«Мы не должны ждать, когда Boeing разрешит нам запчасти ставить. Мы их найдем в странах третьего мира по серым схемам. Мы должны делать свои МС-21, Superjet, Ту-214, иначе опять какой-нибудь кризис, они нас кинут, мы останемся без всего!» — наставлял сегодня крупный российский бизнес МИД РФ. На форуме РСПП, посвященном развитию экспорта, представитель ведомства советовал не ждать снятия санкций, хотя опросы показывают, что надежда у предпринимателей появилась. Минпромторг РФ дал понять, что всех поддержать не сможет, потому что деньги на помощь экспорту урезали, и предлагал эффективнее использовать то, что осталось. О том, как сокрушался глава «Реновы» и какой помощи просил АвтоВАЗ, у которого экспорт растет, — в нашем материале.
Если годом ранее позитива не ждали, то теперь видны осторожные надежды на улучшение
«Мы не должны ждать, когда Boeing разрешит нам запчасти ставить!»
«Если мы потеряем рынки, мы никогда не вернемся!» — в начале февраля вице-премьер РТ Олег Коробченко сильно переживал за экспорт и его поддержку со стороны государства. Участников форума в Казани просили наращивать поставки товаров за рубеж или хотя бы не сбавлять темпов, потому что «приказа умирать» не было, а курс рубля и доллара — это «фантомные боли». Но, как показал сегодняшний форум в рамках Недели российского бизнеса в Москве, все-таки не фантомные.
Особенно яркой получилась речь председателя совета директоров ГК «Ренова» Виктора Вексельберга, который прошелся и по курсу, и по ставке. О нем далее, а открывал сессию о строительстве «пространства доверия» председатель российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин. Он поделился итогами опроса, согласно которым оптимистов в бизнесе, ориентированном на экспорт, стало больше. Если годом ранее позитива не ждали, то теперь видны осторожные надежды на улучшение.
Однако реальных предпосылок пока не видно. Теневой флот попал под жесткое давление, а Евросоюз готовит 20-й пакет санкций к годовщине начала спецоперации на Украине. Впрочем, в прессе пишут о некоем секретном плане экономического сотрудничества на $12 трлн, казалось, с надеждой на воплощение в жизнь этого плана упомянул глава РСПП.
Правда, выступавший позже директор департамента экономического сотрудничества МИД РФ Дмитрий Бирический призвал не ждать снятия санкций. Надо решать задачи в рамках СВО и работать с новыми рынками. Да, страны глобального Юга нас боятся и «шарахаются порой», но процесс идет, 80% трансграничных расчетов уже в рублях. Да, идет борьба с российской платежной системой «Мир», но где-то она работает.
«Мы не должны ждать, когда Boeing разрешит нам запчасти ставить. Мы их найдем в странах третьего мира по серым схемам и так далее. Мы должны делать свои МС-21, Superjet, Ту-214. Мы должны стратегически вот на это двигаться. Иначе опять какой-нибудь кризис, они нас кинут и мы останемся без всего!» — переживал представитель российского МИДа.
Александр Шохин: «Мы понимаем, что сейчас бюджетный импульс для поддержки экспорта, в том числе через транспортные и логистические субсидии, расширение возможностей российских портов, железных дорог, несколько ограничен»
«Понимаем, что сейчас бюджетный импульс несколько ограничен…»
Но дело не только в неблагоприятных для экспорта политических обстоятельствах. «Мы понимаем, что сейчас бюджетный импульс для поддержки экспорта, в том числе через транспортные и логистические субсидии, расширение возможностей российских портов, железных дорог <…> несколько ограничен», — аккуратно обозначил Шохин, что тех средств на поддержку экспорта, которые были раньше, теперь в бюджете нет.
Касается это в том числе проекта международного транспортного коридора «Север – Юг», уточнил спикер. Напомним, этот коридор ежегодно в повестке саммита KazanForum. Правда, тот же откровенный Вексельберг сегодня прямо заявил, что на глобальном Юге российские товары особо не ждут… Бизнес надеется, что возможности государства по поддержке экспорта будут «как минимум не сужаться», указал Шохин.
