Александр Добровинский: «Мужчина должен работать всю жизнь. Пенсии у него быть не должно»

Известный адвокат и медиаперсона Александр Добровинский Фото: © Евгений Одиноков, РИА «Новости»

«Задуматься надо не о носочках, а о тех людях, которые нас защищают»

— Александр Андреевич, 23 Февраля раньше мы праздновали день рождения Красной армии. Даже стишок в школе дети учили: «Над кремлевскою стеной самолетов звенья, слава армии родной в день ее рождения». Это была армия первого в мире государства рабочих и крестьян, которое возникло 7 ноября 1917 года. Сейчас 7 ноября мы не отмечаем. Может, и 23 Февраля по этой логике не стоит праздновать, а учредить какой-то другой День защитника Отчества отдельно или День мужчин, если уж так хочется. Ведь женщины сейчас тоже активно защищают Отечество.

— У нас со многими праздниками происходит аналогичная мешанина. То же 8 Марта откуда пошло? Суфражистки, Клара Цеткин, Роза Люксембург, революционный праздник. Но это никто уже не вспоминает. Отмечаем просто как женский праздник. Так что, взять и отменить 8 Марта? Нет. Никто не сделает этого, потому что все привыкли. Очень велика в сознании человека сила привычки. Эта сила привычки диктует нам, что 23 Февраля всегда ассоциировалось с мужским праздником в силу того, что воин в нашем сознании во все века был мужского рода. И трудно себе представить, чтобы слово «воин» трансформировалось в слово «воинша». Это невозможно.

Но я считаю, что действительно надо поздравлять всех тех людей, которые так или иначе причастны ко Дню защитника Отечества. Он ведь так называется совсем не случайно. Я помню, когда это начиналось. Я учился в школе, это были 1960-е, и девочки нам дарили какие-то подарочки, что-то делали именно на 23 Февраля, говоря о том, что рано или поздно из нас вырастут солдаты и мы будем их защищать.

Так же, как мы им дарили какие-то штуки, которые сами делали или скидывались на цветы и покупали на 8 Марта. Это осталось. И это хорошо, что такая привычка есть. Она такая же, как привычка есть на Новый год салат оливье. Похожим образом у нас осталась ассоциация мужского праздника с Днем защитника Отечества. Да и пусть будет. У нас есть День отца, День матери, что совершенно не мешает отмечать и 23 Февраля, и 8 Марта. Поэтому я за то, чтобы праздники отмечались всеми — и кто к ним причастен, и не причастен. Праздник на то и праздник, чтобы люди веселились, отдыхали, поднимали бокалы. Но и думали — и это очень важно — о том, почему сегодня их праздник.

Приведу один ассоциативный пример. Я много раз слышу от людей, которые соблюдают Великий пост, совершенно чудовищное. Я не христианского вероисповедания, но в силу тех или иных причин прилично знаю христианство, его ответвления, православие и так далее. И когда я слышу от людей, что те держат пост, то обычно спрашиваю: «А с чем связан твой пост? Что ты под этим подразумеваешь?» Человек отвечает: «Слушай, весна, надо худеть. Так здорово, 40 дней я мало ем». Понимаете, это не про пост. Это про все что угодно, но не про веру.

И вот 23 Февраля, мне кажется, было бы здорово, чтобы люди понимали, почему они празднуют этот день. Потому что действительно это День защитников Отечества, людей, которые умирали за нашу свободу во время войн, которые так или иначе приходилось и приходится вести нашей стране. Хотя бы задумывались об этом. Ведь никто не сомневается, почему мы отмечаем 9 Мая? Это очень точная дата понятная всем. И 23 Февраля тоже должно быть, как мне кажется, понятно.

— То, что вы говорите, очень обоснованно и верно. Но, к сожалению, как только приближается 23 Февраля, в интернете поднимается настоящая волна всякой пошлости, мемов по поводу носочков и пенки для бритья, которые традиционно дарят своим мужчинам их женщины. Этим всем вымывается тот стержень, о котором вы говорите. Как это изжить?

— Эти носочки и пенки — как раз то, что я сказал о Великом посте. Никто не думает, что это каким-то образом должно подкрепить твою веру, чтобы ты осмыслил, осознал, почему и зачем происходит этот пост. Задуматься надо не о носочках, а о тех людях, которые нас защищают.

