Дарья Семенова: «Честность, забота и ответственность за продукт стали частью ДНК «Бросско»
«Стратегические задачи обсуждаем на семейном совете»
— Дарья, после смерти мамы генеральным директором «Бросско» стали вы, старшая дочь. Чье это было желание?
— В тот момент было необходимо определить, кто будет представлять компанию в качестве генерального директора. С 2021 года я отвечала за филиал «Бросско» в Казани, была знакома с внутренними процессами, так что эту ответственность доверили мне.
При этом мне не хотелось бы связывать руководство компанией исключительно с должностью генерального директора. Для меня «Бросско» — прежде всего дело жизни моих родителей, результат их многолетнего труда, силы, смелости и веры. Сегодня мы управляем компанией вместе с другими членами семьи: распределяем между собой обязанности и зоны ответственности, а важные стратегические решения обсуждаем сообща.
— А как распределены обязанности?
— Большую роль в компании сейчас играет сестра мамы — Анастасия Владимировна Семенова. Она контролирует большинство операционных процессов, связанных с производством, снабжением, управлением ресурсами и правовым обеспечением деятельности компании.
Папа, Валерий Анатольевич, отвечает за внешнее направление работы: реализацию продукции, маркетинг и продажи, взаимодействие с ключевыми клиентами, а также решение большинства хозяйственных вопросов.
Помимо представительских функций и участия в решении стратегических задач, я отвечаю за визуальную составляющую бренда. Также участвую в разработке школьных коллекций, моделей и логотипов. Еще одно важное направление — развитие розничных продаж: организация работы магазинов и других каналов сбыта, формирование ассортимента, тестирование новых моделей, подбор персонала и общение с покупателями.
— Ваши братья и сестры видят себя в семейном бизнесе?
— Старший брат Глеб — профессиональный хоккеист, играл за «Нефтехимик», «Ладу», в этом году перешел в «Челны». Вне сезона он очень быстро включается в дела компании. В частности, он участвует в привлечении финансирования и проработке инвестиционных проектов. А в 2020 году, когда из-за ковида производство формы остановилось, так как всех отправили на удаленку, Глеб предложил изготовление средств индивидуальной защиты: масок, костюмов для медиков из спанбонда, нашел материалы, совместно с нашими технологами выстроил процесс — это очень выручило предприятие в тот момент. Младшие брат и сестра пока учатся, но тоже постепенно знакомятся с семейным делом и работают в компании во время летних каникул.
— Как болезнь Аллы Владимировны отразилась на компании? Ведь она была идейным центром «Бросско»…
— Мама узнала о заболевании в 2019 году. Ей было всего 44 года — она была молодой, полной сил, энергии и планов. В течение шести лет она боролась с болезнью, каждые две недели проходила тяжелую химиотерапию, но при этом продолжала работать практически до последних недель жизни.
Она по-прежнему участвовала в переговорах, руководила процессами, занималась общественной и благотворительной деятельностью в онкологических сообществах, воспитывала четверых детей, двое из которых были еще несовершеннолетними. Мама говорила, что работа помогает ей отвлечься от болезни, чувствовать себя живой и сохранять привычный ритм жизни. Она до конца надеялась на выздоровление и никогда не опускала рук.
Одновременно мама проделала огромную работу для будущего «Бросско». Она планомерно выстраивала систему управления, распределяла зоны ответственности и структурировала процессы так, чтобы компания могла существовать и развиваться без ее постоянного участия. Благодаря ее усилиям бизнес стал более самостоятельным и устойчивым.
— Ваша мама много занималась благотворительностью. Продолжает ли «Бросско» эту традицию?
— Сегодня мы чаще оказываем адресную помощь по обращениям администраций школ. Они хорошо знают обстоятельства своих учеников и понимают, каким семьям поддержка особенно необходима. Также мы поддерживаем городской приют для детей и подростков «Асылташ» и по возможности откликаемся на обращения других учреждений, которые помогают детям и семьям в трудной жизненной ситуации.
Мама много времени уделяла помощи людям с онкологическими заболеваниями, консультировала, поддерживала людей и делилась собственным опытом. Сейчас в нашем коллективе тоже есть сотрудники, которые столкнулись с болезнью. Мы стараемся быть рядом, помогать им и поддерживать веру в выздоровление.
«Мы производим около 50 тысяч единиц одежды в год»
— Какое главное наследие Аллы Владимировны вы стремитесь сохранить в компании?