Минпромторг РФ готов поддерживать, но есть приоритеты. От импортозамещения Россия никогда не откажется, но теперь выходит на следующий этап — технологическое лидерство, отметил статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли РФ Роман Чекушов. Российские компании должны не просто замещать, а выигрывать конкуренцию как на внутреннем рынке, так и на внешних. «Мы должны не догонять, а думать на два шага вперед и производить то, что будет востребовано», — мечтал чиновник.
Приоритетные направления, где страна старается выйти на лидерские позиции (и которые, очевидно, могут надеяться на госпомощь):
- станкостроение;
- беспилотные авиационные системы;
- химические товары;
- транспортные средства;
- Авиастроение.
Да, есть санкции, слишком крепкий курс рубля, дорогие кредиты, и «с этим все понятно». Вместе с тем объем несырьевого экспорта за 2025 год составил $156,8 млрд и превысил план на 5%. «Рост показывают практически все отрасли промышленности», — находил позитив Чекушов. К примеру, рост экспортных поставок машиностроения составил 27%, отметил спикер. Но если задуматься, в 2024 году у нас вряд ли были достойные показатели.
Даже с учетом ограниченных возможностей бюджета власти стараются поддерживать экспорт и в этом году, например, перезапустят программу по международным транспортным логистическим коридорам. Это нужно, чтобы появилось регулярное сообщение с нашими «опорными странами». Когда появятся коридоры и как поможет перезапуск программы, не прозвучало.
Как отметил Вексельберг, минпромторг РФ предельно четко обозначил приоритетные для властей отрасли, а вот о поддержке экспорта в целом сказал общо: надо искать новые меры помощи
«Какие проекты мы можем реализовать, когда ваши кредиты больше 20 процентов?»
Чтобы «сформулировать и обострить» проблемы, к трибуне вышел Вексельберг, возглавляющий комитет РСПП по международному сотрудничеству. Как отметил миллиардер, минпромторг РФ предельно четко обозначил приоритетные отрасли, а вот о поддержке экспорта в целом сказал общо. Лишь то, что надо искать новые меры помощи.
На сегодня от государства нет эффективных инструментов помощи экспортерам. Единственный институт, который страхует и поддерживает несырьевой экспорт, — российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций (ЭСКАР). Год назад поднимали вопрос о его докапитализации, но он все еще не решен, обсуждается, переживал глава «Реновы». Фонд развития промышленности (ФРП) работает как институт, но тоже не докапитализирован, отметил он.
«Российский бизнес вынужден был переориентировать свою структуру внешнеэкономической деятельности. Мы ушли в основном из традиционных рынков Европы, Америки, пришли на рынки глобального Юга, Африки, арабских стран. Но, коллеги, мы очень хорошо понимаем, что нас там никто не ждет. Никто не ждет, никто не открывает перед нами двери. Нам нужно доказывать нашу конкурентоспособность, приходить туда со всеми элементами инфраструктурной поддержки. И сделать это без денег невозможно!» — обращался Вексельберг прежде всего к гостю из минпромторга РФ.
По его словам, власти этот вопрос понимают, но «иллюзии» по поводу нашего роста на новых рынках могут привести к тому, что экспортеры попросту уйдут оттуда со временем. «Появление и продвижение конкурентных на глобальных рынках продуктов точно так же могут сопровождаться исключительно при системной поддержке со стороны правительства!» — заявил Вексельберг.
Курс рубля, по мнению бизнесмена, не держат в нынешних рамках намеренно, но он «точно может быть другим». Есть «разумные инструменты», которые приведут не к повышению инфляции, а к улучшению состояния экспортеров.
Другое препятствие — высокая ключевая ставка. «Вот давайте не будем строить иллюзий. При сегодняшней ключевой ставке о каком технологическом лидерстве мы можем говорить? Ну какие проекты сегодня масштабного, глобального уровня мы можем реализовать, когда ваши кредиты больше 20 процентов? Для этого нужны специальные инструменты поддержки! <…> Приоритеты обозначены, а инструменты [для решения задач] отсутствуют», — сокрушался бизнесмен.