— Но ведь задумываются все меньше, а скатываются все больше.

— Да, это правда. Для того чтобы начать это все изживать, в стране должна быть идеология, способная сплотить людей. А она у нас то появляется, то исчезает, к сожалению. Я надеюсь, в результате мы все-таки станем едины до конца, но это отдельная тема.

— В вашей передаче «Завтрак со звездой» вы очень интересно беседовали с Марией Захаровой и цитировали стихотворение Блока о том, что Россию надо любить всякую и во все времена. Но у нас в 2022 году некоторые граждане предпочли ее покинуть, кто-то, сбегая от потенциальной мобилизации, кто-то от санкций и от потери каких-то личных благ. Кто-то из этих людей затерялся где-то «на больших бульварах», а кто-то начал всячески хаять свою Родину и ее народ, де-факто обслуживая чужие интересы. Сейчас идут споры, как относиться к этим людям, когда будут подписаны какие-то договоренности, как к предателям со всеми вытекающими отсюда последствиями. Или они граждане, хоть и инакомыслящие, пусть спокойно возвращаются, если захотят? Как вы полагаете?

— Знаете, это извечный вопрос плохого ребенка. Или извечный вопрос о мальчике-предателе — помните эту знаменитую историю советскую, который донес на своего папу-кулака? Павлик Морозов. Он герой или он подонок? Это отсюда же.

Китайцы, например, поступили вообще совсем по-другому. Они ввели определенный код. То есть ты зарабатываешь очки. Если ты хороший гражданин, у тебя становится больше очков, ты получаешь больше льгот, пенсии растут, в конце концов, и так далее. Если ты гнус, сидел в тюрьме или сбежал, когда ты был нужен своей стране, то у тебя очки уменьшаются до минуса и ты становишься плохим гражданином. Чтобы поправить свое положение в государстве и обществе, тебе надо будет сначала выйти в ноль, зарабатывая эти очки, а потом уже приближаться к плюсу. Интересная штука. Я не говорю, что это у нас должно быть, но в Китае такая штука есть.

Мое мнение таково: у нашей Родины, а она у нас с вами одна, много детей. И это все граждане нашей страны. Так вот, эти граждане, эти дети страны, есть хорошие и есть плохие. Но это все равно наши дети, это все равно дети нашей Родины. Можно простить, но нельзя забыть. Это очень существенная разница. Простить и не забыть — это важная деталь.

Я приведу пример публичных людей Аллы Борисовны Пугачевой и ее мужа Галкина*. Представьте себе, что они вернутся в Россию, начнут опять работать, вести какую-то публичную жизнь и так далее. Они граждане Российской Федерации, и мы не должны препятствовать тому, чтобы они вернулись. В этом плане их можно простить. Но может ли забыть публика, народ, что они сделали, когда они были нужны? Наверное, нет. Так вот, сочетание простить, но не забыть, я думаю, останется в людях, в нашей ментальности, в наших отношениях к уехавшим и вновь вернувшимся надолго.

— В продолжение того, о чем вы сказали. Сейчас в Государственной Думе идет вялотекущая дискуссия о том, как относиться к тем, кто не служил и не хочет отдавать воинский долг Родине (не по состоянию здоровья, разумеется), поражать их как-то в правах или нет. Кто-то предлагает не брать на госслужбу, кто-то — ограничить в предоставлении каких-то бесплатных госуслуг. В общем, разные мысли высказываются, чтобы стимулировать молодежь не только повышать демографические показатели, но и идти на армейскую службу.

— Скажу. Вы знаете, у меня есть, наверное, лучший пример в мире, который только может быть. Это служба в армии израильтян, которые призываются в маленькой стране, окруженной в основном, в общем-то, не очень дружелюбными соседями. Так вот, там в армию идут и мужчины, и женщины. Два года служат женщины, три года — мужчины.

