Украинские дроны, пользуясь воздушным пространством стран Прибалтики и Финляндии, начали атаковать северные территории Российской Федерации. О том, как можно купировать эту угрозу, какие средства для этого у России есть в наличии, а главное, какой может быть предел самообороны на данном участке фронта, — в авторской колонке военного обозревателя «БИЗНЕС Online» Никиты Юрченко.
«Либо финские военные прекрасно знали, что это за БПЛА, кто их запустил и какова их цель, либо генерал просто не понимает, чем он занимается. Второе крайне сомнительно»
ВСУ над Прибалтикой
29 марта телерадиокомпания Yle со ссылкой на заявление министра обороны страны Антти Хяккянена сообщила, что два украинских БПЛА упали вблизи города Коувола на юго-востоке Финляндии.
«Это нарушение территориальной целостности — очень серьезное дело. Вероятно, это украинские беспилотники, но обстоятельства выясняются, и мы сообщим подробности позже», — заявил премьер-министр Финляндии Петтери Орпо.
Как передает финское издание Iltalehti, упавшие в районе финского города Коувола беспилотники не были сбиты, поскольку их не расценили как представляющие угрозу, о чем заявил генерал-майор ВВС Финляндии Тимо Херранен.
«Тимо Херранен из ВВС заявил, что не может комментировать, взорвались ли беспилотники при падении на землю. По словам Херранена, некоторые подобные беспилотники могут содержать десятки килограммов взрывчатки, но некоторые из них также могут быть беспилотниками, используемыми для отвлечения внимания, без груза. Херранен подчеркнул, что, поскольку беспилотники не представляли военной угрозы для Финляндии, было решено не сбивать их», — пишет Iltalehti.
И вот тут палка о двух концах: либо финские военные прекрасно знали, что это за БПЛА, кто их запустил и какова их цель, либо генерал просто не понимает, чем он занимается. Второе крайне сомнительно.
«По сути, военный деятель, отвечающий за безопасность финского неба, прямым текстом признал, что Финляндия открыла свое воздушное пространство для ударных средств ВСУ», — комментирует ситуацию военный корреспондент Александр Коц.
Более того, стало известно, что Латвия закрыла для полета в ночь с 24 на 25 марта часть воздушного пространства над территорией, прилегающей к государственной границе России. На этой же территории в ночь с 24 на 25 марта упал украинский БПЛА.
Дополним, что Латвия с 19 февраля и до конца года ввела ограничение по требованию национальных военных властей для пролета авиации с 17:00 до 04:00 по этой территории.
Аналогичные случаи в этот же временной период фиксировались и в Литве с Эстонией, в последней даже стали рассылаться сообщения, в которых жителей предупреждали о возможной опасности и просили не выходить из дома.
Очевидно, что страны Прибалтики, а также примкнувшая к ним Финляндия стали воздушным коридором, а возможно, и местом взлета украинских БПЛА для ударов по северо-западным регионам России.
В данном материале мы попробуем предположить, что с этим можно сделать.
«Очевидная реакция России — усилить системы ПВО на данном направлении»
Casus belli
Согласно практике ведения боевых действий, открытое небо для авиации противника — это casus belli, повод для начала ведения боевых действий. Так, например, летом 1941 года СССР начал активные боевые действия против Финляндии, руководствуясь тем, что со стороны этого государства были совершены авианалеты немецких бомбардировщиков на советскую территорию.
Очевидно, что некое моральное оправдание в духе «У нас же не базируются украинские ВВС, а просто украинские дроны пролетели над нами, мы сами это осудили!», безусловно, имеет место, но тем не менее никак не решает поставленный вопрос. Если дроны пролетели один раз, а вы никак нас об этом не предупредили, значит, вы соучастники этого процесса.
Вместе с тем формально ни одна из четырех перечисленных стран не участвует в военном конфликте с Россией, хотя, как известно, фактически в пропорциональном отношении и Финляндия, и страны Прибалтики — одни из самых активных доноров киевского режима.
