Радик Салихов: «Большую роль в оправдании Хади Атласи сыграл сам Сталин»

Директор Института истории им. Марджани АН РТ Радик Салихов Фото: Альфред Мухаметрахимов

«В начале XX века это была фигура общенационального масштаба»

— Радик Римович, когда все-таки родился Хади Атласи? Источники называют разные даты.

— Он родился 29 августа 1876 года, и это подтверждается метрическими документами мечети деревни Нижне-Чекурское Буинского уезда Симбирской губернии, ныне Дрожжановского района Татарстана. Действительно, ранее были определенные разночтения по поводу даты его рождения, но сегодня они решены окончательно.

Атласи появился на свет в семье потомственного имама и получил очень хорошее образование в родной деревне. Затем были годы учебы в буинском медресе, джадидские курсы в Сеитовом посаде под Оренбургом и проповедническая деятельность в первой соборной мечети села Альметьево.

— Имя Атласи не так известно широкой общественности. В чем его величие для татарской нации?

— Что касается его известности, популярности, распространенности его имени среди народа, то, конечно, в начале XX века это была фигура общенационального масштаба. Безусловно, это был популярный публицист, педагог, ученый и активный общественный деятель. Его отличала энергичность, активность, ораторский талант и прекрасный литературный слог, этим он и обрел популярность.

Дело в том, что он, как и многие татарские общественные деятели того времени, разделял идеи партии эсэров-социалистов-революционеров, которые отражали нужды трудового крестьянства. А так как татары являлись в тот период крестьянским народом, то и люди, которые выступали выразителями его интересов, конечно же, были на вершине известности и популярности. Атласи много писал по поводу земельных проблем, повышения агрокультурных знаний населения, приобщения его к передовым технологиям сельского хозяйства, в том числе улучшения урожайности. Он призывал любить землю, на которой трудишься, брать пример с русского народа, который благоговейно относился к земле, называя ее матушкой. Атласи громко заговорил о судьбе и правах простого земледельца, чем снискал глубокое уважение в народе.

— Он же был депутатом лореволюционной Госдумы II созыва.

— Да, это свидетельствует также о его широкой популярности. Ведь он попал туда именно как крестьянский депутат и вошел в группу трудовиков, которые как раз и защищали интересы крестьянства. Безусловно, его судьба уже в то время складывалась непросто. Будучи публицистом и педагогом, он болезненно относился к любым вмешательствам в систему мусульманского образования и критично высказывался об этом на страницах печати. Из-за одной своей публикации лишился должности имама альметьевской мечети. И с тех пор занимался исключительно научной и преподавательской работой, отошел от религиозной деятельности. У него появилось много времени для занятий исторической наукой. Так он стал известен еще и как один из крупнейших татарских историков начала ХХ века.

— Что еще можно сказать о его взглядах на политику и общество?

— Они типичные для татарского джадида того времени, который жил идеями прогресса, приобщения к достижениям русской и европейской культуры. Атласи был убежден, что мусульманская женщина обладает огромным общественным потенциалом. Поэтому она может не только обучать и воспитывать детей, но и проявлять себя в других сферах, в том числе и в государственном управлении.

Атласи постоянно размышлял о причинах отставания мусульманской цивилизации от западной. При этом резко критиковал европейцев за их жестокую эксплуатацию стран Востока, циничную колониальную политику. Будучи страстным патриотом своего народа, беспощадно высвечивал недостатки в его жизни. Он брал русский народ и русскую историю в качестве идеала, образца народного единства, отношения к делу. Атласи приводил исторические примеры верности русского народа своим правителям, государственническую политику русских князей, поступательно строивших великое государство. Он считал, что русский мир давно пошел по пути прогресса, добившись значительных успехов. В частности, рассуждая о благотворительной активности татарского предпринимательства, он убеждал вкладывать средства разумно и рационально и писал: «Русский ученый и русский капиталист вкладывают нужные средства в нужные места — на благо своего народа. Поскольку русский ученый и русский богач хорошо поняли, что жить в мире невежества невозможно, они всеми силами стремятся к просвещению».

