Казанские причалы за два года изменились до неузнаваемости: на месте пустырей выросли прогулочные дорожки, подпорные стенки, кафе и гостевые понтоны. Владельцы марин говорят о рекордном росте числа судов, при этом отмечая скачок числа гидроциклистов. Однако на Волге остались и хронические проблемы: отсутствие заправок, пробелы в навигации, аварии на воде, а в этом году появилась еще и острая нехватка топлива, из-за чего большие прожорливые катера встали на якорь. «БИЗНЕС Online» рассказывает, куда на самом деле плывет водный Татарстан и что мешает Казани стать полноценной речной столицей.
Концепция «Город на воде» уже сделала свои первые шаги — появились новые яхт-клубы, в акваторию Казанки стали заходить речные теплоходы и трамвайчики
«Казань — город на воде»
Казань становится полноценной столицей отдыха и туризма на воде. Концепция «Город на воде» уже сделала свои первые шаги, превратив ряд лодочных станций в полноценные речные марины. Появились новые яхт-клубы, в акваторию Казанки стали заходить речные теплоходы и трамвайчики. Число маломерных судов в Татарстане выросло за год примерно на 2,5 тысячи. Сегодня по воде курсируют 42,5 тыс. единиц катеров и лодок. Согласно статистике ГИМС ГУ МЧС РФ по РТ, с начала 2026 года в Татарстане было зарегистрировано еще 897 судов — и это без учета владельцев лодок с мотором мощностью до 10 л. с., которые, по закону, регистрировать не требуется.
Что касается отдельных марин, то, к примеру, только на полуострове Локомотив сегодня базируется порядка 700 единиц маломерного флота. Еще два-три года назад катеров и яхт там можно было насчитать около 300–400. Всего же «локомотивные» причалы могут вместить до 1 тыс. единиц лодок и катеров, включая большие морские яхты, которых и сегодня там стоит немало.
Вячеслав Егоров: «Если открыть Avito, найдете минимум 25–30 предложений по катерам и около 20 по яхтам. Это колоссальный рост. От этого появилась большая конкуренция между судовладельцами»
Развиваются и другие лодочные станции. «Венеция» в Аракчино все так же остается местом притяжения катеристов со всего города, появилась небольшая лодочная станция у гольф-клуба «Ак Барс». Поселок Васильево и вовсе уже может принять несколько десятков крупных маломерных судов на зимовку. Развивается клуб «Призма», появился спортивный парусный клуб «Сила Ветра», пригнав с десяток спортивных парусных яхт в Казань. Всего в акватории столицы Татарстана находится 10 крупных серьезных яхт-клубов.
Катерными экскурсиями сейчас занимаются около 100 судов. Цены лояльные, всего пара тысяч рублей с человека — и вы можете покататься на катере, посмотрев закат
Развивается и туризм. Председатель студенческой федерации парусного спорта РТ Вячеслав Егоров в беседе с «БИЗНЕС Online» сравнивает: если в 2016–2017 годах в городе катерными экскурсиями занимались три-четыре судна, то сейчас их около 100. «Если открыть Avito, найдете минимум 25–30 предложений по катерам и около 20 по яхтам. Это колоссальный рост», — говорит собеседник нашей газеты. При этом, по его словам, каких-то особых познаний и умений для того, чтобы найти катер в аренду, не требуется — предложения сами идут в руки: «Раньше народ был более советским, а теперь каждая бабушка мониторит площадки продаж в мессенджерах». От этого появилась большая конкуренция между судовладельцами. При этом цены лояльны: всего пара тысяч рублей с человека — и вы можете покататься на катере, посмотрев закат.
Ринат Арсланов отмечает, что сейчас импорт практически исчез, весь прирост обеспечивают местные производители — казанский «Вельвет», кукморский «Триера», самарская «Волжанка», сызранский «Виктори»
Что по катерам
Сам рынок судов при этом структурно перестраивается. Еще 5–6 лет назад на рынке были представлены в основном западные образцы катеров и яхт, начиная от Volvo, заканчивая диковинными и дорогими Fairline. Владелец яхт-клуба «Призма» Ринат Арсланов, который практически и отстроил инфраструктуру Локомотива, в беседе с «БИЗНЕС Online» отмечает: сейчас импорт практически исчез, весь прирост обеспечивают местные производители — казанский «Вельвет», кукморский «Триера», самарская «Волжанка», сызранский «Виктори». На последнем фестивале яхт в Казани, который прошел прямо на территории обновленного яхт-клуба, было представлено около 100 участников. Приехал и выходец из РТ, замминистра промышленности и торговли РФ Альберт Каримов. «Каримов сам любитель, часто у нас бывает, мы его плечо чувствуем, — отмечает Арсланов. — Он увидел наши лодки и удивился: думал, американские или французские, а оказалось, все наше!»