Очевидная реакция России — усилить системы ПВО на данном направлении. Учитывая, что систем ПВО и так немного, их придется снимать с других направлений, что естественным образом ослабит другие участки фронта. Собственно, даже если бы все дроны противника были сбиты, то это сам по себе был бы приемлемый для Киева результат: Россия была бы вынуждена оборонять еще одно направление, тратить на него ресурсы, личный состав, имеющуюся в наличии бронетехнику.
Вместе с тем чисто теоретически в рамках данной задачи военно-промышленный комплекс России может подойти к вопросу более творчески и увеличить силы ПВО за счет зенитно-пулеметных установок, которые вполне сгодятся для поражения ударных дронов. Во-первых, действовать они могут на высоте до 2–2,5 км, во-вторых, в отличие от ракет дроны летят с достаточно низкой скоростью, в-третьих, перед непосредственным ударом они вынуждены снижаться.
«В октябре прошлого года нам рассказали о том, что придумали комплекс „Спица“. Это 30-миллиметровая пушка, она ставится на „Тигры“, на все остальное. В феврале 2026 года нам говорят о том, что был разработан 30-миллиметровый снаряд с дистанционным подрывом. У нас под данный калибр — снаряды, куча действующей бронетехники. Но мы почему-то не ставим эти модули на БМП-2, которые предназначены для вооружения 30-миллиметровой пушкой, имеющей вертикальный подъем 74 градуса, что позволяет им быть, грубо говоря, мобильным зенитным средством», — говорит для «БИЗНЕС Online» военный историк Александр Полищук.
Понятно, что даже такое усиление не даст 100-процентной гарантии результата, но в рамках простого реагирования предложить более нечего.
«Несмотря на все фактические разногласия, на то, что страны Прибалтики действительно ведут крайне агрессивную политику в отношении России, до боевых действий спустя годы после Второй мировой на этом участке еще ни разу не доходило»
Небо войны
Появляется еще один любопытный казус: если вы официально признаете, что украинские дроны вам не друзья, а сами вы никаких разрешений им на пролет не давали, — не вопрос, прямо в вашем небе их будем сбивать мы.
С одной стороны, это буквально немыслимо было еще несколько лет назад. Несмотря на все фактические разногласия, на то, что страны Прибалтики действительно ведут крайне агрессивную политику в отношении России, до боевых действий спустя годы после Второй мировой на этом участке еще ни разу не доходило. Кроме того, страны Прибалтики пребывают в некой уверенности, что «5-я статья договора НАТО» их защитит. Позволим себе ее процитировать:
Договаривающиеся стороны соглашаются с тем, что вооруженное нападение на одну или нескольких из них в Европе или Северной Америке будет рассматриваться как нападение на них в целом и, следовательно, соглашаются с тем, что в случае если подобное вооруженное нападение будет иметь место, каждая из них в порядке осуществления права на индивидуальную или коллективную самооборону, признаваемого статьей 51-й устава Организации Объединенных Наций, окажет помощь договаривающейся стороне или договаривающимся сторонам, подвергшимся подобному нападению, путем немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым, включая применение вооруженной силы с целью восстановления и последующего сохранения безопасности Североатлантического региона.
О любом подобном вооруженном нападении и всех принятых в результате него мерах немедленно сообщается совету безопасности. Подобные меры будут прекращены, когда совет безопасности примет меры, необходимые для восстановления и сохранения международного мира и безопасности.
Дьявол, как известно, кроется в мелочах, и эта мелочь звучит как «немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым». Проще говоря, для других стран НАТО может быть достаточно просто осудить действия России, ввести санкции против российских систем ПВО, официально запретить всем ответственным за запуск противоракет посещать страны НАТО.
Будут ли страны НАТО реально рисковать и вступать в активные боевые действия, перебрасывать свои войска в Прибалтику — неизвестно. За говорит тот факт, что правящая евробюрократия персонально ничем не рискует, а потенциальные выгоды могут увеличить роль и влияние бюрократического аппарата. Против идет рассуждение о том, что национальные государства Европы все-таки не являются, подобно Украине, «страной-шахидом».
Как следствие, в данном случае скорее следует ожидать агрессивной, но сдержанной реакции, а также неких попыток выйти на компромисс. В конце концов, требование России не пропускать через Прибалтику ударные дроны вполне выполнимое и не требует принципиального изменения политического или экономического баланса в этом регионе.
