Шамиль Агеев — председатель Торгово-промышленной палаты РТ Шамиль Агеев председатель Торгово-промышленной палаты РТ
— Страна изменилась, но пока не в полной мере. Пока еще не вся страна осознала, что идет тяжелейшая операция, настоящая война. А с другой стороны, народ подтянулся. Начали лучше работать службы сервиса, больше внимания к людям стало. Но, видно, все же требуются усилия и бо́льшая собранность и сплоченность. Мы не рассчитывали, что будем со всей Европой воевать.

Здесь много факторов появилось. Возникла какая-то тревожность у людей на фоне всех этих дронов, самолетов и так далее. И в какой-то степени получился некий внутренний «напряг» у властей. Так что положение напряженное, но оптимизм преобладает. Все равно это все когда-нибудь кончится. Но руки опускать нельзя. Мы должны побеждать. Иначе России будет хуже и нам всем.
Наиль Магдеев — мэр Набережных Челнов Наиль Магдеев мэр Набережных Челнов
— Прошедшие годы — это суровый экзамен для нашей страны и всего многонационального народа. Эти годы показали особый дух, ответственность и единение наших людей. Практически каждый житель нашей страны оказал и оказывает посильную помощь нашим воинам, семьям погибших военнослужащих. Известное выражение, что народ и армия едины, подтвердился на практике. Время показало, что наш народ един и непобедим.
Сергей Акульчев — председатель правления ГК «Акульчев» Сергей Акульчев председатель правления ГК «Акульчев»
— Как эти четыре года СВО изменили страну? Скорее всего, наш военно-промышленный комплекс начал действовать очень активно. И страна очень сильно «перегруппировалась» с точки зрения экономики на эту деятельность.

Внешнеэкономическая деятельность у нас на данный момент не сильно активна. Если смотреть внутри страны, наверное, все-таки у людей появилась повышенная тревожность за эти четыре года. Рынок труда сильно поменялся — он прямо скачет. Очень сильно штормит его из одной стороны в другую. Наверное, произошло некое расслоение общества на «свой – чужой» по разным характеристикам.

Наверное, мы стали больше верить в себя. Мы и так верили в себя, но начали верить еще больше. Я сам, наверное, больше повернулся лицом к людям. Во всяком случае, хотелось бы так думать, что во мне добавилось человечности.
Максим Шевченко — журналист Максим Шевченко журналист
— Страна находится в ситуации реальной войны. Наносятся удары по городам, перерабатывающим заводам. Ограничены многие права и свободы людей, перемещения, возможность разного рода связи с внешним миром. Вот это бы я отметил. Поскорее бы мир. Реальный. Поскорее бы война закончилась.
Александр Добровинский — бывший адвокат, управляющий партнер московской коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнеры» Александр Добровинский бывший адвокат, управляющий партнер московской коллегии адвокатов «Александр Добровинский и партнеры»
— Я отметил бы возросший патриотизм в стране на самом деле. И это очень здорово. Понятно внимание к людям, которые уехали и кто был против того, что началось 24 февраля 2022 года. Их отношение и отношение к ним. Вот это стало очень интересной лакмусовой бумажкой общества. Я думаю, что русский народ (а под русскими я имею в виду всех нас, всю нашу многонациональную страну) устроен таким образом, что он их простит, но не забудет.

Как лично меня поменяли эти четыре года? Вы знаете, я большой патриот нашей страны. Я живу в Москве и не представляю себя где-то в другом месте, в другой стране. Но меня «извиняют» многие обстоятельства. Я более 20 лет прожил за границей, у меня там похоронены мои родные. И мне приходится время от времени туда летать. Поэтому я могу сравнить жизнь в России и жизнь в других странах. И говорю еще раз, что только Россия и все, что делается [Россией], правильно! Поэтому меня последние четыре года только укрепили в том понимании, что я правильно сделал, когда уехал с Запада.
Сергей Толстых — руководитель группы охранных организаций «Застава» Сергей Толстых руководитель группы охранных организаций «Застава»
— В первую очередь мы увидели, кто есть кто  у нас в стране. Кто патриот, кто «ждун», а кто безразличный. Это лакмусовая бумажка, которая показала все слои населения. В каждом слое определились люди, которым небезразлична их Родина, и те, которые просто здесь жили, выгребали из страны все блага, но не связывали с ней свою жизнь, судьбу и жизнь своих детей.