Кругосветчик и старейшина казанского яхтенного движения Олег Тюрин также вспоминает, как был потрясен последним бот-шоу в июле этого года: «Такие отечественные лодки показали, каких я в Европе не видел. Из алюминиево-магниевого сплава, не пластик. Несмотря на санкции, производство не убавляется, а прибавляется».
Парусная яхта в обслуживании дешевле, но и цены на большие парусники также доходят до 10–15 миллионов
Но есть нюанс — цена. Стоимость хорошего даже отечественного катера сегодня исчисляется десятками миллионов: 6-метровая алюминиевая лодка с датчиками и мониторами может стоить 15–20 млн рублей, модель «Вельвет-23» казанского производства с японским двигателем — порядка 10 млн рублей. Парусная яхта в обслуживании, впрочем, куда дешевле. «Поднял парус — и поехал, не тратя бензин. А на катере дал гашетку — и 500–1000 рублей улетело», — сравнивает глава парусной федерации Егоров. Но и цены на большие парусники также доходят до 10–15 миллионов.
Раньше в условиях санкций были проблемы с японскими и американскими двигателями — только их ценник доходил до нескольких миллионов рублей. Сегодня, по словам наших собеседников, на рынке появились более дешевые китайские аналоги стоимостью несколько сотен тысяч, что упростило продажи катеров отечественным производителям.
В будущем на Казанке планируется разместить большую лодочную станцию у отеля Millenium Panorama, в том числе для туристов и гостей Казани. Еще станции появятся у «Чаши» и у берегов «Русско-Немецкой Швейцарии»
Водная Мекка — пока только Казань, но…
За пределами акватории Казани ситуация куда более прозаичная. Вы не сможете причалить на катере практически нигде. Дело в том, что поселки и города республики попросту не обустроены станциями для маломерных судов — по всей живописной акватории вниз по Волге стоят только дебаркадеры, к которым причаливать имеют право лишь теплоходы. За последние два-три года, правда, появились полноценные причалы — в Болгаре под отелем «Кул Гали» и в Свияжске, где силами казанских яхт-клубов и местной администрации была восстановлена швартовка для маломерных судов.
«В 2024–2025 годах наша компания совместно с руководством Свияжска реализовала проект реставрации причала. Теперь там спокойно принимают гостей, люди швартуются, ходят на экскурсии. Это реальный шаг, который показывает: если дать яхт-клубам и предпринимателям работать, они создадут инфраструктуру без бюджетных вливаний. Но весной произошел шторм, многое было разрушено. Сейчас будем восстанавливать», — поясняет Егоров.
В остальном ситуацию на Волге спасают рыболовные базы, которые могут принять небольшое количество маломерных судов в гости. В том же Камском Устье есть река Карамалка, которая впадает в Волгу, — там есть несколько причалов и понтонов. Есть затон им. Куйбышева.
Правда, большие суда та же Карамалка не примет — яхта просто не развернется и не зайдет туда. То же самое и на противоположном берегу: в Алексеевском районе нет ни одного большого причала или марины — опять же только рыболовные базы, которые спасают туризм. Да и то к ним не так часто заходят прибывшие в Татарстан водные туристы. В целом по республике количество стоянок и лодочных станций оставляет желать лучшего: во всем Татарстане их задекларировано 56, что на 9 меньше, чем в прошлом году.
Ситуацию спасают рыболовные базы, которые могут принять небольшое количество маломерных судов в гости
При этом маломерным судам открытая вода Волги для швартовки не подойдет. Исторически ситуацию спасали естественные заливы и природные укрытия. Но их стали засыпать под застройку. В Казани эта проблема также есть.
