«То, что они сделали с накопительным компонентом и повышением пенсионного возраста, приведет нас к тому, что государство будет гарантировать только физиологическое выживание человека. А все остальное — это ваши проблемы! Примерно так они рассуждают, правда, боясь сообщить об этом честно в глаза обычным гражданам страны», — возмущались экономисты на Московском экономическом форуме. На сессии «Пора ли национализировать Центробанк?» собрались критики работы регулятора, которые обвиняли ЦБ в архаичности, невосприимчивости к критике и принятии неверных решений. Подробнее — в материале «БИЗНЕС Online».
Сессию «Пора ли национализировать Центробанк?» модерировал гендиректор ОАО «Череповецкий литейно-механический завод» Владимир Боглаев
«Национализацией ЦБ следует считать не замену системы руководства, а согласование эмиссии со статистикой реального производства»
В ходе Московского экономического форума (МЭФ) на этой неделе особо выделялась сессия с провокационным названием «Пора ли национализировать Центробанк России?». На ней собрались экономические умы страны, которые рассуждали о том, почему ЦБ, обладая огромными ресурсами, не использует их для активного стимулирования экономики и поддержки граждан. Свою порцию критики получила, конечно же, и лично глава финансового учреждения Эльвира Набиуллина.
Дискуссию модерировал гендиректор ОАО «Череповецкий литейно-механический завод» Владимир Боглаев. Началась она с доклада члена комитета Госдумы РФ по просвещению и известного интеллектуала Анатолия Вассермана. Он заявил, что регулятор действительно стоит национализировать, но лично для него национализация Центробанка означает не его прямое подчинение правительству, а привязку политики ЦБ ко всему состоянию национальной экономики. В частности, эмиссия рубля, по мнению Вассермана, должна соответствовать приросту внутреннего производства.
Анатолий Вассерман заявил, что регулятор действительно стоит национализировать, но лично для него национализация Центробанка означает не его прямое подчинение правительству, а привязку политики ЦБ ко всему состоянию национальной экономики
«Национализацией ЦБ следует считать не замену системы руководства вроде включения Центрального банка в минфин, а именно согласование эмиссии ЦБ со статистикой реального производства. Что касается развития реального производства, то вопрос именно в том, где мы можем достать необходимое для этого оборудование. Если раньше мы могли некоторую его часть импортировать, то сейчас число каналов импорта резко ограничено, а оставшиеся требуют не только денежных средств, но и различных политических согласований», — делился спикер.
Вассерман считает, что проблема экономики страны не столько в денежной политике, сколько в том, что в России все еще не разобрались, как реанимировать производство и прикладную науку. Система определения курса национальной валюты, которой пользуется ЦБ, по его мнению, лишена горизонта планирования, что приводит ко множеству «вредных, побочных эффектов».
Сергей Глазьев в своем выступлении заявил, что Центробанк нельзя назвать полностью самостоятельной структурой
«Политика Центробанка привела к колоссальному вывозу капитала»
Академик РАН, известный экономист Сергей Глазьев в своем выступлении заявил, что Центробанк нельзя назвать полностью самостоятельной структурой, ведь «все ключевые документы по денежно-кредитной политике проходят рассмотрение и утверждение национального финансового совета, куда входят по два представителя всех ветвей власти», и ничего не мешает правительству влиять на развитие ЦБ через своих представителей, но те просто «выполняют роль статистов». Также все документы должны быть одобрены Госдумой РФ и президентом страны, таким образом в государстве осуществляется единая денежно-кредитная политика.
Вся проблема Центробанка состоит в том, что он основывается на архаичных догмах, таких как тождество Фишера и кривая Филлипса, которым десятки и сотни лет. «Центральный банк рассматривает экономику как равноместную систему, у которой нет развития, в которой ничего не меняется — скорость денег и объем предложения товаров остаются прежними. Они считают, чем ниже безработица, тем выше инфляция, экономика перегрета… Все это не имеет никакого отношения к реальности», — уверен Глазьев.