Израильтяне смогли сделать так, что служба в армии стала не то что престижной — без нее немыслимо твое существование в обществе. Я много раз присутствовал при разговорах, когда садятся два взрослых человека и их разговор через пять минут выходит на уровень: «Где ты служил». Один говорит: «Я был в пехоте». «А я был десантником!» — отвечает другой. И это здорово. Понимаете, люди с гордостью вспоминают, где они служили. Мало того, человек, который не служил и избежал службы по тем или иным причинам и не может это объяснить, становится изгоем общества. Они смогли всего за 80 лет своего существования сделать службу в армии неотъемлемой частью повседневной жизни после армии. И это очень здорово.

Если мы сможем добиться аналогичной ситуации, то это будет не то что огромный прогресс, а это будет новое завоевание ментальности российского человека. И это надо делать безусловно. В том числе тем, что вы сказали, что нет госслужбы без армейского прошлого, и, разумеется, повышением уровня обеспечения служащих. Мне кажется, и я думаю, что не ошибаюсь, мы, слава богу, изжили в армии эту идиотскую дедовщину. Насколько я знаю, ее больше нет. Но служба в армии должна быть престижной не только во время прохождения, но и после окончания. Вот над этим всем надо работать. Над тем, чтобы служба в армии была престижной, интересной. Это еще один аспект. Давала, например, нужную гражданскую профессию. И конечно, никаким образом не давала возможности отлынивать, избавиться от нее и так далее. Это должно быть честью. И в этом отношении хорошие примеры надо брать на вооружение.

— Кстати, о примерах. Насколько я знаю, в Израиле, как и в некоторых других странах, существует концепция вооруженного народа. То есть каждый гражданин, как в Швейцарии, например, может иметь дома оружие. Если вдруг завтра объявят какую-то тревогу, то у него, в принципе, все дома есть. Он может надеть форму, взять винтовку, автомат, пулемет, что у него есть по штату, и сразу встать в строй. То есть власть в стране не боится своего вооруженного народа, она не препятствует тому, чтобы люди имели дома оружие. У нас существует жесткий закон об оружии. Надо пройти все круги ада, чтобы что-то гладкоствольное для самообороны купить. Я не имею в виду охотничий билет, если ты не охотник, а живешь в Москве, например. На кого там охотиться? До 1917 года у нас тоже оборот оружия в стране был заявительный. Потом это запретили. Не пора ли пересмотреть такой подход?

— Есть разница в ментальности наших граждан и швейцарцев. Есть разница в ментальности между нашими людьми и израильтянами тоже. Надо брать обстоятельства, которые способствовали такому законодательству, — например, в сравнении с Израилем, который воюет практически всю историю своего существования с 1948 года. Или Швейцарией, для которой принцип нейтралитета вырос в то, что граждан учили держать оружие дома. Я не думаю, что для нас это подходит.

«Для тех, кому нет 30, успешный человек, мужчина — это один профиль, для других после 30 лет и старшего поколения — совершенно другой» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Существует пропасть между людьми, которым до 30 лет и которым больше 30»

— У нас начиная с момента исчезновения Советского Союза, сейчас уже в меньшей степени, но тем не менее шла и все еще продолжается активная пропаганда так называемого успешного человека, прежде всего мужчины. И у женщин из телевизора, интернета, всевозможных глянцевых журналов сложился определенный стереотип этого героя мечты, которому далеко не все лица мужского пола могут соответствовать. В результате невероятное количество разочарований и сломанных судеб. В вашем понимании что такое успешный современный мужчина?

— Вы затронули очень сложную тему. Хотелось бы посмотреть, что будет с нашим обществом через 100 лет, но сегодня происходит очень интересная вещь. Хорошая или плохая, неважно, но она есть. Сегодня существует пропасть между людьми, которым до 30 лет и которым больше 30. Такая огромная пропасть, но все же намного меньше, существовала в 60-х годах прошлого века. Кстати, она существовала тогда по всему миру, и 1960-е в какой-то степени сломали устои человечества, тогда мир стал другим.