«Если удары идут со стороны данной территории, значит, она за них отвечает, следовательно, контрудары могут идти и по этой территории»
Перевернуть шахматную доску
Известная со времен Великой Отечественной войны поговорка гласит: «Лучшее средство ПВО — наши танки на аэродроме противника».
Проблема с Прибалтикой заключается не в ее военной компоненте: в конце концов, на все три страны там находится около 6–7 млн человек, из такого количества объективно нельзя собрать большую армию.
Прибалтика — удобный повод. С одной стороны, ее не жалко европейцам, она для них, в общем-то, чужая, бывшая русская колония, которая теперь превращена в плацдарм для наступления. Да, неприятно терять позиции, но потеря плацдарма не есть потеря даже первой линии обороны. С экономической точки зрения это просто тупик в буквальном смысле слова. Если раньше все три республики богатели на том, что были западными экономическими воротами СССР, то теперь мощность портового оборудования остается колоссально незагруженной. Раньше они обеспечивали перевалку товаров на 300 млн, теперь — только на 7 миллионов.
При этом Прибалтика находится в крайне чувствительном для России месте, буквально перекрывает Балтийское море и угрожает второму крупнейшему городу — Санкт-Петербургу. И это достаточно чувствительно.
Как следствие, если боевые действия действительно зайдут в ситуацию, при которой НАТО, почти не прикрываясь Украиной, начнет атаковать территорию России с этого направления, то решение может быть более горячим.
Во-первых, сразу отринем мысли о том, что страны Прибалтики нужно «вернуть в братских народов союз вековой»: проводить вторую индустриализацию за собственный счет излишне затратно. В конце концов, у нас уже есть новые регионы, где после 30 лет украинской власти и пришедшей после нее войны нужно тратить очень и очень много средств, не ожидая быстрого возврата инвестиций.
А во-вторых, если европейцы решили, что Прибалтика — это эдакий социальный эксперимент, а сами прибалты радостно с этим согласились, то проводить его надо. Если удары идут со стороны данной территории, значит, она за них отвечает, следовательно, контрудары могут идти и по этой территории.
Главное тут не жеманничать. Все эти полуманевры, которые ВС РФ использует на Украине, должны быть заменены холодным безразличием точного расчета и готовностью его выполнять. Тарту не Одесса, можно не переживать.
Для начала нужно нанести полноценный ракетный удар по штабам и командным пунктам противника. После чего с применением стратегических ядерных сил ударить по его портовой инфраструктуре, дабы избежать возможных осложнений, связанных с переброской военного имущества, а также нанести удары по возможным местам скопления войск противника, которые могут оказать сопротивление. Важно отметить: бить полноценными МБР не требуется, расстояние позволит ударить и тактическим вооружением; кроме того, дабы не вызвать возможные последствия на своей территории, лучше использовать заряды малой мощности. При этом важно ликвидировать железнодорожные узлы, чтобы противник потерял логистическую связь со странами Европы.
Существенного радиоактивного заражения опасаться не следует: во-первых, если снаряды малой мощности, то его радиус будет ограничен; во-вторых, как показывает опыт Хиросимы и Нагасаки, в течение 10–15 лет радиоактивный фон возвращается к приемлемым уровням.
Подчеркнем: по возможности нужно придерживаться определенного гуманизма. Бить по городам как по местам скопления мобилизационного резерва, скорее всего, не требуется. В конце концов, «уничтожение населения стран Прибалтики» не является релевантной задачей. В данном случае речь идет лишь об обеспечивающем маневре, направленном на безопасность Северо-Западного федерального округа Российской Федерации.
После этих мероприятий, в случае если возможные переговоры о прекращении взаимных обстрелов с последующим налаживанием мирных отношений не возымеют успеха, — вводить войска новосозданного Ленинградского военного округа для зачистки территории и создания полосы обеспечения, над которой можно будет с дальних подступов ловить украинские дроны.
Будут ли в этом случае страны Европы как-то участвовать в конфликте, как вообще после этого пойдут боевые действия на Украине, в Иране, в остальных частях света — автор статьи предугадать не берется.
Комментарии 11
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.