Мы увидели все свои слабости. Я про себя говорю. Я посмотрел на то, что мы, в принципе, отчасти были не готовы к этому. В первую очередь морально. Потому что всегда, влезая в драку, нужно быть готовым получить по сусалам. И мы получаем до сих пор, но это, к сожалению, трудный и тернистый путь, который нам придется пройти. Без всяких разных пафосных слов. Единственный фактор, который всегда трезвил российское общество, я бы сказал, русское общество, — это, к сожалению, кровопролитие. Как это было в 612, 1812, 1917, 1941 годах и сейчас.
Влад Шлепченко — военный обозреватель Влад Шлепченко военный обозреватель
— Тяжелый на самом деле вопрос, прямо на диссертацию. Идет тяжелейшая борьба с Западом по большому счету. Я бы назвал ее гражданской войной между Россией и Западом. Вопреки тому, что очень часто рассказывают о каком-то цивилизационном выборе, ценностных разночтениях, нет у нашей элиты с Западом никаких непреодолимых противоречий.

По большому счету Россия выстраивалась как органичная часть Запада, как поставщик ресурсов. И все эти люди, которые за 30 лет там осели, составляют наш правящий слой. Там их дом, а сейчас они все оказались заперты на работе, представляете? Работа, где они находились вахтовым методом, восстала против их дома, где у них всех семьи, дети, недвижка, планы на будущее… Все это оказалось отрезанным.

И отсюда вся наша позиция, все наши метания. Как мы уже говорили не раз, Россия не имеет самостоятельной технологической базы для ведения войны, поэтому все время вынуждена опираться на внешние рынки. Микроэлектронику мы закупаем на миллиарды долларов, а хохлы потом воют, что им на голову падают микропроцессоры AMD родом из Техаса. И эта позиция неопределенности сказывается на всем: как идут боевые действия, что мы не отвечаем Европе на ее удары… Вы заметили, что за эти годы не было серьезных ударов по Европе? Вообще никаких не было. Потому что люди, которые у нас здесь принимают решения, не хотят бить посуду в своем доме. Они все еще мечтают вернуться домой, на Запад.

Обычные люди в городах России не видят войны, не чувствуют ее дыхания… И слава богу, потому что это война на истощение. В такой войне важны не какие-то разовые успехи — важно не перенапрягаться. Я бы сказал, что одно из немногих реальных достижений нашей власти... И то, что сейчас они вытворяют с «Телеграмом», — это очень плохо, может общество раскачать и привести к сворачиванию СВО. Немцы в Первую мировую проиграли потому, что устали. Они выигрывали значительную часть сражений, но просто истощили себя. А волна запретов, которая у нас сейчас началась, обнуляет успехи нашей стратегии, потому что вызывает раздражение, которое накапливается и постепенно переходит в ненависть.

Сейчас ситуация — затык. И без каких-то принципиальных решений по разрыву с Западом, идущих с самого верха, решительнее воевать не получится.
Дмитрий Новиков — депутат Госдумы, заместитель председателя ЦК КПРФ Дмитрий Новиков депутат Госдумы, заместитель председателя ЦК КПРФ
— Приближается праздник, который для меня остается Днем Советской Армии и Военно-Морского Флота. Именно таким его знают в нашей стране. С этим праздником всех и поздравляю!

Традиции защитников Отечества продолжаются. Период СВО это доказал. Но способность наших сограждан к подвигу не единственный факт, доказанный в эти годы.

Для наиболее зрелых участников политических процессов в России период новых испытаний — время важных уроков. Всем, включая представителей власти, жизнь предоставила обилие аргументов в пользу того, что инициативы КПРФ нужно слышать. Это партия интеллектуалов, предлагающая глубокую экспертизу. В сфере обороны и безопасности в том числе. Если бы решение о признании ДНР и ЛНР частью России было принято еще в 2014 году, ход событий был бы намного благоприятнее.

Далее. Несмотря на героизм наших солдат, специальная военная операция продолжается уже дольше, чем Великая Отечественная война. Напомню, что освободительная миссия Красной армии в Европе началась весной 1944-го и завершилась победой уже через год. За этот период от немецко-фашистской оккупации были освобождены 10 стран Центральной и Восточной Европы.

Затягивание боевых действий неизбежно влияет на умонастроения людей. Сегодня историческое сознание, обостренное в условиях войны, позволяет обществу сохранять патриотический настрой. Однако это сопряжено с другими тенденциями. Все заметнее растет тревожность граждан. Они видят: экономика хоть и устояла, но подает все больше признаков неблагополучия. Наблюдается тотальный рост цен. Усиливается фискальная нагрузка. Увеличиваются и прямые, и скрытые налоги. Растет так называемая штрафодобыча.

