В зоне ответственности группы войск «Запад» проскользнула довольно любопытная формулировка: «Заняли более выгодное тактическое положение»
Отход на север
11 сентября 2026 года официальный канал министерства обороны в мессенджере «Макс» дал сводку недельных новостей из зоны проведения специальной военной операции. И в зоне ответственности группы войск «Запад» проскользнула довольно любопытная формулировка: «Заняли более выгодное тактическое положение».
В переводе с военно-канцелярского это отступление. В данном случае неприятные события фиксировались в районе населенного пункта Красный Лиман, где, согласно открытым источникам, противнику удалось продвинуться до 5 км вглубь освобожденной Россией территории.
В нашем материале мы посмотрим, что в действительности произошло, почему именно на указанном участке и, самое главное, как это следует понимать.
Чисто теоретически участок, о котором идет речь, имеет крайне большое значение: именно на базе Красного Лимана и Святогорска формируется северо-восточная стенка котла для Славянско-Краматорской агломерации
Логика боевых действий
Для того чтобы понять, откуда Российская армия отступает, было бы недурно вспомнить, как она туда попала. Речь идет о небольшом выступе между реками Жеребец и Северский Донец общей площадью примерно 20 на 30 километров. Место не самое значимое — в конце концов, события, происходящие сейчас в зоне ответственности группы войск «Центр», сражения в районе населенного пункта Доброполье, будут поважнее битвы на данном участке, но это и не медвежий угол вроде фронта на востоке Сумской и Харьковской областей.
Чисто теоретически участок, о котором идет речь, имеет крайне большое значение: именно на базе Красного Лимана и Святогорска формируется северо-восточная стенка котла для Славянско-Краматорской агломерации. Опираясь на данные населенные пункты, российские части вполне могли бы делать то, что в военном «Телеграме» получило обозначение «огневой контроль».
Более того, еще на саммите ШОС 1 сентября Владимир Путин заявил, что даже город Святогорск был повторно освобожден от украинских оккупантов, что стало поводом со стороны противника для дезавуирующих заявлений. И как видим, для приведения реальности в соответствие с заявленной позицией, скорее всего, и началось некое давление на позиции российских войск.
При этом со стороны противника заявлялось, что действия под Красным Лиманом — это последствия некой операции, которая началась аж в 20-х числах мая и в целом является самым успешным из трех «контрнаступлений» в 2026 году. Тут, вероятно, имеется в виду сражение под Купянском, Покровским и, выходит, Красным Лиманом.
Однако напомним, что появление российских войск на этом участке фронта после событий осени 2022 года связано было с тем, что осенью 2025-го командующий группировкой объединенных сил Михаил Драпатый начал готовиться к интересному времяпрепровождению в Купянске. Тогда, как мы помним, российские части уверенно продвигались в городской черте и генерал Кузовлев достаточно поспешно доложил президенту России об освобождении города.
За этот факт схватился офис президента Украины, где было решено во что бы то ни стало показать, что «Путину врут генералы». Мероприятие было настолько значимым, что Владимир Зеленский даже снялся возле стелы у въезда в город. Поскольку события находились в зоне ответственности Драпатого, то именно ему предстояло собрать войска для такого важного дела. В результате дополнительных резервов Александр Сырский ему не выделил, но Драпатый не дал маху и снял части из-под Волчанска и Северска.
Натиск под Купянском, конечно, удался, Киев еще долго оспаривал центральные районы города и в целом довольно долго рассказывал, что российский лидер реальной обстановки не знает. Однако в этот же момент каким-то странным образом фронт посыпался в районе Волчанска, где на текущий момент зафиксирован полноценный котел, а также в районе Северска и Красного Лимана, где в конце 2025-го – начале 2026 года российские передовые части вдруг попали в пустоту.
И вот ситуация повторяется. Путин точно так же заявляет о том, что Россия контролирует город, Драпатый спешно доказывает, что ничего она не контролирует, и все это происходит в тот момент, когда группа войск «Днепр» занимает город Орехов, группа войск «Север» переваривает приграничный котел, а группа войск «Юг» постепенно выходит к городским кварталам Славянско-Краматорской агломерации.