В этом плане Атласи как джадид был ярким выразителем идей российской цивилизации. И эти идеи распространялись на весь тюркский и мусульманский мир. В этом, на мой взгляд, актуальность наследия ученого. К сожалению, у него трагическая судьба. Потому что все-таки он не принял до конца советскую власть. Ко всему прочему было взаимодействие с «белым» движением.

«Атласи как джадид был ярким выразителем идей российской цивилизации. И эти идеи распространялись на весь тюркский и мусульманский мир» Фото: Альфред Мухаметрахимов

«Первым заговорил о Сююмбике как о выдающейся фигуре в истории татар»

— Какова роль Атласи как татарского историка?

— Можно сказать, что Атласи — один из основателей национальной историографии того периода, последовательный и верный ученик Марджани. Он первым посвятил отдельные монографии Казанскому ханству, Сююмбике, истории Сибири. В своих работах впервые в национальной историографии целенаправленно обратился к документам русского делопроизводства: к летописям, писцовым книгам, актовым материалам, другим источникам. Вообще он писал эти работы в европейском стиле. Если у Марджани сильно чувствовалась восточно-мусульманская традиция, то Атласи опираясь на современную ему историческую литературу, пытался излагать исторические факты комплексно, хронологически, с опорой в том числе на русскоязычные документы.

В своих трудах размышлял о генезисе и судьбе татарской государственности в Средневековье. Будучи объективным историком, он видел причины ее утраты не во внешнем воздействии, а в кризисных явлениях, охвативших внутреннюю жизнь татарских ханств. По мнению Атласи, главным фактором потери государственности стало отсутствие единства среди правящих элит, ослабление политической и общественной стабильности, а также наличие серьезных экономических проблем, вызванных постоянными военными конфликтами.

— Очень интересен его труд «Сююмбике» о последней царице Казанского ханства.

— Он первым заговорил о Сююмбике как о выдающейся фигуре в истории татар, которая пожертвовала собой ради сохранения народа и государства. И это, конечно же, отражало его взгляды на роль женщины в общественной жизни. Будучи джадидом, сторонником решительных преобразований во всех сферах жизни, Хади Атласи приветствовал социальную эмансипацию мусульманок, поддерживал их стремление к просвещению и образованию. Его «Сююмбике», посвященное женщине-правительнице средневекового татарского государства, в целом отражало его представления об общественном развитии татар в новейшее время.

— Считается, что, после того как Атласи опубликовал в 1906 году брошюру «Яңа низам вә голәмәләремез» («Новые правила и наша интеллигенция»), где критиковал политику правительства в отношении нерусских народов, его начали преследовать, заточили на три месяца в тюрьму, лишили духовного сана.

— Там просто поднимался вопрос был о переходе медресе на учебную литературу с использованием кириллического алфавита. Будучи хазратом и мударисом, ведшим постоянную преподавательскую деятельность, он близко к сердцу принял эту информацию и выпустил брошюру с критикой правил, которые рекомендовали такой переход. Причем в этой брошюре большое место занимала полемика и с мусульманскими консерваторами. Как очень темпераментный публицист, Атласи, видимо, перегнул в части формулировок и был привлечен к ответственности. На самом деле ничего страшного не произошло. Попытки регламентации деятельности медресе уже имели давнюю историю и ничего, кроме пользы, мусульманским учебным заведениями не принесли.

— То есть государство не контролировало мусульманские учебные заведения?

— Следует в этой связи отметить, что до 1870 года на медресе вообще никто не обращал внимания, их государство не финансировало, всем было все равно, кого там учат, чему учат и как образовательный процесс организуется. С 1870-го, когда вышло специальное журнальное постановление министерства народного просвещения, начался комплекс мер по установлению контроля за мусульманскими учебными заведениями. Обязали ввести русский язык в качестве учебной дисциплины во все медресе. Далее последовали указы о том, чтобы мулла обязательно знал русский язык, сдал соответствующий экзамен и предоставил, перед тем как стать имамом, свидетельство о знании русского языка. Далее была попытка, в начале девяностых годов XIX века, заменить рукописные книги, по которым обучались в медресе, на печатную учебную литературу.