«Раньше на Казанке было полно закутков, где имелась возможность причалить. Существовали лодочные станции, и все спокойно работало. А теперь под видом благоустройства делают бетонные набережные, теряя места для стоянок. Кому-то кажется: засыпем — получим землю и построим дом. Это губит береговую линию, — говорит Егоров. — Природные формирования — вот главная возможность для размещения лодочных станций, там не надо закапывать огромные деньги в волноломы. А когда находятся недальновидные люди и начинают сравнивать берега, мы теряем то, что создано природой. Подход „давайте засыпем и что-нибудь построим“ должен быть остановлен».
Говоря о Казанке: в будущем студенческая федерация парусного спорта РТ планирует разместить большую лодочную станцию у отеля Millenium Panorama на 50 лодок, в том числе для туристов и гостей Казани. Еще одна станция на 60 катеров с муниципальной детской парусной школой уже появилась у казанской «Чаши». В скором времени, как ожидается, еще одна большая «немоторная» станция расположится у берегов «Русско-Немецкой Швейцарии»: там студенческая федерация планируется создать инженерный центр для радиоуправляемых яхт и место посадки каяков и сапбордов.
При этом владельцы катеров, как ни парадоксально, не в восторге от развития водного туризма в акватории Казанского кремля. «Маломерные суда должны находиться на расстоянии не менее 300 метров от больших пароходов. Это требование безопасности, — напоминает Егоров. — А у нас сейчас пытаются запустить пароходы по Казанке с посадкой прямо у лодочной станции». Не менее важен фарватер: по словам Егорова, лодочная станция не должна находиться вблизи судового хода, иначе порывом ветра корабль может занести туда. У Кремлевской набережной также есть небольшая лодочная станция, рядом с которой не могут швартоваться пароходы.
Закамье пока отстает от Казани по качеству водной инфраструктуры, хотя число судовладельцев и самих маломерных судов там тоже растет
Закамье: гидроцикловый бум и дефицит инвесторов
Набережные Челны да и все Закамье пока отстают от Казани по качеству водной инфраструктуры, хотя число судовладельцев и самих маломерных судов там тоже растет. Руководитель яхт-клуба «Чаллы Яр» Ландыш Хайретдинова говорит: за последние три года количество катеров в городе увеличилось на 50%, гидроциклов — на 90%. «Раньше гидроциклов у меня стояло 6–7 штук, я их не очень жаловала, а сейчас уже около 60. Молодежь просто помешалась на них», — признается она.
Парадокс в том, что при таком росте числа судов водный туризм в автограде практически отсутствует. Есть два прогулочных двухэтажных трамвайчика, которые катают людей по Каме, — и это весь организованный отдых на воде. Арендовать трамвайчик на три часа стоит 15 тыс. рублей — по словам Хайретдиновой, посетителей такого формата из-за ценника немного. Есть получасовые прогулки за 600 рублей, но вас выведут на Каму и сразу вернут на причал за это время. Частников, которые возили бы туристов на катерах, нет. «Благоустроенных берегов, куда можно пристать и культурно отдохнуть, в Челнах тоже нет — только „пиратские“ стоянки у берега, — рассказывает Хайретдинова. — Набережная появилась только в прошлом году, до этого мы о таком только мечтали. Как в Казани — с песочком, красивая, — у нас этого никогда не было. Концепции „город на воде“ не существует, инвесторы не идут».
«Чаллы Яр» принимает яхты из Перми, Волгограда и других регионов, предоставляет электричество и воду
Единственный гостевой понтон в Закамье для транзитных судов держит «Чаллы Яр». Клуб принимает яхты из Перми, Волгограда и других регионов, предоставляет электричество и воду. «У нас даже был караван из Перми, шли из Волгограда. Вчера пришел катер 14,5 метра — для нас это очень большой, обычно гости до 10 метров», — говорит наша собеседница. Но возможности ограничены глубиной бухты и малым количеством мест. С зимним хранением проще: лодки поднимают на сушу в «Чаллы Яр» и в клубе «Альбатрос» на окраине, однако крупные яхты зимовать все равно уходят за пределы республики.