— Думаю, для мамы важным принципом работы и жизни была забота о людях. Она хорошо знала своих сотрудников, интересовалась их жизнью, понимала их трудности и старалась поддерживать каждого. С таким же вниманием мама относилась и к продукту. Школьную форму она воспринимала прежде всего как мать: ей было важно, чтобы детям было удобно, комфортно и практично в нашей одежде. Эти принципы — честность, забота и ответственность за продукт — стали частью ДНК «Бросско». И для нас очень важно сохранить их неизменными.
Производственные затраты выросли на 50%, налоги — в 4 раза
— Год назад в России приняли новый ГОСТ для школьной формы. Как это отразилось на вашем производстве?
— Существенно перестраивать производство нам не пришлось. Требования нового ГОСТа во многом соответствуют нормам технического регламента Таможенного союза, по которым наша продукция проверялась и раньше. Поэтому основные принципы работы — контроль безопасности материалов, качества пошива и соответствия одежды гигиеническим нормам — уже были неотъемлемой частью нашего производственного процесса.
Мы производим около 50 тысяч единиц одежды в год. Сырье на 70% используем отечественное, закупаем костюмные ткани, поливискозу, у «Чайковского текстиля», одного из крупнейших текстильных комбинатов России. С нашими производителями удобно работать: легче контролировать качество, быстрее получать обратную связь. Но их проблема — в узости ассортимента. Нам нужны разные расцветки, особенно клетка, для эксклюзивных школьных коллекций, так как каждая школа хочет определенный дизайн и цвета. А российские фабрики предлагают ограниченный набор. В 30% импорта также входят ткани для блузок и рубашек, хлопок с полиэстером или эластаном, в основном заказываем турецкие. Фурнитура, нитки, подклад сейчас идут из Китая.
«Сырье на 70% используем отечественное, закупаем костюмные ткани, поливискозу, у «Чайковского текстиля», одного из крупнейших текстильных комбинатов России»
— Насколько выросли затраты за последние годы и как это сказывается на рентабельности?
— Ориентиром для устойчивого швейного производства считается рентабельность на уровне 25–30%, однако сохранять такой показатель становится все сложнее. За последние два-три года наши производственные затраты выросли почти на 50%. Отчасти этот рост связан с положительными изменениями: увеличением объемов производства и повышением заработной платы сотрудников. Но значительную роль сыграли и внешние факторы — например, сырье подорожало примерно на 20–30%, а налоговая нагрузка увеличилась почти в четыре раза.
— Программами господдержки пользуетесь?
— В 2024 году мы получили льготный микрозаем по линии фонда поддержки предпринимательства в размере 3,3 миллиона рублей. Такая помощь была для нас полезной, но в целом серьезная поддержка для малого и среднего производственного бизнеса остается труднодоступной. Процедуры требуют много времени и документов, а доступные суммы не всегда соответствуют реальным потребностям. Например, только новый раскройный комплекс может стоить около 10 миллионов рублей.
— У компании сейчас большая долговая нагрузка?
— В 2026 году мы впервые полностью отказались от кредитов на пополнение оборотных средств. При нынешних процентных ставках для нас это особенно важно.
«Средний чек в наших магазинах в июле составил 4,9 тысячи рублей. Если говорить о стоимости полного костюма — пиджак и брюки или юбка и жилет, то это около 8 тысяч рублей»
— Как вы реагируете на рост себестоимости?
— Для нас важно сохранять продукцию доступной, но в последнее время мы вынуждены поднимать цены, максимум на 10% в год. До этого были годы, когда мы не меняли цены вообще, но сейчас инфляция и рост затрат не оставляют выбора. Средний чек в наших магазинах в июле составил 4,9 тысячи рублей. Если говорить о стоимости полного костюма — пиджак и брюки или юбка и жилет, то это около 8 тысяч рублей.
— Почему вы не переносите производство в Китай или Киргизию, где шить дешевле?
— Мы понимаем, что размещать заказы на сторонних фабриках может быть экономически выгоднее. Но для нас принципиально важно сохранять собственное производство и полный контроль над качеством — от выбора сырья до готового изделия.
Мы производим детскую одежду, поэтому должны быть уверены в безопасности материалов, посадке и качестве обработки. Кроме того, разрабатываем коллекции для конкретных школ с индивидуальными цветами, логотипами и элементами отделки. Для такой работы важно находиться рядом с заказчиками и иметь возможность быстро реагировать на их запросы.
