Сегодня в Казани закрывается фестиваль «Алтын минбар». Одна из его задач — показ того, чем живет сейчас татарстанский кинематограф. В этом году на форуме было три охарактеризованных как «татарстанские» фильма, которые изначально вызывали интерес: байопик «Учитель», драма «Моң» и документально-игровая «Алифба». Корреспондент «БИЗНЕС Online» посмотрел их, чтобы как минимум выяснить, есть ли в казанских театрах артисты, которых можно снимать в кино.
Живо ли татарстанское кино? Так, перефразировав название одного заметного национального фильма последних лет, можно сформулировать вопрос, на который ежегодно должен давать ответ фестиваль «Алтын минбар»
Амбиции «Учителя»
Живо ли татарстанское кино? Так, перефразировав название одного заметного национального фильма последних лет, можно сформулировать вопрос, на который ежегодно должен давать ответ фестиваль «Алтын минбар». Здесь даже есть свой национальный конкурс, включающий в этом году полтора десятка разношерстных работ (игровых, документальных, анимационных), впрочем, серьезная публичная жизнь многих из которых ограничится нынешним фестивальным показом.
И все же в программе «Алтын минбара» этого года изначально было заявлено три фильма с приставкой «татарстанский», вызывавших реальный интерес. Картины это разные как по жанру, так и по статусу на фестивале. Байопик о ранних годах Шигабутдина Марджани «Учитель» («Мөгаллим»), российско-узбекистанская копродукция, стал фильмом – открытием «Минбара»; драма «Моң» о возвращении к корням вошла в главную программу «Полнометражные игровые фильмы»; а документально-игровая короткометражка «Алифба» считается фаворитом того самого национального конкурса.
Вообще, сайт «Алтын минбара» является довольно любопытным документом, где на основе материалов о событиях кинофорума можно проследить, насколько оказались выполненными обещания, которые давали на казанской премьере авторы картин, предрекая им светлое будущее.
В случае с «Учителем» на творческой встрече с создателями кино звучало даже «великий фильм» (причем от одного из его продюсеров), анонсировалось участие в многочисленных кинофестивалях в Азии, показы в Лондоне и даже широкий прокат, надо полагать, международный. Если хотя бы часть из этих планов будет реализована, продюсерам нужно будет поаплодировать, хотя разговоры о «широком прокате» выглядят скорее мечтами.
Амбиции «Учителя» проявляются уже на начальных титрах, где фигурируют министерство культуры России, министерство культуры Татарстана и агентство кинематографии Узбекистана, в местной прессе картину даже называли «многомиллионным байопиком» по меркам татарстанского кино.
В случае с «Учителем» на творческой встрече с создателями кино звучало даже «великий фильм»
Фильм рассказывает о молодых годах великого татарского просветителя и богослова Марджани, о его детстве в деревне, первых уроках отца, религиозного деятеля и преподавателя медресе, годах учебы и жизни в Бухаре и Самарканде. Так что неслучайно картина оказалась копродукцией России, Татарстана и Узбекистана. У нее даже два режиссера — Илхом Мухаммадиброхимов и Рамиль Тухватуллин. Возвращение в кино после долгого перерыва заслуженного артиста РФ и народного артиста РТ Тухватуллина, 20 лет назад снявшего важный татарский фильм — «Зулейху» по Гаязу Исхаки, интриговало. Хотя тогда известный актер и режиссер сам же и продюсировал собственное кино, здесь же был частью постановочной команды, во главе которой стояла генеральный продюсер от Татарстана Миляуша Айтуганова. И «Учитель», конечно, мало напоминает авторское художественное высказывание, это очевидно продюсерское кино.
Главная удача фильма — выбор актера на главную роль, внимательный и осмысленный взгляд актера и режиссера ТЮЗа им. Кариева Булата Гатауллина (сегодня одного из молодых лидеров татарского театра) порой примиряет и с накладными бородами преподавателей бухарского медресе, и с не самым удачным русским дубляжом, где мусульманские деятели Востока середины XIX века изъясняются как герои современных отечественных сериалов (все-таки для фестивальных показов стоило выбрать один из других вариантов озвучки, наличие которых было анонсировано).