Маршрутная сеть тоже оставляет желать лучшего. Из Челнов в сторону Волги можно уйти только через дамбу, и то лишь вечером, с помощью баржи. Вверх по Каме, в направлении Ижевска и Перми, инфраструктуры нет вовсе — негде пришвартоваться. «У вас в Казани есть Камское Устье, Болгар, Свияжск, а у нас наверху ничего. Люди просто находят какую-то полянку у берега и отдыхают», — вздыхает Хайретдинова. Ситуацию усугубило закрытие лодочной станции «Навигатор», на месте которой сделали городской пляж «Берег Камы»: частников вывели, осталась только парусная школа для детей.
Инфраструктуры для заправки маломерных судов практически нет. Владельцы часто вынуждены заправлять технику из канистр, что небезопасно и ведёт к загрязнению водоёмов
Сезон без топлива: заправки, которых нет
Главная боль последних лет— отсутствие водных автозаправочных станций. Формально в Казани работают две водные заправки: на улице Портовой (ГК «ТАИФ») и вблизи моста М7 в Займище, уточняют в ГИМС. Первая — стационарная, вторая — плавучая. Неудобство второй заключается, по словам владельца яхт-клуба «Призма» Арсланова, в отдаленности — 30 км по воде от Локомотива. «Пока туда дойдешь, полбака сожжешь», — говорит он. По общему мнению владельцев катеров, для полноценного судоходства двух заправок катастрофически недостаточно.
В Челнах ситуация еще хуже: водных заправок нет вообще, люди возят бензин канистрами. «У нас нет лицензированных станций, потому что это дорого и нерентабельно. Кто-то вытаскивает гидроцикл и едет на АЗС, но многие заправки отказываются заправлять их напрямую, хотя, по закону, это такое же транспортное средство», — возмущается Хайретдинова.
Олег Тюрин: «Сама природа создала это место для заправки. Но нам все время что-то мешает. Пока земля свободна, надо успеть принять решение, иначе потом территорию отдадут под парк развлечений и отвоевать будет невозможно»
Яхтсмен Тюрин, по его словам, больше 25 лет бьется за создание заправки на Локомотиве. За ее возведение он приводит три аргумента: во-первых, рядом нет жилой застройки, что исключает опасность для людей; во-вторых, в створе находится центральная пожарная часть МЧС — в случае ЧП ствол достаточно просто повернуть и залить возгорание; в-третьих, узкий перешеек бухты позволяет за считаные минуты локализовать разлив нефтепродуктов. «Такой комбинацией факторов не может похвастаться ни один город мира. Сама природа создала это место для заправки. Но нам все время что-то мешает. Пока земля свободна, надо успеть принять решение, иначе потом территорию отдадут под парк развлечений и отвоевать будет невозможно», — предупреждает наш собеседник.
Эксперты предложили свою карту лодочных заправочных станций, создание которых бы, по их мнению, нивелировало заправочный кризис. Первая — в Лаишево. Там сам бог велел установить заправочную станцию с учетом того, что лаишевские берега планируется развивать в сторону водного туризма. Вторую — на Локомотиве. Третью заправку они считают нужным поставить в районе Свияжска, и тогда путешественникам не придется мотаться с канистрами до острова-града. Еще одну можно поставить в Боровом Матюшино, где передвижение по воде — основной вид отдыха. В Набережных Челнах и Тукаевском районе проблему с АЗС можно закрыть установкой станции в районе деревни Кармыш, где уже благоустроен лодочный причал с хорошими подъездными путями.
Все бы ничего, но этот сезон еще и ударил по воде топливным кризисом. Ввиду отсутствия заправочных станций судовладельцы раньше заправляли катера канистрами, а этим летом на заправках в канистрах топливо не отдают. Поэтому сегодня на любой марине мы наблюдаем картину — катера стоят. Для обывателя — красивая картинка, но на воде катера и яхты смотрелись бы куда более красочно.
«На воде судов стало заметно меньше, многие встали. Пошел запрет на канистры, заправляться тяжело», — говорит Хайретдинова. Катера пока держатся на запасах владельцев, но, по прогнозу Арсланова, через полторы-две недели топливо кончится и вода может окончательно встать.