По мнению спикера, ЦБ в своем развитии остановился на уровне понимания XIX века, когда деньги имели только физическое выражение в виде золотых монет. «Они до сих пор думают, что чем больше дают денег, тем ниже их ценность», — рассказывал докладчик, добавляя, что «нет ничего примитивнее, чем данное понимание экономики». Причем Глазьев считает, что в ЦБ ведут такую политику не потому, что там работают вредители (хотя и такого он не исключает), а потому, что эти люди имеют особый, догматический стиль мышления.
Глазьев считает, что ЦБ в своем развитии остановился на уровне понимания XIX века, когда деньги имели только физическое выражение в виде золотых монет
По словам спикера, в России ужесточение денежной политики и сокращение выпуска денег запускают рост инфляции. «И наоборот, когда объем денег увеличивается, инфляция у нас снижается, потому что растет загрузка мощностей, увеличивается макроэкономическая эффективность», — уверен Глазьев.
Дальше докладчик рассуждал на тему инфляционного таргетирования (режим денежно-кредитной политики, конечная цель которого — ценовая стабильность, — прим. ред.), обвинив Центробанк в том, что за 12 лет он не смог снизить уровень инфляции в стране «и уже никогда не сможет».
«Для целей так называемого таргетирования этой чудовищной политикой они фактически отдали курс рубля в свободное плавание и убили стабильность нашей валюты, она одна из самых плохих в мире по неустойчивости. Они блокировали рост инвестиций. Эта политика привела к колоссальному вывозу капитала», — рассуждал Глазьев. Он задался вопросом: кому это выгодно, кто получил эффект от такой политики?
Первый бенефициар — валютные спекулянты. Как только Центральный банк бросил курс рубля в свободное плавание, в 3 раза вырос объем спекуляций на валютном рынке. Зашли иностранные спекулянты, которые очень ждали этого момента и начали зарабатывать сверхприбыль на манипулировании курсом рубля. При этом спрос реально на валюту не изменился — ни ВВП особо не изменился, ни структура внешней торговли.
Очень трудно надеяться, что при такой волатильности можно добиться высокой нормы накопления и макроэкономической стабильности (это нереально). Когда нам говорят, что так поступают все страны мира, это обман легковерных слушателей. Все государства, которые могут накапливать резервы, скажем, нефтедобывающие, держат режим либо стабильного, либо фиксированного курса, как в Саудовской Аравии, указывал Глазьев.
В итоге Центральный банк становится не механизмом создания денег, а, наоборот, механизмом изъятия денег из экономики. Пытаясь бороться с инфляцией путем повышения процентных ставок, ЦБ высасывает деньги из экономики, вместо того чтобы давать деньги в экономику, как это делается во всех странах, фактически лишая российскую экономику кредита.
Как только Центральный банк бросил курс рубля в свободное плавание, в 3 раза вырос объем спекуляций на валютном рынке
«Центральный банк на сегодня должен нашей экономике порядка 30 триллионов рублей, это результат его деятельности по высасыванию денег через открытие депозитов в ЦБ по ключевой ставке через выпуск облигаций. Это безумная политика, потому что, когда они говорят, что не хотят печатать деньги для экономического развития, они печатают деньги, чтобы платить проценты по депозитам. Они раскручивают инфляцию, создавая пустые деньги для того, чтобы платить процентные ставки коммерческим банкам, которые за то, что ничего не делают, не рискуют, не инвестируют, получают премию от Центробанка, держа деньги на депозитах под ключевую ставку», — уверен спикер.
Центральный банк, по мнению Глазьева, ходит по порочному кругу — пытается бороться с инфляцией путем повышения процентной ставки, из-за того что думает, что деньги — это монеты. Потому ЦБ поднимает цену «монет», повышает процент роста и сокращает спрос на деньги. И предприятия, и население несут деньги в банки, вместо того чтобы тратить, начинают сберегать. Рушится кредитование инвестиций, это влечет нарастающее технологическое отставание, падение конкурентоспособности. И как результат падения конкурентоспособности всегда и везде наступает девальвация национальной валюты, а девальвация национальной валюты — главный фактор раскрутки инфляции. «Вот в этом порочном кругу деградации экономики мы находимся уже практически весь постсоветский период», — считает докладчик.
Завершая, Глазьев заявил, что общий ущерб, который несет Россия из-за политики Центрального банка, составляет примерно 50 трлн рублей несозданной продукции, около 25 трлн рублей несделанных инвестиций за последние 10 лет политики таргетирования. И этот ущерб намного более значителен, чем тот, что получен в результате санкционной политики против РФ.