Под прикрытием цифрового прогресса и комфорта формируется система тотального контроля над человеком. При этом свои вопросы через цифровизацию власть решает, а защитить население от телефонных мошенников не может.

Еще недавно многие хихикали, слыша разговоры о «цифровом концлагере». Участников таких бесед считали конспирологами. Теперь же «колючую проволоку» вокруг этого лагеря уже можно «пощупать». Привычные способы общения людей ограничиваются. Общество воспринимает эти меры крайне негативно. Особенно остро их оценивают участники СВО, наши бойцы, находящиеся на передовой.

Точек напряжения в российском обществе все больше. Да, уровень гражданской зрелости в условиях СВО стал выше. Но это самоощущение не нужно путать с верноподданничеством. Занимая ответственную патриотическую позицию, люди начинают осознавать свое право экзаменовать власть. И судя, например, по голосованиям в Госдуме, не все представители власти справятся с этим экзаменом.
Максим Калашников — футуролог Максим Калашников футуролог
— Давайте сейчас попробую сформулировать осторожно и кратко. Прошедшие четыре года резко изломали судьбу страны. Судьбу и великороссов, и малороссов. Это во-первых. Они, к сожалению, уничтожили многие шансы на будущее. Они похоронили идею Русского мира, воссоединения РФ и Украины. Или РФ и Новороссии.

Эти четыре года сожгли огромные ресурсы, которые могли бы уйти на развитие нашей страны в случае, конечно, быстрой победы, успешного блицкрига. Поскольку его не было, этого блицкрига, мы, к сожалению, попадаем в тяжелейший послевоенный кризис уже гарантированно. Но обычно цель войны, победы в войне — это создание реальности мира «лучше довоенного». У нас «лучше довоенного» уже не получается. Ну и еще один момент. За эти четыре года этот культ «нет аналогов», «второй военной силы мира», а я имею в виду Вооруженные силы РФ, к сожалению, прекратил свое существование.

За эти четыре года у меня село сердце, сердечно-сосудистая система. Это я хорошо почувствовал, убегая от дронов в позапрошлом году. У меня друга посадили за решетку. Погибли ряд моих очень хороших знакомых, которых я уважал. Мой земляк, Владимир Грубник, герой одесского подполья, оказался под ударом. Моя Одесса сейчас вымерзает, что очень тяжело на мне сказывается. Притом я вижу, что не трогают центры принятия решений противника. Порт Одессы не минируется с моря. А мой город почему-то вымораживают.

Почему наказываются простые одесситы, хотя Одесса поднималась в 2014 году против Бандеры на Куликовом поле, ждала помощи от Российской Федерации, как и Крым? Почему ее наказывают, но почему-то щадят главных виновников того, что происходит? Это меня гнетет день и ночь. И меня гнетут огромные потери с обеих сторон. Потому что для меня это тяжелая, трагическая гражданская война. Русские воюют с двух сторон. Я напомню, что украинцы-малороссы являются частью большого русского народа.
Юрий Суворов — руководитель союза десантников РТ, председатель координационного совета гуманитарных организаций Казани Юрий Суворов руководитель союза десантников РТ, председатель координационного совета гуманитарных организаций Казани
— Ну вообще народ стал более дисциплинированным, наверное. Появились даже патриотические нотки во многих, хотя было не очень заметно. Естественно, в образовании очень большие сдвиги. Сами видите: сейчас и гимн Российской Федерации исполняется, и гимн Татарстана. Делаются благие дела, а народ становится исторически подкованным.

Я фактически никак не поменялся. Никак. Мы с древних времен стучимся и говорим: «Давайте воспитывать молодежь в патриотическом духе, давайте воспитывать». Наконец-то, может, нас услышали.
Рашит Низамов — ректор КГАСУ Рашит Низамов ректор КГАСУ
— Мы вчера в нашем университете провели праздник, посвященный, как раньше говорили, Дню Советской Армии и Военно-Морского Флота. Пригласили на этот праздник наших ребят, студентов, которые служили. Преподавателей, которые были офицерами. Был наш парень-выпускник из зоны специальной военной операции. Поставили хороший концерт, со студентами говорили. Показали, что в это сложное время наша армия — щит нашей страны. И этот щит очень прочный.
Рустам Гатин — член общественной палаты РТ, предприниматель, руководитель проекта «Полевая кухня» Рустам Гатин член Общественной палаты РТ, предприниматель, руководитель проекта «Полевая кухня»
— СВО показала, что мы потеряли поколение. Кажется, что молодежь ни капли не изучала патриотизм. А если даже где-то что-то изучала, то настолько мало, что даже капли не запомнила. Им неинтересно, некоторые стесняются этого.