И конечно, собственное производство — это рабочие места в Татарстане и наш вклад в развитие отечественной легкой промышленности.
«Разрабатываем коллекции для конкретных школ с индивидуальными цветами, логотипами и элементами отделки»
«Школьную форму ребенок носит каждый день, родителям важно оценить ткань и посадку»
— Вы развиваете другие направления, например пошив корпоративной формы?
— Да, корпоративное направление существует у нас давно и занимает около 10% общего объема производства. Среди наших заказчиков — АО «КИП „Мастер“», холдинг «РариТЭК», компании «РИАТ» и «КОРИБ», центр энергоресурсоэффективных технологий Республики Татарстан и другие организации.
Постепенно появляются клиенты и из других регионов. Например, недавно к нам обратился «Уренгойгорводоканал». Сами на нас вышли. Их сотрудник приобрел в челнинском магазине «Бросско» куртку для работы. Несколько лет ее носил без сносу, коллеги оценили долговечность, качество, и в итоге сделали заказ на всю бригаду.
— А с госзаказом работаете?
— Пока нет. Сейчас все наши мощности загружены на 100 процентов школьной формой и корпоративной одеждой. Чтобы принимать крупные государственные заказы, нам необходимо расширять производственные площади и увеличивать мощности. Мы рассматриваем это направление как возможную точку роста, но выходить на него хотим постепенно, не отказываясь от обязательств перед действующими заказчиками.
«Многие сотрудники работают с нами уже много лет, и за это время сложился действительно сплоченный коллектив»
— Одна из главных проблем швейной отрасли — кадры. Как у вас обстоят дела с поиском швей?
— Сегодня ситуацию с кадрами в нашей компании можно назвать достаточно стабильной. Многие сотрудники работают с нами уже много лет, и за это время сложился действительно сплоченный коллектив. Средний возраст наших сотрудников — около 40–45 лет, средняя зарплата швеи — 60–80 тысяч рублей.
При этом мы понимаем, что в перспективе кадровый вопрос может стать еще сложнее. Особенно остро ощущается нехватка закройщиков для массового производства — специалистов, которые умеют работать с большими объемами. Сейчас эта потребность у нас закрыта, но сама профессия становится все более редкой. Возможно, в будущем эту проблему придется решать за счет большей автоматизации раскройных процессов.
Со швеями в последние двенадцать месяцев сложилась необычная для нас ситуация: впервые за все время работы предприятия мы практически не испытываем дефицита кандидатов. Более того, желающих трудоустроиться стало заметно больше.
Но радоваться этому сложно, потому что, вероятнее всего, причина связана с общей ситуацией в отрасли. Многие небольшие швейные производства закрываются, и квалифицированные специалисты остаются без работы. Они обращаются к нам, потому что ищут более стабильное предприятие.
Сегодня это временно облегчает поиск сотрудников, но в долгосрочной перспективе вызывает тревогу. Если в отрасли будет становиться все меньше устойчивых предприятий и рабочих мест, профессия швеи может окончательно потерять привлекательность для молодежи. Тогда через несколько лет мы можем столкнуться уже не просто с дефицитом кадров, а с тем, что сменить нынешнее поколение специалистов будет практически некому.
«Средний возраст наших сотрудников — около 40–45 лет, средняя зарплата швеи — 60–80 тысяч рублей»
— Как конкурируете с азиатскими производителями, которые предлагают более дешевую продукцию, особенно на маркетплейсах?
— Нашими основными конкурентами действительно являются производители из Китая и Киргизии. Их преимущество — более низкая цена, наше — качество продукции, широкий размерный ряд, возможность примерки и полноценное обслуживание в магазинах.
Школьную форму ребенок носит практически каждый день, поэтому родителям важно увидеть изделие, оценить ткань и посадку, подобрать модель под конкретное телосложение. У нас на один рост и размер предусмотрено несколько полнотных групп, что позволяет подобрать форму в том числе детям с нестандартной фигурой.
Доля онлайн-продаж пока остается небольшой, порядка 10%, а основным каналом сбыта по-прежнему являются наши розничные магазины. На маркетплейсах мы не представлены: продаем онлайн только через собственный сайт, чтобы контролировать качество обслуживания и происхождение продукции.
— С контрафактом уже сталкивались?