Сегодня процентов 70–80 судов на воде составляют парусные яхты. Большинство из них являются спортивными, занимаются яхтенным спортом как взрослые, так и дети
Мир парусов
При этом топливный кризис дал маленький толчок развитию парусного спорта — там бензин практически не нужен, и сегодня процентов 70–80 судов на воде, по оценкам наших собеседников, как раз составляют парусные яхты. Большинство из них, к слову, являются спортивными, занимаются яхтенным спортом как взрослые, так и дети. Сегодня любой желающий может испытать на себе роль члена экипажа парусной яхты.
Впрочем, на больших яхтах можно и просто прокатиться. Благо их количество позволяет это сделать. В Казани, по словам наших собеседников из отрасли, на «вооружении» стоит порядка 60 парусных яхт разных размеров. В центре парусного спорта на Локомотиве сосредоточены почти все парусные яхты Казани. С другой стороны, федерация парусного спорта проводит тренировки и детские регаты. К слову, по словам Тюрина, данный залив — единственный в России, где можно свободно «гонять» на парусах, ведь там нет судового хода.
Здесь же, на Локомотиве, к примеру, красуется самый известный парусный катамаран «Шаман». В 2014 году яхта снялась в сериале «Девушка средних лет». «Морские эпизоды», кстати, снимались на Каме. 12-метровый катамаран в данный момент является самым большим и вместительным (до 12 человек) прогулочным парусным судном в Казани.
Есть и самодельные 12-метровые яхты, но ими занимаются исключительно энтузиасты, кто грезит и даже болеет яхтингом. «Парусный спорт у нас на подъеме. Несмотря на то что у нас внутренние водные пути, парусных должно быть процентов 20 в общей массе. Но благодаря таким проектам, как „Сила ветра“, и спортивным лодкам, соотношение меняется. Сейчас дешевле ходить под парусом — бензин не нужен, только моторчик для маневров. Я думаю, за парусом будущее», — говорит кругосветчик Тюрин.
Еще пару лет назад на причалах не было столько гидроциклов
Аварии с гидроциклами, сапборды и бессилие штрафов
Рост водного транспорта закономерно обострил проблему безопасности. Недавний трагический инцидент, когда девушка на гидроцикле влетела в сапбордистов на пляже, — это лишь самый громкий случай. «Сапбордисты вообще никем не контролируются, — говорит Егоров. — Выходят на открытую воду, их уносит течением, и мы потом выковыриваем людей из камышей. У нас был случай на Казанке: дунул ветер, их всех унесло прямо под мель. Мы их оттуда доставали». В Казани действует несколько крупных центра аренды сапбордов, где ценник варьируется от 1,3 тыс. до 2 тыс. рублей в сутки: на Чистопольской с выходом в акваторию Казанки, на «Ак Барс Арене» с той же акваторией, на озеро Изумрудное, на озере Кабан и на акватории Волги в районе Аракчино, где ходит множество катеров и гидроциклов.
Последних в Казани также прибавилось. На том же Локомотиве, где находится несколько яхт-клубов, еще пару лет назад не было гидроциклов. Сегодня водных скутеров на одном лишь причале «Призмы» уже более 30.
По данным ГИМС, с начала навигационного сезона 2026 года в Татарстане зафиксировано более 515 нарушений (за аналогичный период 2025-го было 643). Чаще всего судоводителей штрафуют за эксплуатацию судна без техосмотра (ст. 11.8 КоАП), нарушение правил плавания — превышение скорости, несоблюдение знаков, опасное маневрирование (ст. 11.7), а также за нарушение правил безопасности пассажиров (ст. 11.10) и управление в состоянии опьянения.
Количество происшествий с участием гидроциклов и сапбордов выросло
При этом количество происшествий с участием именно маломерных судов выросло: 9 с начала года против пяти годом ранее. 29 апреля в Зеленодольском районе перевернулась лодка, 65-летний рыбак утонул — спасательный жилет на нем отсутствовал. 6 июля там же, в Зеленодольском районе, как мы писали абзацем ранее, гидроцикл под управлением 22-летней девушки без прав наехал на группу сапбордистов: 35-летний мужчина получил удар головой и погиб. 11 июля в Камско-Устьинском районе водитель гидроцикла, буксировавший водный аттракцион с детьми, врезался в понтонный пирс — двое детей получили серьезные травмы. По всем трем случаям возбуждены уголовные дела.