Сегодня глубочайший водораздел между теми, кому до 30 лет и которые старше, наблюдается буквально во всем, начиная с языка. Молодежь говорит на том языке и сленге, который старшее поколение не может понять. Я вам приведу пример. Мне моя любимая дочь говорит: «Папа, ты сигма». Чтобы не посрамиться перед молодежью, я сказал: «Ну хорошо, я сигма», — не очень понимая, я старый пень или это хорошо. Я пришел на работу. У меня в качестве ассистенток работают две молодые девушки. Подхожу к ним и говорю: «Здравствуйте, девочки! Скажите, я сигма?» Они посмотрели друг на друга и говорят: «Александр Андреевич, вы, безусловно, сигма». Я подошел к молодому коллеге и спросил: «Дима, скажи, пожалуйста, ты сигма?» Он говорит: «Я, да что вы? О чем вы говорите? Я не сигма, это вы сигма». И тогда я начал выяснять. Выяснилось, что сигма — это круто. Крутой.

Я привел один пример, понимаете? Они начали говорить и думать абсолютно по-другому, нежели мы. Мое поколение и поколения, которые младше, — мы не стали приставками к компьютеру, и мы не стали приставками к телефону. Хорошо это или плохо — это другое дело. А они стали. Они не мыслят себя без интернета, компьютера и так далее.

Вот этот провал между поколениями диктует ответ на вопрос, который вы задали. Для тех, кому нет 30, успешный человек, мужчина — это один профиль, для других после 30 лет и старшего поколения — совершенно другой.

— Что это за профили? Каков их основной качественный набор?

— В стране еще совсем недавно я наблюдал очень нехорошую вещь. К счастью, с началом СВО она начала затухать. Расскажу, в чем дело. Если мы возьмем, например, футбол или любой другой спорт, у нас есть разные команды и разные болельщики. Они распределяются от ненависти друг к другу до добрых людей, которые говорят: «Да, „Спартак“ — хорошая команда, ЦСКА — тоже», — и обсуждают это. Это разобщенные группы. Самое страшное, что может быть в стране, — это разобщенные группы. Но все болельщики объединяются, когда выступает сборная России, потому что за нее болеют все. Вот таких групп, я сейчас не говорю о футболе, я говорю вообще, в нашей стране с перестройки, начало возникать несметное множество. Если вспомнить лихие 90-е, то появились группы неких бандитов и для некоторых женщин это был эталон. Их успешный мужчина должен был быть таким, потому что это он находился на пьедестале. Потом появились новые русские, и это был эталон.

Перечислять можно очень много и долго. Произошла история, когда начали складываться группы и в каждой группе был свой эталон. Это очень плохо. Почему? Посмотрите на Европу. Она вся сегодня состоит из разных групп, начиная от приверженцев того или иного политического течения, что, в общем, было всегда, но к ним добавились группы сексуальной направленности, религиозной направленности, анти-какой-то направленности и так далее. Таких группировок — масса. Поэтому, в общем, мы видим в Западной Европе ужас и вакханалию, которые сегодня там царят. Я прожил в Западной Европе больше 20 лет и очень хорошо знаю, о чем говорю. Старый мир, который не был разделен на группы, рухнул, и группы его подпилили.

Так вот в нашей стране существовало, к сожалению, много групп, которые постепенно-постепенно все-таки сходили на нет. 2022-й сделал одну очень существенную вещь. Как болельщики из разных групп начинают болеть за сборную России, которая играет, так в момент опасности группы внутри страны растворились, потому что мы все переживаем за то, чтобы наши воины принесли свободу народу ДНР и ЛНР. Групп стало меньше, но они все равно есть. И в каждой группе свой символ для поклонения, потому что это и есть мужчина мечты. Мы никуда от этого не денемся, но грань между группами постепенно начала стираться. А также группы начали пропадать.

Пример очень простой. Слава богу, мы изжили бандитов, которые были явно серьезной группой со своими идолами, в большинстве своем плохо закончившими. Мы изжили символ нового русского. Он потерялся, его больше нет. У нас сегодня немножко другая специфика. Сегодня у 30-летних это загруженный молодой человек, который хорошо зарабатывает, при этом не обремененный большим интеллектом, потому что это отнимает время у него, как для женщины, так и для себя самого. И так как его интеллект находится ниже, чем требования у другой группы, то этот человек может уделять кому-то больше времени.

У людей более старшего поколения успешный мужчина — это немножко другое. Это все-таки человек, который что-то соображает в жизни, у которого есть свои интересы, и желательно, чтобы эти интересы были такими, которые включают в себя его продвижение по службе, или заработок, или что-то еще, что дает ему определенное чувство свободы, потому что деньги в той или иной степени приносят свободу. Так считается в обществе, и это есть правда.

