«Выполнить разбор»: Марату Зарипову предложено снести и восстановить Мергасовский дом

В планах воссоздать архитектурный облик дома по состоянию на 1930 год — тогда на крыше центральной части фасада со стороны улицы Дзержинского установили дату строительства здания: 1928-й Фото: «БИЗНЕС Online»

Мергасовский дом снесут и построят заново

Разобрать и построить в тех же объемах Мергасовский дом, но уже с подземным паркингом и лифтами, предлагают авторы государственной историко-культурной экспертизы, заказанной Госжилфондом при раисе РТ. Материалы накануне выставил на общественные обсуждения госкомитет РТ по охране культурного наследия.

«Выполнить разбор аварийных конструкций здания, угрожающих окружающей застройке», — такую первоочередную задачу ставят эксперты нижегородского научно-производственного центра по сохранению объектов культурного наследия во главе с Александром Мельниковым.

Затем Мергасовский дом построят заново. В экспертизе это сформулировали как «восстановление несущих конструкций здания». В планах воссоздать архитектурный облик дома по состоянию на 1930 год — тогда на крыше центральной части фасада со стороны улицы Дзержинского установили дату строительства здания: 1928-й. Отступят от изначального проекта в части ограждения участка — между кирпичными столбами вместо деревянных досок поставят металлические ограждения, которые появились там в 1970-х. Интерьеры в предмет охраны не входят, внутренние стены и перегородки приспособят под современное использование.

«В связи с множеством переделок в период эксплуатации здания большинство ценных элементов интерьеров здания не сохранилось, — отмечают в экспертизе. — Проектом предлагается восстановление основных лестничных клеток, с приспособлением их под современные требования эксплуатации здания. Монументальная живопись отсутствует».

В новоделе будет не 5 этажей, а 6 — в дополнительном сделают подземный паркинг на 37 машин, а вместо 65 квартир сделают 20.

Приглядимся к квартирографии:

• На первом этаже расположится две трешки. Помимо спален, в квартирах будут гостиные, гардеробы, санузлы, выход на террасу.
• На площадке второго, третьего и четвертого этажей — по четыре четырехкомнатные квартиры.
• Пятый этаж — две двухуровневые пятикомнатные квартиры, где второй уровень в подкровельном пространстве. Также на площадке расположатся две четырехкомнатные.
• Еще две двухуровневые пятикомнатные квартиры — на 6-м этаже. Второй уровень — также за счет подкровельного пространства и мезонина.

На уровне чердака предлагают устройство эксплуатируемых помещений квартир: зимнего сада, летних кухонь и кладовых. А также открытых террас.

Собственником и пользователем аварийного здания выступает комитет ЖКХ исполкома Казани, собственность муниципальная, указано в материалах экспертизы. В исполкоме Казани в ответ на запрос «БИЗНЕС Online» относительно будущего дома сообщили, что объект передан в собственность республики. Сроки разбора здания и начала восстановления, стоимость работ оперативно не смог прокомментировать и заказчик — Госжилфонд при раисе РТ. В марте 2025 года глава комитета ОКН Иван Гущин оценивал стоимость реконструкции в сумму, превышающую 1 млрд рублей.

Иван Гущин: «Выборочный демонтаж отдельных аварийных участков без полной разборки невозможен, поскольку стены разделены магистральными трещинами на отдельные блоки, не имеющие жесткой связи между собой» Фото: «БИЗНЕС Online»

ВООПИиК против, градостроители не видят другого варианта

Впервые идею сноса и воссоздания Мергасовского дома глава комитета ОКН озвучил в апреле, а в июле огласил рекомендации инженеров.

«Инженеры нам советуют разобрать аварийное здание, которые угрожает окружающей застройке. Выборочный демонтаж отдельных аварийных участков без полной разборки невозможен, поскольку стены разделены магистральными трещинами на отдельные блоки, не имеющие жесткой связи между собой. Сохранение каких-либо несущих конструкций без риска прогрессирующего обрушения всего здания исключено», — зачитал Гущин выдержку из отчета.

Против идеи сноса выступает татарстанское отделение всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). Там ранее заявляли, что такой подход может привести к утрате подлинного памятника. Узнать позицию помощника раиса РТ по вопросам сохранения исторического и культурного наследия Олеси Балтусовой по сносу и восстановлению Мергасовского дома изданию не удалось — отправленное сообщение осталось без ответа.

Решение противоречит как законодательству об охране культурного наследия, так и самим принципам сохранения памятников, комментировала планы в телеграм-канале социолог, градозащитник и учредитель Института городских исследований «Тамга» Марья Леонтьева.

