«Вся позиция банка сводится к тому, что они ее в арбитраже пытаются отстаивать через инициированное ими уголовное дело», — заявила адвокат Рушана Камалова. В ходе очередного слушания по делу главы СК «Автодор» Рамиля Шайдуллина защита пыталась выяснить у Ак Барс Банка, почему кредитная организация считает, что ее ввели в заблуждение, и как можно было выдавать банковскую гарантию под поручительства людей, которые не обладают необходимым объемом средств и имущества, чтобы ее покрыть. О том, какое отношение к многомиллиардному договору имеет студентка, как представители банка на заседании взмолились, что их «пытают», и чем им на это ответил подсудимый, — в материале «БИЗНЕС Online».
В ходе очередного слушания по делу главы СК «Автодор» Рамиля Шайдуллина защита пыталась выяснить у Ак Барс Банка, почему кредитная организация считает, что ее ввели в заблуждение
Ввели ли банк в заблуждение?
В Бутырском районном суде Москвы продолжился допрос директора дирекции правового сопровождения ПАО «Ак Барс Банк» Андрея Ощепкова по делу главы СК «Автодор» Рамиля Шайдуллина. Если в прошлый раз защита пыталась выяснить, как банк оценивал финансовое состояние ООО «РСК» — субподрядчика, который выиграл конкурс на строительство участка М12, — при выдаче ему банковских гарантий, то теперь акцент сместился на контроль за использованием денег и проверку поручителей. Вопросы задавали адвокаты Шайдуллина Яна Ковалева и Рушана Камалова, а также сам подсудимый.
Из показаний Ощепкова следовало, что РСК предоставляла ежеквартальные отчеты о своих финансовых результатах, бухгалтерские балансы и налоговые декларации вплоть до конца 2024 года. Анализом отчетности занималась дирекция кредитного анализа корпоративного бизнеса. «Предоставляемые отчеты соответствовали действительности?» — уточнила Ковалева. Ощепков затруднился ответить. Тем не менее в банке убеждены, что компания вводила их в заблуждение, поскольку в 2024 году «РСК» вдруг начала показывать убытки, которые раньше не фиксировались. По словам представителя банка, до 1 января 2025 года РСК показывала увеличение выручки и прибыли, но отчетность за 2024 год, появившаяся в открытых источниках позже, этой картине уже не соответствовала. Ковалева попыталась уточнить, кто именно в банке сделал вывод о недостоверности отчетности, но Ощепков пояснить не смог, сославшись на то, что черпает сведения из справочных материалов, которые ему предоставили коллеги, однако конкретных исполнителей назвать не берется.
Генеральному директору дочерней структуры госкомпании «Автодор» Рамилю Шайдуллину предъявлено обвинение по двум тяжким статьям: присвоение вверенного имущества в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК РФ) и легализация денежных средств, полученных преступным путем (п. «а», «б» ч. 4 ст. 174 УК РФ). По версии следствия и обвинения, Шайдуллин создал преступную группу для хищения более 18 млрд рублей, выделенных на строительство участка скоростной трассы Казань — Екатеринбург.
Так, Шайдуллин якобы обеспечил победу субподрядчика «РСК» в конкурсе на стройку первого этапа автодороги М12 на участке Дюртюли — Ачит в Республике Башкортостан. Затем на счета фирмы поступили авансовые платежи. Обвинение полагает, что Шайдуллин давал указания руководителям ООО «РСК» — сначала Борису Сакуну, а затем Александру Исаеву — переводить бюджетные средства на счета подконтрольных организаций. Таким образом, из-под контроля государства было выведено 18,4 млрд рублей, подсчитало следствие.
Когда со стороны РСК возникли проблемы с исполнением обязательств, в действие была приведена схема с банковскими гарантиями. Следствие считает, что Шайдуллин и Сакун предоставили в банк недостоверные сведения о финансовом состоянии РСК, чтобы получить гарантии. Эти гарантии, по версии обвинения, должны были выступить в роли «страховки»: если стройка провалится, а деньги исчезнут, то убытки покроет банк. Таким образом, считает обвинение, сговор, направленный на введение кредитной организации в заблуждение, позволил бы переложить финансовый ущерб с казны на коммерческий банк. Впрочем, деньги по банковской гарантии выплачены не были.
Шайдуллин свою вину не признает. С момента возбуждения дела в октябре прошлого года он находится в СИЗО.
Одним из доказательств того, что РСК вводил банк в заблуждение, обвинение называет справку об отсутствии просроченной дебиторской задолженности. Выяснилось, что фактически такая задолженность у РСК имелась — примерно 90 млн рублей. «Насколько значительна была данная сумма просроченной задолженности при принятии решения банком о выдаче банковских гарантий 2 марта 2023 года на сумму более 17 миллиардов с учетом кредитования в этот же день РСК на 1 миллиард?» — поинтересовалась сторона защиты.
«У нас потерпевшего делали обвиняемым, теперь берут на себя функции гособвинения, — возразил Ощепков. — Этот вопрос лучше адресовать не к банку, на него ссылается государственное обвинение, когда оно делает вывод о тех или иных обстоятельствах».
«Ваша честь, возражаю! Эту информацию банк транслировал следственному комитету, это легло в основу обвинения. Они утверждали, что среди всей информации, предоставленной РСК, именно справка об отсутствии кредиторской задолженности явилось тем, что очень сильно ввело банк в заблуждение и заставило миллиардные банковские гарантии выдавать», — выступила Камалова.
На этих словах Шайдуллин и глава юротдела ГК «Автодор» Екатерина Крылова синхронно согласно закивали. Ощепков же отметил, что важен не размер задолженности, а сам факт введения в заблуждения.