И последнее в этом очень сложном ответе на ваш очень сложный вопрос заключается в том, что в силу жизненного цикла из этих 30-летних в скором времени должна быть сформирована российская элита. Политическая, интеллектуальная, военная, спортивная, любая элита формируется новым поколением. Какой будет эта элита, которая станет диктовать свои условия жизни, свои приоритеты, свою ментальность, психологию, сегодня сказать очень и очень трудно. Одно можно утверждать с уверенностью уже сейчас: эта новая элита, которая придет на смену сегодняшнему поколению, будет здорово отличаться от элиты сегодняшней.

— Вы очень много общались с нашими, так скажем, сильными мира сего — и новыми русскими, и мини-олигархами, и крупными олигархами, небожителями шоу-бизнеса и мира спорта. Как бы вы охарактеризовали этих успешных людей? Каковы они, наши богачи? Что это за люди?

— Вы знаете, я общался с состоятельными людьми очень разного толка. Они, конечно, разные по своей сути. Есть люди, которые сделали огромные состояния, исходя из того, что они преуспели в науке, и эти состояния исчисляются миллиардами. Да, научные ребята, которые смогли завоевать в кавычках мир. И не только у нас. Эти богачи во всем мире смогли преуспеть за счет своей головы. Давайте посмотрим на ребят, которые молодыми людьми сформировали такие огромные компании, как Google, изобрели Wi-Fi, WhatsApp** и тому подобное. Все это довольно молодые люди. «Яндекс» тоже был построен не очень пожилыми людьми. Помните, была такая строка в стихотворении Вяземского: «И жить торопится, и чувствовать спешит». Вот они очень напоминают эту фразу. Для них, как это ни странно звучит, деньги не имеют большого значения. Это игра. Абсолютно та же самая, которая была когда-то в детстве, когда они играли в машинки и солдатики, и не более того. Потому что они также едят один завтрак утром и каждые пять минут не меняют костюмы и ботинки. Вот для этой плеяды людей эта игра становится смыслом жизни.

Еще одна категория людей, которые зарабатывают очень большие деньги, — это люди, связанные с шоу-бизнесом и со спортом. И тут и там большие деньги, огромные для обывателя. В обеих этих сферах есть люди, которые в силу своего таланта могут его плоды успешно продавать и становятся публичными персонами со всеми трудностями, связанными с этой публичностью. Я много раз выходил в кафе, театры и так далее с публичными людьми и скажу вам, что это безумно сложно. Эти публичные люди, будь то спортсмены или люди, связанные с шоу-бизнесом, становятся очень легко ранимыми, потому что каждое лыко вставляется им в строку, и жить такому человеку совсем непросто. Совсем!

Кстати, туда же, к этому же шоу-бизнесу, можно отнести известных людей из политики, поскольку политика иногда тоже становится своего рода шоу. Я не думаю, что мы с вами когда-нибудь видели известных министров в молочном магазине или в очереди за картошкой. Они не могут себе это позволить, потому что толпа может повести себя совершенно неоднозначно. Это очень-очень сложно — быть публичным человеком.

И наконец, третья категория, ненавидимая всеми остальными гражданами нашей страны, — это люди, вышедшие из 90-х и, как считается, разграбившие страну. Эти люди еще есть, они существуют, эти олигархи, о которых много говорят. Ну слушайте, таковы были условия, созданные в нашей стране группой лиц, которыми воспользовались другие люди. Что они сегодня из себя представляют? Это люди, которые разбогатели очень быстро, сделали колоссальные состояния на удаче, потому что им она подвернулась.