Все это сначала тоже сопровождалось бурными протестами, которые быстро сошли на нет. Ведь власти тоже учитывали существующее положение. Они понимали, что, например, есть трудности с определением перечня учебной литературы и тем более ее массового тиражирования в типографиях, финансирования ее распределения и так далее. Примерно такая же ситуация сложилась в 1906 году. Там тоже была попытка навести порядок в системе преподавания мусульманских медресе, дать возможность учащимся учиться по русскоязычным учебникам. И конечно, взять под более жесткий контроль систему мусульманского образования, переживавшую время реформ.

— Почему только тогда взялись за серьезный контроль?

— Губернские чиновники на начальном этапе джадидских реформ не понимали сути активности, того брожения, которое происходило среди мусульманской интеллигенции и молодежи. Много ярких фигур на общественной арене появилось, в прессе зазвучали громкие призывы, шакирдское движение началось. Власти первоначально связывали это вообще с революционной активностью. Они путали джадидов с революционерами. Поэтому многие имамы тогда подвергались преследованиям. Впоследствии, конечно, страсти улеглись.

Джадиды в целом показали себя верноподданнической силой, и на первый взгляд ограничительные меры правительства в конечном итоге стимулировали развитие мусульманской школы. Но и Атласи подвергся наказанию за свою публицистику. Вместе с ним был привлечен к ответственности его друг, издатель Фатих Карими. Впрочем, это происшествие не помешало в дальнейшем Атласи успешно работать в государственных школах и занимать высокие должности в органах местного самоуправления.

— Еще одну высокую должность Атласи занял, когда Бугульма была взята белогвардейцами, его назначили председателем Бугульминской уездной земской управы.

— По сути, он был один из руководителей Бугульмы при Колчаке. Говоря современным языком, глава районной администрации, возглавлял управленческую линию в уезде. Кстати, Атласи играл заметную роль и при советах — работал в исполнительном комитете. Когда в 1918 году город перешел под власть КОМУЧа, являлся членом земской управы. Конечно, Атласи не был принципиально жестким противником большевистской власти, но и убежденным сторонником ее, безусловно, не являлся.

«Он был один из лидеров джадидского движения, один из первых татарских историков, и, конечно же, это был замечательный педагог» (на фото 3-й слева) Фото: Карл Карлович Булла, wikimedia.org, Общественное достояние

«Пытались понять происхождение народа, стремились заглянуть в будущее, найти опору в героическом прошлом»

— Какая все-таки главная заслуга Атласи?

— Он был один из лидеров джадидского движения, один из первых татарских историков, и, конечно же, это был замечательный педагог. Он воспитал несколько поколений татарской интеллигенции, сельских учителей, ученых. Его очень любили родители и дети. Не гнушался работой в самой глухой деревне с любой аудиторией. Безусловно, это был человек просвещения. Поэтому, думаю, Атласи можно поставить в один ряд с Галимджаном Баруди (российский татарский ученый-богослов, религиозный и общественный деятель, педагог, первый всенародно избранный муфтий России, — прим. ред.), который тоже был лишен сана религиозного, но ему удалось вернуть свою должность, вновь стать имам–хатыйбом в соборной мечети Казани (Галеевская мечеть), а у Атласи не получилось.

Тогда многие джадиды лишились духовных званий и были отстранены от работы в мечети. Габдулла Апанаев (религиозный и общественный деятель, педагог-новатор, журналист и публицист, был одним из лидеров татарского национального движения, выступал за обновление мусульманского образования. Расстрелян во время антисоветского восстания в Казани, — прим. ред.), например, ближайший сподвижник Баруди, тоже лишился звания имама за джадистскую деятельность. Вернуться не сумел и занимался частным преподаванием. То есть это был объективный процесс. Но Баруди был выдающимся религиозным деятелем, муфтием духовного собрания.