Откровенно говоря, фильм больше похож на типичное татарстанское малобюджетное кино, чем на «многомиллионный байопик». Хотя авторы картины от Узбекистана с гордостью говорят, что фильм снимали 1 113 человек, а в одной только массовой сцене на восточном базаре в Самарканде участвовало более 250 актеров и статистов. Но это мало бросается в глаза. Зато ощущаются «родимые пятна» многих фильмов, которые прошли через казанский форум, раньше именовавшийся Фестивалем мусульманского кино. В «Учителе» мы так и не увидели реального человека Марджани, несмотря на все старания Гатауллина, перед нами не предтеча джадидизма, которого ждет в будущем слава, смерть трех жен и семерых детей, а некий максимально идеализированный герой, помыслы которого 24 на 7 направлены на познание и духовность. И все это в ущерб экранной правде жизни.
Фильм «Мон» Софьи Чигировой
Спасение в татарском лубке
Экранной правды жизни решительно не хватает и фильму «Моң». Это полнометражный дебют уроженки Набережных Челнов и выпускницы СПбГИКиТ Софьи Чигировой, своими прежними работами обратившей внимание самого Эмира Кустурицы, а на первый полный метр получившей грант минкульта РФ на 50 млн рублей, что позволило заполучить известных российских актеров — Ольгу Сутулову («Последний министр», «Содержанки») и Олега Савостюка («Снегирь», «Урок»). Сценарий написала Дарина Кадырова, одногруппница и землячка Чигировой, а съемки проходили в Татарстане.
По сюжету молодой талантливый музыкант Алина получает шанс построить карьеру за границей. Однако ее планы меняются, когда она узнает, что ее бабушка Нурия страдает от болезни Альцгеймера. Вернувшись на родину в Татарстан, Алина пытается вернуть память бабушке и исполнить ее желание — найти «сокровище», закопанное в ее родной деревне. Однако проблема в том, что деревня давно затоплена.
В фильме так идеализирована татарская деревня и местный быт, что даже удивляешься, что его сняли молодые кинематографисты, у которых за плечами учеба в Петербурге. Здесь на полном серьезе противопоставлена жизнь и работа в мегаполисе («в этом нет души») и деревенское, которое приравнено к национальному. Кажется, что, по версии Чигировой, любой балбес тут же превращается в настоящего мужчину, стоит ему только водрузить на голову тюбетейку.
Мать главной героини в исполнении Сутуловой ходит по деревенскому дому и развешивает белье в белой блузке и красивой жилетке с национальным орнаментом, в которой не стыдно было бы сходить и в театр, при этом она удивительно не осведомлена о жизни в окружающем мире: «А у вас в Петербурге тоже отмечают уразу?» И вообще в здешней деревне сплошь большие и красивые дома, хотя за полтора часа экранного времени мы не видим, чтобы кто-то из местных работал, разве что на способ их заработка намекает стадо баранов, перемещающееся по местности и позволяющее авторам «Моң» прокачать свои юмористические скиллы. В фильме и правда есть несколько хороших шуток о столкновении культур, а Сутулова и Савостюк иногда довольно смешно произносят: «Уф, Алла» и «Ярар».
Для главной же героини режиссер не придумала ничего интересного. У Дины Губайдуллиной, уроженки Казани, которую мы знаем по «Слову пацана», в московском театре «Практика» даже есть свой моноспектакль, здесь же ее Алина — скучная и серая, в цвет футболки, которую практически не снимает героиня. И мы, по сути, так и не увидели, как перспективный питерский диджей вдруг в одночасье превратилась в ревнительницу татарской деревни. А вот просто.
Пожалуй, единственная актерская удача фильма «Моң» — это дебют в кино актрисы Казанского ТЮЗа Гузель Валишиной, о которой режиссер говорила, что она «умеет передавать все мысли и эмоции через глаза». Валишина, которую действительно полюбила камера, здесь играет образцовую татарскую красавицу в платке и с косами, готовую своими многочисленными талантами и невинностью вскружить голову любому столичному красавчику (в данном случае герою Савостюка). И пусть в идеальном татарском мире режиссера Чигировой взаимное влечение молодых людей 20+ может закончиться максимум поцелуем в полсекунды экранного времени.