Они вовремя покупали какие-то предприятия или давали взятки и так далее и тому подобное. Они тоже распадаются на два клана. Один клан, который сказал: «Я сделал деньги, и теперь я боюсь, что у меня все это отнимут. Я это все продаю и бегу отсюда, потому что рано или поздно мне могут это вспомнить». И действительно уехали. Таких очень много из богатейших людей, которые воспользовались моментом. И есть другие, которые сказали: «Нет, я здесь разбогател. Удача мне повернулась, я буду платить налоги, я буду здесь до той поры, пока мне здесь хорошо сидится». Такие люди тоже есть. Их нельзя винить за то, что они поймали птицу счастья за хвост, потому что было такое время. Им нельзя ставить это в какую-либо вину, и, как ни странно, они не всегда счастливы до той степени, в которой считается в народе, что это их окрылило раз и навсегда на всю жизнь. Дело в том, что практически все они, и тут уж я точно знаю, о чем говорю, женаты-переженаты и так далее. Семьи очень многих разрушены из-за того, что люди не понимали и не представляли себе, что такое золотая клетка, в которую они и их семьи попали. Вот такая ситуация.

«Мужчина должен работать всю жизнь. Пенсии у него быть не должно. Его обязанность в жизни — сделать так, чтоб его жене и детям жилось после его смерти лучше, чем в свое время ему» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Удел патриотов в нашей стране — быть интеллектуалами»

— Тяжелая ситуация с разводами не только у олигархов. По статистике, на 10 браков в России приходится 8 разводов. Наша страна вышла на 3-е место в мире по числу разводов. Женщины говорят, что мужчины по их понятиям утратили статус надежной защиты и опоры, стали ленивы, инфантильны, капризны и распущены. С ними нельзя строить долгосрочные планы на будущее, они не хотят брать на себя ответственность, легкомысленно относятся к семье во всех смыслах. Многие не хотят детей, не желают становиться отцами. Вы согласны с такими оценками?

— Нельзя все перекладывать на одного мужчину. Он, этот мужчина, не должен нести на себе бремя того, что он не женится, не сделает детей и не возьмет на себя ответственность. Он это делает исходя из того, что не видит рядом с собой человека, женщину, с которой мог бы все это сделать.

Сегодняшний мужчина в России, во-первых, пресыщен легкими отношениями. К сожалению, это так. Во-вторых, он опасается того, что женщина может его использовать, что тоже очень часто бывает. И в-третьих, у нас отсутствует то воспитание, которое когда-то было заложено, я бы сказал, в нашем старообрядческом купечестве, потому что изначально посыл идет немножко оттуда. О чем речь? Мужчина должен работать всю жизнь. Пенсии у него быть не должно. Его обязанность в жизни — сделать так, чтоб его жене и детям жилось после его смерти лучше, чем в свое время ему. Вот это его обязанность. И больше ничего. У женщины масса обязанностей. Она должна держать дом. Она должна сделать так, чтобы в их дом мужчину тянуло. Она должна воспитывать детей. И она должна сделать так, чтобы, когда муж приходит, неважно, с работы, с войны, с учебы и так далее, его встречали бы с радостью. Потому что он глава семьи. Ему нельзя действовать на нервы. Дети должны его радовать. Этот патриархальный подход себя, к сожалению, изжил. Если бы нам удалось его вернуть, то вернулось бы все.

Но сегодня мужчина смотрит на женщину, которая говорит: «Да пошел ты! Я сама буду работать. Вот сейчас я нанялась тебе сидеть с детьми дома и готовить тебе ужин! Да кто ты такой вообще?» Когда женщина говорит о том, что мужчина не берет на себя ответственность, то должна понимать, что она такой ответственности не дает.

Теперь, собственно, о том, почему растет число разводов. На эту статистику обращают внимание, но не говорят о том, что мужчина часто женится из-за своей совестливости. И это плохо. Поясню, о чем речь. Он начинает встречаться с девушкой. Девушка говорит: «Сколько можно с тобой встречаться», или «Я забеременела», или «Мне это надоело, если ты не женишься…» — и так далее. Он нехотя делает ей предложение и женится. Но я всегда говорил, говорю и буду утверждать, что большинство разводов происходит из-за того, что мы женимся и выходим замуж, не зная друг друга, а разводимся, потому что друг друга узнаем.