Меня очень сильно задело, что старшеклассники стесняются говорить, что у них отец, брат, сосед — участник СВО. Говорят, что их засмеют одноклассники. Смеется тот, у кого никто не воюет, а это означает отсутствие у этих людей воспитания и патриотизма. К сожалению, за год-два этому не научить, человек уже сформировался. А те, кто помладше, четвертый-пятый классы, наоборот, интересуются, поддерживают легко диалог, делают поделки на тему СВО.

Что касается взрослых. За время нашего проекта «Полевая кухня» в Лисичанске много людей нам звонили, чтобы поддержать. И те, кто не знал, что нас полностью финансирует город. Мы откровенно отказывались, нам деньги были не нужны. Кто-то относился скептически к нашей работе: «Зачем вы туда поехали?» Каждый раз приходилось доказывать, что мы занимаемся важным делом, а не тратим деньги впустую. Некоторые даже ко мне подходили и говорили, что война — фейк, по телевизору показывают неправду. С этими людьми я прекратил общаться, и, к счастью, наши пути разошлись.

Помощь фронту сейчас стала более точечная, чем массовая. Если считать по сумме, не сильно изменилась.
Борис Межуев — главный редактор сайта АПН.ру, профессор Института философии РАН, политолог, соредактор портала Terra America Борис Межуев главный редактор сайта АПН.ру, профессор Института философии РАН, политолог, соредактор портала Terra America
— Страна оказалась гораздо сильнее экономически, чем, собственно, на нее смотрели раньше. Потому что потенциал ее экономического выживания — гигантский. И она даже сама не очень понимала, в чем он заключается и состоит. Оказалось, что действительно имеется огромная возможность экономического выживания вне зависимости от нашей геоэкономической связки с Европой. То есть мы перестали быть донорами Европы и тем не менее сохранились в качестве неголодающей как минимум страны.

А пророчества были самые противоположные. Это важный момент, конечно. И из этого во многом, наверное, следует тот факт, что за годы нашего «европейского крена» были недооценены наши возможности взаимодействия с азиатским миром. Это тоже сыграло важную роль.

Второй момент. Конечно, резко изменился политический спектр. В стране практически не осталось либералов, которые открыто высказываются в пользу либерализма. Осталось какое-то небольшое количество людей, продолжающих что-то говорить, но на них уже смотрят немножко так… То есть либерализм ушел куда-то вниз, так сказать, «под воду». И это, мне кажется, не очень хорошо. Потому что в истории ничто и никогда не уходит «под воду» просто так. Всегда имеет шанс всплыть. И все: чем дальше уходит под воду, тем более жестко всплывает в другой исторический момент.

Тем не менее сегодня я, будучи до 2022 года человеком очень консервативных взглядов, обнаруживаю себя на крайне либеральном фланге российской общественной мысли. Именно исходя из того, что либералов в общем практически нет. Вот этот парадокс исчезновения целого политического течения, с одной стороны, чем-то импонирует, тем, что «критики слева» переместились за границу. C другой стороны, понимаю, что это болезненно и опасно, потому что, как я уже сказал, всплывет дальше. C одной стороны, это можно назвать патриотическим консенсусом, безусловно. А с другой — я вижу некоторую искусственность этого патриотического консенсуса, который может обернуться для консервативного крыла какими-то негативными последствиями впоследствии. После того как СВО закончится.

То же самое я бы сказал и относительно «партии мира». Если в самом начале специальной военной операции было довольно много голосов, которые говорили, что надо идти на компромисс, на договоренность, были Стамбульские соглашения, то впоследствии, после того как эти Стамбульские соглашения оказались свернутыми не по российской вине, голосов этой «партии мира» практически нет. И даже те люди, которые имеют такую точку зрения, что нужно завершать СВО, что четыре года — это уже достаточно, что перспектив не так много, боятся ее высказывать. И в этом я вижу некую искусственность такого консенсуса в пользу милитаризма или продолжения СВО. Потому что такая позиция существует, но то, что люди боятся ее высказывать, мне кажется негативным фактором. В том числе и для самой власти, которая в этом смысле теряет ощущение понимания реальности. Когда она думает, что все поддерживают СВО «до победного конца», условно говоря, «Вперед, на Киев!», и не очень верит цифрам социологических прогнозов, которые утверждают обратное.

