер Сийярто, они находятся в Евросоюзе и жить им все равно в первую очередь с Брюсселем и непосредственными соседями. И те заявления, которые у нас воспринимаются как пророссийские, были попыткой раскачать баланс внутри ЕС, чтобы добиться своих тактических целей. И все те пакеты антироссийских санкций, которые принимались Евросоюзом, принимались единогласно. Венгрия пыталась давить, вызывала раздражение у Брюсселя, Еврокомиссии и грандов ЕС вроде Франции и Германии, но все равно в конечном итоге делала то же, что и все. Да, были определенные доверительные отношения между руководством наших стран. Но говорить, что Будапешт являлся неким союзником Москвы, как иногда это звучит, — это, конечно, преувеличение.