В фильме звучит выражение «татарская Атлантида» применительно к затопленным некогда деревням, тогда само место действия картины назовем «татарским градом Китежем», настолько не имеющим отношения к сегодняшней действительности (помните знаменитый вопрос любознательной бабушки на съемочной площадке «Кубанских казаков»: «Сынок, вы из какой жизни снимаете?») выглядит все происходящее, заканчивающееся, естественно, Сабантуем. Наверное, мы уже в раю. Добавляет легкой инфернальности происходящему и страдающая деменцией бабушка Нурия: актриса Рима Ключарева из туймазинского театра в фильме больше напоминает какую-нибудь героиню японского хоррора, чем милую татарскую әби.
За последние несколько месяцев появилось сразу два фильма от молодых женщин-режиссеров, пытающихся по-своему раскрывать татарскую тему. Алина Насибуллина в «Шурале» делала это через какие-то фрейдистские штуки, притянутые за уши к национальной мифологии, Чигирова — через татарский лубок. И обе, несмотря на разность путей, терпят неудачу. Причина кажется довольно очевидной — авторы очень далеки от темы, а смутные воспоминания из собственного детства оказываются не очень надежным источником для вдохновения. Сделать саундтрек из композиций татарских инди-музыкантов или современных версий национальной песенной классики — это еще не значит познать татарскую культуру. Хотя режиссера «Моң» совсем не хочется пытаться уличить в спекуляции на модную нынче этническую тему, ее кино кажется очень искренним в своей предельной наивности.
Ответить на критику Чигирова и ее команда могут только приличными кассовыми сборами. Кстати, премьера фильма состоялась в Нижнем Новгороде на фестивале «Горький фест», профессионалы «Моң» не восприняли всерьез, но картина получила приз зрительских симпатий: видимо, постарались татары Нижегородчины. Говорят, что и на главном показе «Алтын минбара» с участием членов съемочной группы публика прекрасно приняла картину (корреспондент «БИЗНЕС Online» посмотрел ее на другом сеансе, с которого пытались выгнать зрителей). Но придет ли она на «Моң», когда его будут показывать не бесплатно, а только за кровные 500 рублей?
«Алифба» и ИИ
Зато порадовал документально-игровой фильм «Алифба» Ильдара Ягафарова, жалко только, что эта получасовая лента никак не изменит ситуации с прокатом татарстанских картин, поскольку для него не предназначена.
При этом в фильме есть заявка на серьезное полнометражное игровое кино. Во-первых, сам сюжет просится на большой экран — это судьба супругов, авторов легендарной азбуки по татарскому языку «Алифба» Салея Вагизова и Рамзии Валитовой. В жизни этих простых педагогов отразился весь XX век, а сами они прошли тяжелейший и очень длинный путь, завершившийся абсолютным признанием в конце жизни. Во-вторых, замечательно смотрятся игровые фрагменты «Алифбы». Конечно, здесь солирует Эмиль Талипов (Вагизов), сегодня лучший татарский театральный актер, при этом его харизма и мастерство пробивают и киноэкран. Если в обозримом будущем все-таки появится какой-то большой татарский фильм, думается, главную роль в нем должен сыграть именно Талипов. Но хочется отметить и его партнершу по фильму: Валитову сыграла Аида Вагизова, внучка создателей татарской азбуки, которая, как выяснилось, совсем даже не актриса, хотя, глядя на ее красивое и выразительное лицо на экране, думалось об обратном. В-третьих, вообще хочется отметить команду фильма. Сам Ягафаров говорил о Владе Петрове, который очень помог на монтаже соединить архивные кадры, документальную съемку и художественные фрагменты. Хочется к этому добавить и отличную музыку (композитор — Йусуф Бикчантаев), а также актерские работы, где не только профессиональные артисты, но даже каждый ребенок, появляющийся на экране на несколько секунд, выглядит уместным и настоящим артистом (подбор актеров — Ирек Хафизов).
«Фильм специально идет 33 минуты. Школьный урок — 45 минут, надо, чтобы у детей еще осталось время на обсуждение», — так Ягофаров сформулировал задачу, которую перед собой ставил. В деле распространения своей новой работы глава союза кинематографистов РТ надеется на минобрнауки. А еще он подробно рассказал о том, какую роль в фильмы сыграли ИИ-технологии: например, при их помощи «состарили» Талипова, играющего своего героя в разные исторические эпохи. «Сколько в фильме ИИ? 50 процентов, — признал режиссер. — Вы иногда его здесь даже не замечаете».
Фото на анонсе: kazan-mfmk.com, стоп-кадр трейлера фильма «Алифба» («Азбука»)
Комментарии 3
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.