«Руководство ЦБ не то что не хочет слышать, оно вообще не воспринимает альтернативные точки зрения»
«ЦБ на протяжении 12 лет живет в плену своих фантазий и иллюзий»
Руководитель направления внешних коммуникаций института «Царьград» Никита Комаров считает, что вопрос «Нужно ли национализировать Центробанк?» возник из-за того, что его руководство на протяжении 12 лет живет в плену своих фантазий и иллюзий и в интересах страны «явно не работает».
«Руководство ЦБ не то что не хочет слышать, оно вообще не воспринимает альтернативные точки зрения. Например, мы от института „Царьград“ активно работаем с органами федеральной и региональной власти, содействуем реализации определенных проектов. В конце прошлого года была встреча с руководством Центробанка, где мы также присутствовали. Помимо нас, там были представители федеральной, региональной власти, предпринимательского сообщества, промышленники, представители экспертного сообщества. И один из руководителей ЦБ (не самый главный, но один из) пытался убедить 50 человек в том, что они ничего не понимают в экономике. Позиция людей из разных сфер была консолидирована. Но там настаивали, что мы ничего не понимаем в экономике и финансах, а руководство ЦБ понимает и делает все правильно. И никакие конструктивные предложения просто не воспринимались», — поделился Комаров.
Именно из-за такой упертости бороться с Центробанком с идеологической точки зрения бессмысленно, потому вопрос о национализации, подчинении регулятора правительству и напрямую президенту очень актуален. «Вместе нужно ответить на вопрос: как мы хотим национализировать? Подчинить минфину? Но мы видим, что минфин сейчас делает на рынке госдолга, проводит недальновидную политику… На мой взгляд, помимо формы, важны и конкретные личности, конкретные руководители. От того, что Центробанк подчинится правительству или вольется в структуру минфина, не факт, что политика изменится…» — рассуждал спикер.
«Когда задрали ключевую ставку, когда залоговая стоимость резко обесценилась с точки зрения тех кредитных ресурсов, которые были привлечены и которые необходимо обслуживать юридическим лицам, кто бенефициар? Банкиры. Банкиры сейчас правят Россией»
«С одной стороны, государство выступает акционером того же Сбера и тут же является регулятором»
Довольно ярким получилось выступление экономического обозревателя, журналиста Юрия Пронько. Он назвал Центробанк мегарегулятором и «государством в государстве», которое обладает гигантской, абсолютной властью, при этом никак не воспринимает экспертные точки зрения.
«В этот мегаинститут слили в буквальном смысле все полномочия. Например, федеральной комиссии по ценам рынка или структуры, которая занималась надзором страхового рынка, рынка пенсионного обеспечения. Помимо денежно-кредитной политики, ЦБ получил гигантскую власть над целыми отраслями и секторами экономики. Я вам могу сказать, что ни в одной стране мира такого нет. Везде данные функции разделены, это носит принципиальный характер, потому как один человек и даже 10 человек, какими бы знаниями, опытом они ни обладали, не могут конкурировать с теми ведомствами, где при принятии решений консолидируются не 10 и не 20, а сотни экспертных позиций и мнений», — делился Пронько.
В свое время Набиуллина возглавила «чистку» российского банковского сектора и подняла норматив (минимальный капитал банка с универсальной лицензией — прим. ред.) до 1 миллиарда. Для российских банковских учреждений это был шок. Т. е. сумма астрономическая, запредельная. Но этот уровень был доведен, и абсолютное большинство банков ушло из финансового рынка, добавил экономический обозреватель.
«Сейчас мы с вами формально не имеем монополию, мы имеем классическую олигополию на российском финансовом рынке. Есть „один“, и вы все его хорошо знаете, и немного остальных. Отношения руководства ЦБ и руководства этого „одного“ весьма и весьма специфичны, но они работают на одну цель — получение чистой прибыли. Такое нормально. Банки — это не благотворительные учреждения. Банки — это кредиторы, которые зарабатывают. Так вот зачистка, которая была проведена командой Набиуллиной, привела к тому, что мы сейчас имеем одного и еще несколько крупных банковских учреждений, которые так или иначе аффилированы с государством, будучи акционерными обществами», — указывал спикер.