— Причем это был первый муфтий, которого избрали сами мусульмане, а не который был назначен властями.

— Он был еще создателем крупнейшего новометодного учебного заведения в России — это медресе «Мухаммадия». Поэтому слава о нем гремела на весь тюркский мир. Но Атласи, хотя и не создал большого университета, оставил след в сердцах и душах молодого поколения татар в Закамье, прославился на всю страну как известный татарский историк, публицист, журналист, идеолог джадидских преобразований.

— Он же был еще большим противником перехода татарского алфавита на латиницу, выступал против проводимой советской властью политики атеизма.

— Да, многие из тех, кто подписал в 1927 году известное воззвание татарской интеллигенции против яналифа, против латиницы, были репрессированы. Там большой список татарских деятелей (82 человека), в том числе Атласи. Публичное было обращение, поэтому исход был понятен. Я думаю, после оправдания в 1921 году, если бы он больше не проявлял общественно-политической активности, то выжил бы. Но так как Атласи продолжал выступать против политики атеизма и перевода на латиницу, его постоянно привлекали по политически мотивированным делам. Он был очень религиозный человек, который принципиально отстаивал духовные традиции, и в этом не нашел общего языка с советской властью. В то же время необходимо отметить: несмотря на всю тяжесть своего положения, Атласи не эмигрировал, хотя возможности отъезда в Турцию были. Он не мыслил себя вне России, без своего народа.

«Проблема» Атласи заключалась в том, что он был искренний и прямой человек, говорил, что думал. Еще мог приукрасить красивой фразой. Не всем нравится такая прямота, особенно в политике. В то же время его любили за эмоциональность, мастерство слова. Его ученики вспоминали, что он, когда рассказывал какие-то эпизоды из истории татар, плакал даже, до такой степени проникался этим. Когда он на уроках говорил о географии Европы, например, о Германии, у слушателей складывалось ощущение, как будто они шли вместе с ним по улицам немецких городов. Он все знал в деталях и даже немецкий язык выучил. Очень талантливый человек, один из тех людей, которые вывели татарский народ на магистральный путь национального развития, сделали нацию успешной, грамотной, образованной. Он считал, что без знания русской и европейской культур у татар нет перспективы и в то же время им надо оставаться мусульманами, сохранять веру предков и родной язык. Пытался найти этот баланс. И Баруди таким же был.

— Баруди не дожил до 1937 года.

— Они все умерли в основном в 1920–1930-е. Тот же Хасан-Гата Габяши (татарский религиозный и общественный деятель, мусульманский богослов, историк и тюрколог, — прим. ред.) примерно такой же путь прошел. Казыя, правую руку муфтия Султанова (Мухамедьяр Султанов — мусульманский религиозный деятель, пятый муфтий оренбургского магометанского духовного собрания в 1886–1915 годах, — прим. ред.) можно назвать «начальником штаба» джадидских реформ в оренбургском магометанском духовном собрании. Интересно, что он тоже стал одним из первых татарских историков, это характерно для джадидов.

Они пытались понять происхождение народа, стремились заглянуть в будущее, найти опору в героическом прошлом, чтобы дух поднять людей. Интересный факт о Габяши: у него были проблемы со здоровьем, и врач посоветовал ему слушать музыку. Когда сын муфтия Арслангали узнал об этом, подарил ему гармонь. Вы представляете, сын муфтия дарит гармонь казыю? Вот такие парадоксальные факты, которые показывают размах джадидских реформ в начале ХХ века.

— Хотя консервативные мусульмане запрещали не то что играть, а даже хранить дома музыкальные инструменты.

— Совершенно верно. Но Марджани защищал музыку, а Габяши написал целую статью, где он, опираясь на хадисы, размышлял о дозволенности музицирования. Он даже купил сыну пианино и нанял учителя Нину Соколову — музыканта с консерваторским образованием. А впоследствии Габяши-младший стал известным татарским композитором. Казалось бы, сюрреализм, но это и есть джадидизм. Атласи, близкий соратник Габяши, тоже непосредственный участник, герой этой реформаторской, просветительской армии, один из ее генералов.