— С массовым контрафактом школьной формы мы, к счастью, не сталкивались. Возможно, этому способствует то, что наша продукция продается преимущественно через собственные розничные магазины и официальный сайт. Такая модель позволяет контролировать путь изделия от производства до покупателя.
При этом был случай, когда наш бренд незаконно использовали при производстве женской одежды, не имевшей отношения к «Бросско». Мы достаточно жестко отреагировали и применили все предусмотренные законом меры. Для нас важно защищать не только товарный знак, но и доверие покупателей, которое формировалось на протяжении многих лет.
«Нашими основными конкурентами действительно являются производители из Китая и Киргизии. Их преимущество — более низкая цена, наше — качество продукции»
— Сейчас у вас четыре магазина — в Набережных Челнах, Казани, Нижнекамске и Альметьевске. Планируете ли выходить за пределы Татарстана?
— Мы не открываем розницу в других регионах, но развиваем оптовые каналы продаж. Например, в этом году к нам обращалась школа с Урала, которая хотела закупить форму на всю школу. Рассматриваем возможность открытия еще одного магазина в Казани, медленно подходим к вопросу приобретения для него собственного здания — это крупный инвестиционный проект, пока только изучаем возможности.
«Работала с первого курса университета, не только ради денег»
— Поговорим немного о вас. Вы участвуете в бизнесе только как управленец или вовлечены в создание моделей?
— Я участвую и в творческой части работы. В детстве окончила школу искусств и долго думала о профессии, связанной с дизайном или архитектурой. Позже поступила в КФУ на социологию, но интерес к творчеству сохранился.
Сегодня новые модели мы разрабатываем вместе с конструктором: обсуждаем идеи, создаем эскизы, подбираем ткани, продумываем детали и посадку изделия. Знания, полученные в школе искусств, помогают мне чувствовать цвет, пропорции и композицию. Конечно, я многому продолжаю учиться, но эта часть работы мне особенно близка.
— А не было желания уйти в какую-то другую сферу насовсем?
— Во время учебы я пробовала себя в разных направлениях. Например, очень полезным для меня оказался опыт работы продавцом-консультантом в H&M. Я устроилась туда еще на первом курсе и смогла увидеть изнутри, как устроена розничная торговля: как работать с ассортиментом, оформлять пространство магазина, общаться с покупателями и понимать их запросы. Впоследствии этот опыт очень пригодился мне в «Бросско».
Мне вообще нравится учиться и осваивать новые направления. Последние два года я изучала психологическое консультирование. Эти знания помогают лучше понимать людей и внимательнее выстраивать отношения внутри коллектива.
Родители никогда не настаивали на том, чтобы я обязательно продолжила семейное дело. Но постепенно я поняла, что именно в семейном бизнесе могут соединиться мои интересы, опыт и желание быть рядом с близкими. Поэтому решение остаться в «Бросско» стало для меня осознанным.
«Даже самая сильная идея не сможет развиваться без команды и взаимного доверия. Поэтому важно не только видеть вклад людей, но и говорить им об этом»
— Наш традиционный вопрос — какие три главных принципа успешного бизнеса вы бы выделили?
— Первый — постоянно анализировать ситуацию и не оставлять процессы без внимания. Условия быстро меняются, поэтому важно следить за рынком, слышать покупателей и вовремя корректировать свои решения.
Второй — не бояться ошибок. В бизнесе невозможно заранее предусмотреть все, особенно в периоды неопределенности. Главное — уметь делать выводы и двигаться дальше.
И третий принцип — ценить людей, с которыми работаешь: сотрудников, партнеров и клиентов. Даже самая сильная идея не сможет развиваться без команды и взаимного доверия. Поэтому важно не только видеть вклад людей, но и говорить им об этом.
Визитная карточка компании
ООО ПК «Бросско»
Учредители — Семенова Дарья Валерьевна (75% УК).
Семенова Анастасия Владимировна (25% УК).
Год основания — 2011.
Направления работы — производство и продажа деловой, корпоративной и спортивной одежды.
Количество сотрудников — 50.
Оборот компании — 152 млн рублей (2025 год).
Визитная карточка руководителя
Семенова Дарья Валерьевна — генеральный директор «Бросско».
Родилась 6 июня 1995 года в Набережных Челнах.
Образование: Казанский (Приволжский) федеральный университет, факультет журналистики и социологии, связи с общественностью — социолог.
Семейное положение — замужем.
Комментарии 1
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.