Я много лет бьюсь как рыба об лед, чтобы доказать нашей Государственной Думе мысль о том, что так называемый гражданский брак, который Дума совершенно не хочет ни видеть, ни признавать, должен каким-то образом быть признан. Почему? Потому что действительно мужчина боится такого отношения к себе со стороны женщины. Но мы все люди, все человеки. Мало того, что у нас гормоны, мы еще люди, которые должны жить в стае, пусть в маленькой — муж с женой, — но в стае. И мы должны формировать, это заложено создателем, ячейку общества, которая называется семья, есть печать в паспорте или нет. Поэтому масса людей живет не в браке, а в сожительстве, но наши законодатели это не хотят признавать. Вот почему, собственно, и происходит то, что происходит.

Мужчина не хочет брать ответственность, потому что он поживет сегодня с Клавой, а завтра или через два года он будет жить с Зиной. Так вот, если он, пожив с Клавой, будет нести хоть какую-то ответственность за то, что жил с этой женщиной, которая лелеяла мечту о том, что они поженятся, родила или они планировали создавать семью, то тогда у нас очень многое что наладится. А сегодня есть абсолютная безответственность, которая продиктована, к сожалению, отсутствием законодательства в этом плане.

— По количеству мужских суицидов мы занимаем одно из ведущих мест в мире (в 2020 году были на первом). Психологи и социологи считают, что главная причина здесь — «схлопывание состоятельности, статусности и перспектив». Мужчина падает в собственных глазах, в оценках близких и просто значимых для него людей и не видит для себя возможности это изменить. В этом случае смерть для него становится легче мучительной жизни. На ваш взгляд, в чем причина такой статистики ВОЗ?

— Мы все живем в отражении кого-то или чего-то. Мы смотрим на то, как живет наш сосед, друг, приятель и так далее, и сравниваем себя с ними. Я не совсем согласен с оценками психологов по поводу людей, которые заканчивают жизнь самоубийством. Я вообще к психологам отношусь довольно холодно, потому что это в основном придуманная профессия вместе с их советами.

Я вижу здесь немножко другое. Я вижу людей, которые не хотят ничего достичь. По щучьему велению ничего не происходит. Им не то что лень, им неинтересно идти и бороться за человека, которого они должны любить в первую очередь — за себя. Им это неинтересно. Вот не свалилось на голову. И от того, что этот шанс не произошел, человек начинает считать себя неудачником. Он не выиграл жизнь в лотерею. Если он не выиграл жизнь в лотерею, то для чего ему жизнь? На него не свалилось. И отсюда происходят суициды. Я немножко по-другому вижу это, нежели психологи.

— Вы сказали, что это поколение 30-летних через 10–20 лет, станет нашей элитой. Но за ним идут следующие поколения. Отсюда вопрос: чему и как учить наших мальчиков? Как воспитывать, чтобы они были готовы к новым вызовам, которые встанут перед ними в ближайшей перспективе?

— Для любого государства три компонента, которые видит мальчик и молодой человек, должны быть в приоритете.

Первое. Мальчик, юноша не должен видеть примеров, когда пожилой человек никому не нужен. Мы должны сделать так, чтобы пожилые люди были счастливы. Если мальчик растет и видит, что его дед и бабушка хорошо себя чувствуют, у них есть обеспеченная и интересная старость. Плюс второй компонент, который я называю здравоохранение: он растет человеком, который не боится будущего. Это две очень важные составляющие. И отсюда вытекает третья. Если эти две составляющие есть, то третья в кавычках, капиталовложение или, вернее, человековложение, которое должно быть сделано, — это, безусловно, образование. Потому что только образование может дать обеспеченную старость и здравоохранение. Вот эти три кита, на которых должно держаться то, что называется такими громкими словами, как «счастье народа». И тогда все остальное будет.

— А как вы считаете, может ли быть патриот интеллектуалом или он непременно должен быть космополитом, гражданином мира?

— Я абсолютно уверен, что патриот может быть интеллектуалом. Здесь другого ответа просто не получится, особенно сегодня. Сегодня глобальный мир, который очень старательно «демократия» разрушала в течение многих десятков лет, пришел к тому, что Россия стала, на мой взгляд, последним оплотом традиционного мира, того, который когда-то был везде. Но, может быть, это все перевернется и тогда Россия станет первым оплотом иного мира. Везде в кавычках, конечно.