Зачастую фронт представляет собой редкие укрепления, где на километр длины находятся 2–3 бойца, которые и держат территорию
Что происходит?
А происходит следующее: и у Киева, и у Москвы очень большая линия фронта. Тут важно понимать, что привычных по Первой и Второй мировым войнам линий фронта тут нет. Зачастую фронт представляет собой редкие укрепления, где на километр длины находятся 2–3 бойца, которые и держат территорию.
При этом провести концентрацию войск на выбранном участке и начать наступление в условиях господства ударных дронов и фактического отсутствия гарантированных средств защиты не получается. Как следствие, обе стороны опробовали и приняли на вооружение тактику просачивания — ситуацию, при которой малые пехотные группы (2–3 человека) заходят на территорию противника, маскируются на ней и дают целеуказания для своих артиллеристов, дронов либо держат плацдарм для прохода других групп, которые уже могут обеспечить в том числе огневой бой.
Поэтому задача противной стороны — найти такие группы и ликвидировать. При этом при использовании ударных БПЛА демаскируются как сами дроноводы, так и установщики дронов на боевые позиции. И все это продолжается перманентно, без каких-то промежутков по времени.
И вот тут есть важное уточнение: усредненный огневой залп у России сильнее и больше. В конце концов, ФАБ с УМПК — это ультимативное средство, которым Киев пользоваться не может по причине отсутствия должного количества авиации. Отдельные вылеты, конечно, случаются, но сравнительно с Россией это весьма невысокая плотность ударов.
Как следствие, подобное наступление неким образом все равно концентрирует войска противника, и поражение их «православным чугунием» становится потенциально более результативным.
Второй момент — это концентрация именно на выбранном участке. Скажем, для уверенной осады Славянско-Краматорской агломерации обладание ресурсами Дружковки, а это прежде всего советские капитальные постройки, в подвалах которых можно оборудовать долговременные оборонительные, командные и логистические пункты, было бы существенно более желательным, чем схожими ресурсами Святогорска и Красного Лимана. И если Киев концентрирует силы на этом участке, то он не сможет их же быстро перебросить на другой фланг.
Кроме того, Киев же не сможет решить задействованными войсками вопрос котла в Харьковской области, обеспечить ими оборону Орехова и попробовать удержать Доброполье. Войска уже задействованы, и быстро вывести их не получится.
Перенапряжение
Совокупность проблем киевского режима стала вырисовывать крайне неприятные картины. Так, Киеву уже не хватает порядка 1 трлн гривен (свыше $22 млрд) на выплаты военнослужащим. Депутат Верховной рады от правящей партии «Слуга народа» Богдан Кицак пояснил, что в июне была анонсирована новая система денежного обеспечения ВСУ, однако правильно сработать она так и не смогла, поскольку власти не предусмотрели на нее средств. «И мало того, мы пришли к тому, что имеется дефицит почти в триллион гривен, который нужно сейчас закрыть, чтобы выплатить то, что сейчас прописано», — сказал он.
Силами российских ВКС у Киева фактически заблокировано морское сообщение, уничтожаются склады, производства, логистика. На все это точно так же не хватает денег
Кроме того, силами российских ВКС у Киева фактически заблокировано морское сообщение, уничтожаются склады, производства, логистика. На все это точно так же не хватает денег. При этом денег нет и у доноров киевского режима. Евросоюз, собравший на 2026–2027 годы 90 млрд евро, фактически берет их в долг. И все это на фоне приближающейся зимы, которая тоже внесет свои коррективы. В этих условиях, с одной стороны, Киев должен демонстрировать хотя бы какие-то позитивные тенденции либо то, что можно за них выдать, а с другой — он обязан как-то удержать относительно долгое время последний форпост в Донбассе. Вполне очевидно, что драться за Дружковку сил уже нет, более того, там логистика российских войск, опирающихся на позиции в Константиновке, намного проще, чем на другом фланге.
В результате и получается решение: Киев действует, где может, чем может и пока может. Россия же реализует свои преимущества, справедливо ожидая развязки случившейся военной драмы, не обращая внимания на временное изменение границ на линии боевого соприкосновения.
Фото на анонсе: © Виктор Антонюк, РИА «Новости»
Комментарии 0
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.