«Большую роль в оправдании Атласи сыграл сам Сталин»

— Несмотря на то что в 1921 году Атласи удалось избежать наказания за сотрудничество с Колчаком, через 9 лет его вновь арестовали, обвинив в «султангалиевщине». Казалось бы, какое он отношение имеет к Султан-Галиеву?

— Ему это не простили, считали, что скрытый колчаковец и прочее. Но первый суд в 1921 году его оправдал. Причем, как отмечал историк Булат Султанбеков, большую роль в оправдании Атласи сыграл сам Сталин. Потому что Атласи очень дружил с Нариманом Наримановым (азербайджанский и советский писатель, крупный общественный и политический деятель, большевик, народный комиссар иностранных дел Азербайджанской ССР в 1920–1921 годах, председатель СНК Азербайджанской ССР в 1920–1922 годах, — прим. ред.), который пользовался большим доверием Сталина. Заступничество Нариманова и Сталина, видимо, способствовали освобождению Атласи.

Почему состоялся арест 1929 года? Вообще, эта волна репрессий связана с началом коллективизации. В то время власти столкнулись с массовыми протестами крестьян против принудительного включения в колхозы, даже до вооруженных столкновений доходило. Была информация о том, что именно священнослужители и кулаки подстрекают к бунтам трудовое крестьянство. В результате начались массовые аресты священников и мулл по всей стране, закрытие храмов, высылка богатых сельчан. Почему у Атласи это усугубилось? Дело в том, что на его родине, в Буинском уезде, целые восстания произошли против коллективизации: захватывали сельсоветы, расправлялись с советскими работниками. Действительно, во главе движения были местные ишаны. А так как Атласи из тех мест, считали, что он может подстрекать, хотя он на родине даже не появлялся много лет.

Он был одним из многих татарских интеллектуалов, кто оказался в заключении в конце 1920-х годов. Среди них Гали Рахим, Гарай Хасани, Сагит Сюнчелей, Хасан-Гата Габяши и другие. Всех их освободили в начале 1930-х.

— Чтобы посадить в 1937-м…

— В 1936 году Атласи был арестован как предполагаемый руководитель тайной организации национальной интеллигенции. Почему его считали лидером? А потому что он был самый авторитетный и известный представитель старорежимной интеллигенции в Закамье. А вы представляете, в 1936 году живет человек, который был некогда депутатом Госдумы Российской империи? Да еще был председателем уездной земской управы при Колчаке. Это же клеймо! Помните, у Ильфа и Петрова в «Двенадцати стульях» бывший депутат Госдумы как был карикатурно изображен, они людьми не считались тогда. И это уже фактор того, что к тебе будут присматриваться. Отсюда и появление так называемой «атласовщины». Вместе с ним были привлечены к ответственности братья Туйкины (Кабир и Фазыл Туйкины, деятели отечественного образования и культуры, — прим. ред.) и еще ряд представителей интеллигенции, которые были известны своей учительской работой, публицистикой. Судьба Атласи, по сути, была предрешена в то суровое время.

— Как увековечена память Атласи? Используются ли его книги в современных школах в качестве учебного пособия?

— Наследию Атласи в Татарстане уделяется большое внимание. В настоящее время изданы его основные исторические произведения, двухтомник избранных сочинений на татарском языке, научно-документальный сборник в серии «Шәхесләр» фонда «Джиен». Одна из улиц в центре Казани носит его имя. На родине историка, в селе Нижнее Чекурское, установлена мемориальная доска в память о просветителе. В рамках 150-летнего юбилея планируется ряд серьезных мероприятий, в том числе издание новых книг, международная научная конференция, которая пройдет 8 октября в Академии наук РТ, а 9 октября — в Дрожжановском районе.