Я смотрю сегодня на то, что происходит в Западной Европе, в Соединенных Штатах Америки, когда мне приходится туда летать, потому что у меня мама-француженка похоронена в Париже. Я провожу один или два дня в Париже, в котором я с детства жил и вырос там, и бегу из Франции, которую когда-то любил как страну. Я просто не хочу ее видеть. Потому что того мира, который я знал, больше нет. Может быть, он когда-то возродится, но пока что его больше нет.

Поэтому я считаю, что как раз сегодня интеллектуал — это патриот. И удел патриотов в нашей стране — быть интеллектуалами. Потому что интеллектуал очень хорошо понимает в силу разных обстоятельств, где сегодня действительно применимы его способности. Где его не забьют, где он может говорить и писать то, что он думает, в отличие от Западной Европы, например, или Соединенных Штатов Америки. Там ты не имеешь права сказать условно, что ты патриот России. Ты не имеешь права на свое мнение, например в Германии, которую я тоже очень хорошо знаю. Поэтому сегодня патриот и интеллектуал в России становятся тождественными понятиями. Думаю, что это так, и мне это нравится.

— Можно в завершение личный вопрос? Расскажите немного о своей коллекции часов, о которой ходит много легенд.

— Я всегда говорил, что у меня нет коллекции часов. Что такое коллекция? Это когда ты покупаешь или меняешь какие-то вещи, потому что тебе не хватает, например, марки с таким-то погашением. Или ты покупаешь картину, потому что собираешь ряд каких-то художников и так далее.

Мое собрание совсем не коллекция. Мое собрание часов пошло только от одного посыла — от того, что я ношу этот редкий предмет мужской роскоши, который мужчина, в отличие от женщин, может себе позволить. Мы не носим серьги, хотя некоторые мужчины сейчас делают это. Мы не носим браслеты, хотя некоторые мужчины тоже сейчас их носят. Мы не носим массу колец и так далее и тому подобное. У нас есть такая штука, которая называется часы. Это не мое открытие. Это протестанты. Почему в Швейцарии мастерство часовщиков приняло такой размах и швейцарские часы считаются лучшими в мире? Дело в том, что Швейцария — протестантская страна, а у протестантов считалось, что мужчинам неприлично носить украшения. И тогда часовщики начали делать очень хорошие, сложные и эстетически красивые часы, которые не считались украшением. Отсюда, собственно, это пошло. Так вот, мое собрание часов исходит исключительно из этого.

Я ношу часы, которые мне нравятся. Есть часы, которые подходят к костюму. Или это спортивные часы, которые я надеваю, когда иду заниматься спортом или играю в гольф, хожу на тренировки и так далее. У меня есть часы, которые я могу надеть под свитер, потому что они более толстые, чем те, что я ношу под рубашку, поскольку у меня рубашки с манжетами, запонками и они туда не влезают просто физически.

Моя любовь к часам началась с того момента, когда мне мама в пятом классе подарила штурманские часы. Это была моя гордость, я в них ходил в школу, их рассматривали, я давал их мерить, а еще они были на ремешке с компасом и маленьким портретом Юрия Гагарина. Эти часы до сих пор у меня. И каждый Новый год в половине двенадцатого я надеваю эти часы на руку и вспоминаю тот момент, когда в пятом классе я подошел к елке и там лежала коробочка с этими часами. Я думаю, что более счастливого момента в моем детстве трудно вспомнить. В этот момент я понял, что стал взрослым. И я очень хорошо помню, что в ту новогоднюю ночь я так и заснул с часами на запястье. Каждый Новый год, надевая эти часы, я вспоминаю и себя счастливого в эту ночь, и мою обожаемую маму, и всю нашу семью, которая смотрела на маленького Сашу и, наверное, радовалась тому, что они смогли осчастливить отличника. Я никогда этот момент не забуду.

С тех пор прошли годы. И каждый раз, покупая часы, я руководствуюсь прежде всего их эстетикой. Есть часы, которые я никогда не куплю, они мне не нравятся. Например, мне не нравятся часы Rolex. Эстетически они мне не подходят. Это не мое. Не люблю часы с металлическими браслетами. Поэтому все мои часы на кожаном ремешке, и все мои часы были куплены и приобретены потому, что они мне просто нравились. Поэтому я считаю, что это не коллекция, а скорее собрание.