«Воссоздание в этом случае означает полную утрату памятника, то есть его уничтожение, и никакими отчетами этого оправдать нельзя, — подчеркивает эксперт. — Снос объекта культурного наследия прямо запрещен Федеральным законом №73-ФЗ „Об объектах культурного наследия“. Статья 5.1 запрещает снос объектов, внесенных в реестр. Исключение составляют только работы по их сохранению, а не демонтаж. Более того, сам термин „воссоздание“ здесь употреблен некорректно. Согласно статье 47.2 Федерального закона №73-ФЗ, воссоздание возможно только после утраты объекта культурного наследия. Пока памятник существует, его невозможно „воссоздать“. Его можно только сохранять или разрушить».

Но есть другие мнения. «Всегда лучше сохранить объект, чтобы он имел максимальную подлинность, — соглашается ведущий специалист ГУП „Институт пространственного планирования РТ“ Николай Васильев. — Но если это заранее приведет к последующим разрушениям? Надо прислушаться к мнению инженеров. Сергей Саначин (заслуженный архитектор РТ — прим. ред.) говорил, что именно основание, на котором строился этот дом, как раз и может вызывать неравномерную усадку и разрушение. Если это так, то, конечно, чтобы восстановить объем и чтобы дом сохранял свои градостроительные характеристики, видимо, целесообразно тогда разобрать его до основания, чтобы быть уверенными в том, что работа снова не превратится в долгострой, в трещину. Поэтому говорить о том, кто прав, в данном случае я не могу».

Согласен с предложенным вариантом восстановления Мергасовского дома и архитектор, ведущий специалист «Татинвестгражданпроекта» (ТИГП) Герман Бакулин. «Использование здания, если это будут жилые квартиры, возможно при наличии возможности соблюдения нормативов по жилью», — отметил собеседник издания.

История дома: квартиры для партийной элиты, ошибки строителей, коммуналки, расселение в «Салават Купере»

Мергасовский дом в Казани, построенный в 1928 году по проекту архитекторов Петра Сперанского и Сергея Глаголева (в ряде источников упоминается и Дмитрий Федоров), стал первым в городе многоэтажным многоквартирным домом с водопроводом, канализацией и отоплением. Здание возвели на месте бывшего кладбища Воскресенского собора, используя при строительстве материалы от снесенных храмов Спасо-Преображенского монастыря. В плане оно имеет П-образную форму, фасады оформлены в стиле переходного периода от классики к конструктивизму.

Свое наименование дом получил от названия Мергасовского переулка (ныне улица Кави Наджми), который так назвали из-за земельных владений и строений, принадлежавших в этом месте Ивану Мергасову — отставному полковнику и тетюшскому уездному предводителю дворянства.

Свое наименование дом получил от названия Мергасовского переулка Фото: «БИЗНЕС Online»

Проблемы дома заложили вместе с фундаментом. Уже в процессе заселения квартир в ноябре 1928 года проявились первые трещины — и не только на фасаде. Критика грянула в январе 1929-го, когда газета «Красная Татария» опубликовала разгромную статью «За стеклянными пролетами лестниц». Внешний лоск (стеклянные пролеты, симметричные фасады и новаторские угловые балконы) вступил в жесткое противоречие с низким качеством исполнения. Строители использовали дешевый камышит, экономили на материалах, а вскоре выяснилось, что в проекте попросту отсутствовали системы канализации и отопления — стены пришлось пробивать уже постфактум для обустройства котельной. Этот архитектурный «новодел» советского авангарда, задуманный как образцовое жилье для партийной элиты, очень быстро превратился в сырую, трещащую по швам коммуналку, где в 65 квартирах ютились 139 семей.

Другое неофициальное название — писательский дом — объект получил благодаря выдающимся жильцам. С 1931 по 1952 год здесь жил лауреат Госпремии СССР Кави Наджми, его супруга устраивала легендарные квартирники для татарской интеллигенции. С 1938 по 1941 год соседом Наджми был детский писатель Абдулла Алиш, впоследствии ставший соратником Мусы Джалиля в подполье. Позже в доме селились художники: Магдалина Мавровская, Надир Альмеев, создавший в подвальной мастерской знаменитого «Шурале», и ювелир Ильгиз Фазылзянов.

Этот архитектурный «новодел» советского авангарда, задуманный как образцовое жилье для партийной элиты, очень быстро превратился в сырую, трещащую по швам коммуналку, где в 65 квартирах ютились 139 семей Фото: «БИЗНЕС Online»

К концу XX века здание стало стремительно разрушаться. В 1981 году обрушилась часть конструкций, а в 2002-м его официально признали аварийным. Попытки расселить жильцов предпринимались в 2005 и 2010 годах, но собственники отказывались от предложенных компенсаций и переезда в отдаленные районы. Переломный момент наступил в 2017–2019 годах, когда власти с судебными тяжбами и принудительными решениями выселили последних жильцов в микрорайон «Салават Купере». Опустевший дом моментально стал жертвой мародеров. Чтобы прекратить разграбление и вандализм, исполком Казани возвел вокруг здания забор и организовал круглосуточную охрану силами частных охранных предприятий. В 2019-м казанский Кремль пообещал отреставрировать объект несмотря на «колоссальные финансовые вливания».