Граница между государственными интересами и интересами акционеров стирается. С одной стороны, государство выступает акционером того же Сбера и тут же является регулятором. Формально две функции разделены, де-факто они сосредоточены в одних руках.
«Когда задрали ключевую ставку, когда залоговая стоимость резко обесценилась с точки зрения тех кредитных ресурсов, которые были привлечены и которые необходимо обслуживать юридическим лицам, кто бенефициар? Банкиры. Банкиры сейчас правят Россией. Они управляют, — говорил докладчик. — Но я подчеркнул, что сейчас у нас только есть один классический частный банк. Вы его хорошо знаете. Все остальные так или иначе связаны с государством. Состоялся вопрос стирания границ. Банкиры и чиновники сейчас и определяют ситуацию в экономике. Когда я слышу и вижу реплики о том, что, дескать, только ЦБ несет всю полноту ответственности за ту ситуацию, в которой он оказался... Это не так. Такую же ответственность несут и чиновники правительства, потому как тот бюджетный процесс, который мы сейчас наблюдаем с вами, — именно эмиссия, именно закачивание гигантских денежных средств — идет со стороны государства. Одни прячутся за спину президента, а другие — за спину Набиуллиной, ну ей вообще-то уже без разницы, что в ее адрес будет сказано».
В ЦБ сосредоточены гигантские полномочия по разным секторам экономики, ни в одном из них нет очевидного достижения
«Это недопустимая ситуация с точки зрения развития, точнее, его отсутствия как такового. Мы с вами видим олигополию, жесткую денежно-кредитную политику, которая не подкреплена, кстати, ни одним прогнозом Центрального банка. Вы можете посмотреть за последние годы: ничего из того, что они прогнозировали, не сбылось. То же самое касается и минэкономразвития. Никакие прогнозы не соответствовали тому, что в итоге получилось. Если вы помните, в 2022-м году ЦБ рисовал минус 8 процентов, когда началась спецоперация. Экономика была в плюсе. То есть они постоянно говорят о таргете в части инфляции, но не применяют никакой другой своей политики», — уверен эксперт.
Он не забыл пройтись по теме пенсионного обеспечения. «Они угробили пенсионные деньги в стране своими алогичными и непоследовательными решениями. Им говорили: „Не надо принимать ту пенсионную реформу в том виде, в котором она разработана“. Они ее приняли. Затем придумали пенсионные баллы. Знаете, как в народе их называют? Я не могу их воспроизвести, потому что тогда выпаду из зоны русского литературного языка, но это все действует. То, что сейчас они сделали с так называемым накопительным компонентом и повышением пенсионного возраста (а ЦБ также несет прямую ответственность за реализацию этой реформы, как и правительство России), приведет нас к тому, что государство будет гарантировать только физиологическое выживание человека. А все остальное — это ваши проблемы! Вот примерно так они рассуждают, правда, боясь сообщить об этом честно в глаза обычным гражданам страны», — сетует Пронько.
В ЦБ сосредоточены гигантские полномочия по разным секторам экономики, ни в одном из них нет очевидного достижения. «Ну кроме того, что Максим Орешкин, которого называют одним из возможных преемников Набиуллиной, сказал: „Мы чиновники, переходим из минэкономики в минфин, из минфина в ЦБ, из ЦБ и далее“. Знаете, это круговорот воды, но только в данном случае круговорот чиновников финансово-экономического блока правительства и Центробанка», — иронизировал участник МЭФ. Он вспомнил зачем-то и Алексея Улюкаева, бывшего министра экономического развития РФ, который был осужден на 8 лет лишения свободы за получение взятки: мол, тот был очень долгое время одним из первых руководителей Банка России, прежде чем стать министром экономического развития, а затем присел.
Пронько полагает, что мегарегулятор в сегодняшнем виде не может существовать и брать на себя всю полноту ответственности за целые секторы и отрасли российской экономики. В противном случае «мы будем продолжать иметь то, что сейчас имеем, но ситуация будет усугубляться».
Внимание!
Комментирование временно доступно только для зарегистрированных пользователей.
Подробнее
Комментарии 32
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.