Ну и, наконец, четвертое. Россия, в результате того что произошло за четыре года, сейчас нащупывает свое объективное положение в мире. И это позитивный фактор. Ясно, что эти западные, европейские иллюзии ушли и теперь никто, кроме отдельных энтузиастов, их не высказывает. Ушли и противоположные иллюзии. Что мы, скажем, можем возглавить мировое большинство против Запада, что мы такой передовой отряд мирового большинства против Запада. Мы видим, что представители этого мирового большинства прекрасно договариваются с Западом за нашей спиной. То есть у нас возникает некое более реалистическое понимание того, что мы, несомненно, один из полюсов многополярного мира, но в условиях какого-то лобового столкновения, биполярного столкновения этих двух сил у нас не так много шансов.

То есть мы очень заинтересованы в том, чтобы полюсов было много, чтобы иметь возможность балансировать между ними. Тогда в этом случае у нас возникнет устойчивая политическая и экономическая ситуация. Без специальной военной операции, без того урока, который она принесла, мы бы, конечно, ничего этого не знали, не постигли. Это позитивный итог.
Мансур Джалялетдин — заместитель муфтия РТ по вопросам поддержки участников СВО и членов их семей Мансур Джалялетдин заместитель муфтия РТ по вопросам поддержки участников СВО и членов их семей
— Эти четыре года показали, что люди сплотились. Пусть у них, допустим, нет мобилизованных родственников или контрактников, но они начали как-то очень активно собирать гуманитарный груз.

Когда перестали поступать к нам товары из зарубежья, наши отечественные производители начали запускать всякие разные производства. Отечественные производители стали развиваться, делать какие-то производственные фабрики маленькие, мини-заводы, выпускать свою продукцию, шить одежду и обувь — все как-то больше пошло свое.

На сегодняшний день люди приспосабливаются. Наш российский народ приспосабливается ко всему, и нас трудностями не испугаешь. И вот начали производить всякие инструменты, приспособления для СВО. Например, турели, на которые устанавливается автомат или пулемет, блиндажные печи… Волонтерских движений очень много открылось. Сколько у нас машин, автомобилей, мотоциклов туда отправлять стали, аккумуляторы, дизельные генераторы… Если мы едины — мы непобедимы.

Наш ресурсный центр «Опора героев» объединил вокруг себя 45 волонтерских движений и организаций. Вдовы, матери погибших воинов очень активны в помощи. Дети пишут письма, жены очень активно помогают СВО. У меня изменения колоссальные произошли, конечно. По службе, и по работе, и дома, естественно. Можно сказать, вся жизнь поменялась.
Александр Разуваев — экономист, член наблюдательного совета гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров Александр Разуваев экономист, член наблюдательного совета гильдии финансовых аналитиков и риск-менеджеров
— Страна изменилась достаточно сильно, но я не берусь сказать, в лучшую или худшую сторону. У нас фондовый рынок по-прежнему около нуля стоит, хотя все фишки, кроме «Газпрома», платят дивиденды. У нас частный бизнес, именно совсем частный, потихонечку дает дуба. История с «Самолетом» и Московским кредитным банком очень показательна.

Я не понимаю, когда все время говорят, что какие-то артисты уехали, что-то плохое про Россию сказали. К сожалению, мозги частично уехали! Айтишники, брокеры, аналитики, архитекторы. У меня у друга сын отучился на архитектора, лондонский диплом получил и не смог в Москве найти работу, потому что нет софта, в котором он должен работать. Он уехал и работает у застройщика в Алма-Ате. Парню 26 лет, он прямо в офисе встретил казашку, все. Он на ней женился и вряд ли вернется. Этот момент присутствует.

Есть, конечно, и это очень хорошо, консолидация общества вокруг Путина. Власть сделала то, что, мне кажется, она должна была сделать 20 лет назад. Вместе с зачисткой «Юкоса» зачистить и убрать всех иноагентов. Это очень хорошо. Это прямая пятая колонна была.

Мое мнение, что в рамках СВО тюркский фактор, исламский (батальон «Алга», чеченские добровольные формирования и так далее) бо́льшую роль стал играть. Мы вообще потихоньку, медленно все больше походим на Золотую Орду. Я считаю, это очень хорошо со всех точек зрения. Появились, конечно, новые лидеры мнений.

Что касается изменения ситуации по доходам, то они выросли, причем в обычных специальностях. Понятно, что брокеры и аналитики стали относительно других людей зарабатывать меньше, потому что это рынок. Мы имеем экономику, которая устояла под санкциями. Спасибо бизнесу, правительству, простым российским гражданам, но все-таки, я считаю, прежде всего это заслуга ЦБ. В Банке России молодцы.