Неделей ранее он, кстати, подчеркивал, что финансовая поддержка разворота российского бизнеса на новые рынки остается недостаточной, а некоторые программы — это «капля в море». «Ну вот несколько конкретных примеров: спасибо банку, Центральному банку — без всякой иронии — в Центральном банке на сегодняшний день существует программа рефинансирования кредитов, которые были предоставлены под гарантии ЭКСАР. Но, коллеги, вся эта программа — 75 миллиардов рублей. Вы себе представляете, что это капля в море? Программа хорошая, но что такое 75 миллиардов рублей в масштабах нашей российской экономики?» — указывал миллиардер.
К слову, жалуется Вексельберг, занимающий 21-е место в списке богатейших предпринимателей России по версии Forbes с состоянием в $9,2 миллиарда. Упомянул он и программу поддержки африканских проектов в госкорпорации «ВЭБ.РФ». Программа «замечательная», вот только ни один кредит не выдан, потому что инструменты дорабатываются, а ресурсы обсуждаются.
Виктор Вексельберг: «Мы ушли в основном из традиционных рынков Европы, Америки, пришли на рынки глобального Юга, Африки, арабских стран. Но, коллеги, мы очень хорошо понимаем, что нас там никто не ждет»
Нацпроект по поддержке экспорта «похудел» в 2,5 раза
Доля дружественных стран в товарообороте за последние пять лет удвоилась, заметно выросла доля расчетов в национальных валютах, отметил старший вице-президент российского экспортного центра (РЭЦ) Никита Гусаков. Изменение географии экспорта требует корректировки мер поддержки и оценки рисков. А на деле?
Бюджет нацпроекта «Международная кооперация и экспорт» сократился почти в 2,5 раза. В 2024 году он составлял 147 млрд рублей, а к 2026-му стал всего 60 миллиардов. Более того, идут разговоры о его возможном секвестре. С учетом сокращения бюджета ведется дискуссия о том, кого поддерживать — тех, кому помощь государства нужна больше всего, или тех, у кого уже хорошо идут дела. Гусаков выступает за второй вариант. Это даст больший прирост экспорта.
Отдельная тема — трансформация финансовых инструментов. Первый инструмент — платформа трансграничных платежей «Планета». Это своего рода маркетплейс, где экспортеры и импортеры могут найти друг друга или агента для расчетов. Все транзакции проводятся с предварительным депонированием в рублях, что позволяет выбирать наиболее конкурентное предложение по всему миру. Второй механизм — устоявшиеся быстрые платежи с Китаем в юанях, альтернатива традиционным корреспондентским счетам.
Третий — расчеты в криптовалютах. Центробанк запустил экспериментальный правовой режим, и спрос на него растет, особенно в Африке. «Африка очень активно использует „крипту“. Это один из инструментов, который нам позволит снижать стоимость расчетов при выходе на эти рынки», — отметил представитель РЭЦ.
Мнение АвтоВАЗа по поводу господдержки лучше. Вице-президент предприятия по внешним связям и взаимодействию с акционерами Сергей Громак начал речь с восхваления. По его словам, за счет этого удалось сохранить и увеличить объемы экспорта отечественных автомобилей. «Мы в 2025 году экспортировали более 23 тысяч автомобилей. Причем речь идет не только о традиционных рынках стран СНГ, но и о дальних странах — Латинская Америка и Ближний Восток», — отметил он.
Похваставшись относительными экспортными успехами, функционер сразу же выразил надежду на сохранение поддержки для волжского гиганта. Отдельно он упомянул помощь со стороны разветвленной сети РСПП: «Мы подсчитали, что полученный экономический эффект многократно превышает наши взносы в РСПП!» «Взносы придется увеличивать!» — подхватил Шохин.