Адвокаты спрашивали о более ранних взаимоотношениях Ак Барс Банка и РСК. Гособвинитель Татьяна Капралова несколько раз протестовала, указывая, что они выходят за временной период предполагаемого совершения преступления. На это сторона защиты парировала: по версии следствия и согласно показаниям ключевого свидетеля Сергея Салихова (владелец ООО «БСЛ Инжиниринг» — компании-субподрядчика строительства одного из этапов М12, сам находится под следствием), Шайдуллин якобы вступил в преступный сговор с владельцем РСК Борисом Сакуном как раз примерно в 2021 году. Шайдуллин вновь закивал головой. Судью аргументы гособвинителя не убедили.
«Вы уже пытать начинаете…»
Адвокаты пытались выяснить, на чем основан вывод банка о недостоверности финансовой отчетности. «Кто вам эту информацию сообщил? Какой сотрудник банка к вам подошел и предоставил мотивированную позицию?» — спрашивала Ковалева. Ощепков вновь не смог дать конкретного ответа.
Тогда защита задала Ощепкову прямой вопрос о природе заявленных требований: «Какой имущественный вред причинен вам действиями Шайдуллина, что позволяет вам предъявлять к нему требования?» «Я затрудняюсь ответить на этот вопрос», — выдохнул Ощепков, выдержав паузу. При этом Ощепков подтвердил, что банк поддерживает гражданский иск, но не смог назвать его сумму.
Дальше адвокаты стали разбираться с договорами поручительства. Защитники поинтересовались, проверял ли банк способность поручителя, которым выступал экс-владелец «РСК» Сакун, выплатить сумму в размере 18,4 млрд рублей. Ощепков не дал прямого ответа, заявив лишь, что поручительство является обычной банковской практикой. Особый интерес вызвал договор поручительства с дочерью Сакуна, Ольгой Сакун, которая является студенткой. «Как банк может подписывать договоры поручительства с человеком, у которого нет в кармане ни гроша?» — недоумевала защита.
Представитель банка вновь сослался на стандартные банковские правила. На последовавшие уточняющие вопросы о проверке имущества поручителей Ощепков вновь ответить не смог. В какой-то момент, когда, не получая ответ, адвокаты задавали все новые и новые уточняющие вопросы, представитель банка возразил адвокатам: «Вы не задаете вопросы, вы уже пытать начинаете!» Шайдуллин, сидевший в клетке, мгновенно отреагировал: «Меня же пытаете!»
Несколько вопросов задал и Шайдуллин. Он поинтересовался у Ощепкова: «Обращался ли я по вопросам банковской гарантии для компании „РСК“?» Ощепков ответить затруднился. Тогда подсудимый задал следующий вопрос: «Имеется ли у вас гражданско-правовой спор с „Сиарсиси Рус“?», имея в виду параллельное разбирательство, где банк не выплатил средства по гарантии на сумму 1,2 млрд рублей. Ощепков подтвердил, что такой спор действительно существует. Этот же спор на прошлом заседании приводили в пример и адвокаты. Почему именно этот спор был упомянут, не уточнялось, но третьими лицами к нему привлечены и РСК, и ее бывшие руководители Сакун и Александр Исаев, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство.
«Банк не выполнил обязательства по банковской гарантии и пошел в СК…»
В завершение слово взяла директор юридического департамента ГК «Автодор» Екатерина Крылова — госкомпания, напомним, тоже признана потерпевшей по данному делу, однако сама таковой себя не считает. По ее словам, вместо того чтобы исполнить безусловное обязательство по банковской гарантии — инструменту, который как раз и создан для защиты заказчика в случае проблем с подрядчиком, — банк предпочел инициировать уголовное преследование. «Банк Ак Барс не выполнил свои обязательства по независимой гарантии и пошел в следственный комитет», — сказала Крылова в процессе.
«Вы говорили в Арбитражном суде, что ущерб есть, а сейчас говорите, что его нет. Где правда?» — спрашивал ее представитель банка. На это Крылова с иронией заметила: «В чем сила, брат?» В зале раздались смешки. Крылова объясняла, что арбитражный и уголовный процессы — это разные вещи и смешивать их, пытаясь подменить одно другим, неверно.
Представитель госкомпании отметила, что в рамках уголовного процесса у государственной компании ущерба нет, поскольку дорога построена. Она также указала на то, что, по ее мнению, банк, выдавая гарантии, знал о рисках, связанных с РСК, поскольку сотрудничал с данной компанией с 2021 года. Из слов Крыловой следовало, что, по ее мнению, банк пытается использовать уголовное дело как инструмент давления, чтобы избежать исполнения своих гражданско-правовых обязательств по выплате банковских гарантий. «Вместо того чтобы платить по гарантиям, банк пошел в следственный комитет», — еще раз повторила она.
«Если нет потерпевших со стороны госкомпании и нет потерпевших со стороны Ак Барс Банка, то что я тут делаю?» — театрально резюмировал Шайдуллин
«Считаете ли вы, что есть факт хищения 18 миллиардов рублей?» — уточнила у Крыловой гособвинитель. Та ответила без колебаний: «Я не суд, не знаю. Я считаю, что нет». Таким образом, представитель госкомпании вновь подтвердила позицию об отсутствии ущерба для ГК «Автодор».
«Вся позиция банка сводится к тому, что они свою позицию в арбитраже пытаются отстаивать через данное инициированное ими уголовное дело», — заявила Камалова.
«Если нет потерпевших со стороны госкомпании и нет потерпевших со стороны Ак Барс Банка, то что я тут делаю?» — театрально резюмировал Шайдуллин.
Гособвинитель назвала вопрос риторическим.
Следующее заседание, несмотря на возражения участников процесса и очередные просьбы о переносе, состоится сегодня, 27 июля.
Комментарии 2
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.