Завершив с благодарностями, Громак перешел к конкретным запросам. Речь пошла о локализации. «В российском автопроме эталонно выстроена система оценки и подтверждения локализации и стимулирования локализации», — констатировал он, упомянув 719-е постановление правительства.
Согласно этому постановлению, каждому автомобильному компоненту присваивается определенное количество баллов. Производитель сам выбирает, какие технологии локализовать, чтобы набрать нужную сумму. А уже от количества баллов зависит доступ к льготам и господдержке. Например, чтобы участвовать в программе льготного автокредитования в этом году, автомобиль должен набрать 2,5 тыс. баллов. «Это выгодно, потому что меры господдержки, которые получают автопроизводители благодаря высокому уровню локализации, по цепочке идут к российским инженерам, поставщикам и научным центрам», — подчеркнул Громак.
Локализация может стать инструментом «интеграции с ближайшими дружественными государствами». О чем речь? В первую очередь надо унифицировать методы оценки и подтверждения локализации, а дальше разрешить взаимный зачет компонентов. Суть идеи проста: если российский автопроизводитель покупает детали у белорусского поставщика, почему бы ему не получать за это дополнительные баллы по российской шкале? И наоборот.
«Российский автопроизводитель купил белорусские компоненты и набрал больше баллов. Эти же баллы, например, признаются и в Республике Беларусь. Следующим этапом мог бы стать взаимный доступ к некоторым льготам и преференциям на территориях наших государств», — обрисовал перспективу Громак.
Правда, тут же оговорился, что действовать надо аккуратно, соблюдая баланс между интеграцией и защитой собственного рынка. «Нужно очень внимательно смотреть на каждое отдельное государство. Говоря об интеграции в части правил локализации, нельзя забывать и о защите собственного рынка», — предостерег он. Хотя с защитой российского рынка от иностранного «вмешательства» сейчас дела все лучше, утильсбор работает.
Чтобы идея не осталась просто красивым пожеланием, АвтоВАЗ уже договорился с коллегами из международного комитета РСПП о создании совместной рабочей группы. «Мы договорились организовать совместную рабочую группу, чтобы в контакте с нашими министерствами и ведомствами над этим направлением поработать», — сообщил Громак.
По линии ЭКСАР страховая емкость сейчас превышает 1 трлн рублей и продолжает расти. Растет и спрос — как со стороны компаний, так и со стороны банков, для которых страховка позволяет снижать нагрузку на капитал. География поддержки тоже меняется: увеличивается доля СНГ, Ближнего Востока, постепенно — Африки.
Однако здесь возникает дилемма. При работе над крупными проектами в сложных юрисдикциях риск-аппетит не всегда позволяет их поддержать. Сейчас обсуждаются с государством механизмы поддержки по высокорискованным странам. «Ключевой вопрос даже не в докапитализации. Капитала у нас достаточно, и есть запас, поэтому мы можем дальше расти с точки зрения нашей общей емкости. Вопрос в балансе риска, который мы можем на себя брать с точки зрения государства», — пояснил глава ЭКСАР.
С одной стороны, от агентства требуют эффективности и доходности на капитал, с другой — чтобы поддержать компании в новой географии, нужно брать больше рисков. Гусаков отметил, что в ряде случаев ЭКСАР готово делать это самостоятельно, но не всегда.
Представитель минпромторга РФ в ответ на замечания сказал, что есть «безусловная задача» сохранить помощь экспортерам, в том числе по логистике и сертификации. Действительно, финансирование серьезно снижено, но задача властей и бизнеса — распределить ограниченные средства так, чтобы они сработали еще более эффективно. Другими словами, меньше денег, но больше эффекта.
Но и у Шохина нашлась ремарка. «Знаете, иногда экспорт для многих компаний — это такое же высокорисковое предприятие, как стартап, — обратился глава РСПП к замглавы минпромторга. — Можно при поддержке государства выйти на рынки, но конкуренция сильная и можно не получить прироста экспорта. А надзорные органы скажут, что это неэффективное использование средств, нецелевое. Это тоже сдерживает». Чекушов на это покивал и развел руками.
Комментарии 24
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.