Среди ключевых причин аварий инспекторы ГИМС называют управление в нетрезвом виде, нарушение правил маневрирования и скоростного режима, наезды на купальщиков и сапбордистов, отсутствие спасательных жилетов, столкновение судов.
В Закамье картина схожая, но есть и своя специфика. «Пьяные выезжают — это обычное дело. На дороге хоть бордюры есть, а на воде — широкая гладь, люди теряют чувство опасности, — делится Хайретдинова. — Молодежь гоняет на гидроциклах, адреналин зашкаливает. В фарватер больших теплоходов они не лезут, а вот у берега начинается азарт. Или выпьют где-нибудь и возвращаются». Штрафы нарушителей не пугают: 3 тыс. рублей за лихачество для владельца катера стоимостью 14 млн рублей не деньги. «Я на комиссии прямо сказала: поднимите штрафы до 50–100 тысяч, все сразу сядут ровно. А штрафстоянка за 1,4 тысячи рублей в сутки — это просто смешно», — убеждена руководитель яхт-клуба «Чаллы Яр».
Все спикеры сходятся во мнении: нужны выделенные акватории для гидроциклов и сапбордов. Тюрин ссылается на опыт Швеции, где действует принцип «в своем клубе гоняй сколько хочешь, а за его пределами — ответственность». «Это надо централизовать, — считает он. — Прокатчики должны работать с инструкторами или проверять права. Должен быть четкий маршрут, за нарушение которого наступает ответственность». Егоров добавляет, что надо ужесточать ответственность судовладельцев по принципу «дал лодку — отвечай». В Челнах, впрочем, есть естественный плюс: акватория разделена так, что гидроциклы и сапборды не пересекаются. «Тьфу-тьфу, происшествий у нас пока не было», — отмечает Хайретдинова.
Будущее яхтинга: паруса, прокат и надежда на господдержку
Несмотря на кризисы и оставшиеся проблемы, наши собеседники смотрят вперед с определенным оптимизмом. Возрождение парусного спорта — одна из самых интересных тенденций. «Парус — это спорт инженеров, — убежден Егоров. — В 90-е его целенаправленно уничтожали, потому что не нужны были люди, умеющие думать и анализировать. Спасибо Олегу Борисовичу Тюрину, спасшему школу. Теперь дети снова идут в парусный спорт, строят деревянные лодки, участвуют в регатах. Из них вырастают люди, которые не просто говорят „надо сделать“, а берут и делают». Уже сейчас при студенческой федерации формируются команды, получены лодки, запущена серия из пяти регат. Прошли всероссийские соревнования по радиоуправляемым яхтам, что важно для развития робототехники.
Дети снова идут в парусный спорт, строят лодки, участвуют в регатах
Тюрин смотрит на будущее более прагматично и предлагает развивать водный «каршеринг». «Зачем покупать лодку за 14 миллионов, если можно прийти с правами, взять в аренду и уйти на выходные? Как на Западе — аренда яхт с капитаном или без. У нас пока такого нет, но это вопрос времени, — рассуждает он. — Содержать даже 7-метровую лодку сегодня стоит 400–450 тысяч рублей в год: стоянка, обслуживание, клубные взносы, ремонт. А тут заплатил — и свободен».
Арсланов, который свой яхт-клуб развивает за собственные средства, говорит, что государство в будущем должно не мешать, а создавать условия. «Мы восстанавливаем лестницы, строим набережные, проводим фестивали за свой счет. Внебюджетные ресурсы не вытягиваем, ни у кого ничего не просим, — подчеркивает он. — Но, если бы нам дали гранты, субсидии, программы софинансирования, как это сделали для глэмпингов, эффект был бы колоссальным. Поддержка нужна и от министерства туризма, и от министерства промышленности».
Хайретдинова мечтает хотя бы о набережной с кафе и элементарных причалах, куда могли бы заходить туристы. «У нас в Набережных Челнах нет ни одного „вау-берега“. Инвесторы не идут, потому что нет доходности. Если государство даст импульс, мы сможем превратить Каму в точку притяжения, как это сделали в Казани», — говорит собеседница нашего издания.
Егоров добавляет, что в республике много локаций, которые могут стать точками притяжения: усадьба Молоствовых, Макарьевский монастырь, Лаишево. «У нас мест больше, чем в иной Турции. Если создать сеть заправок и причалов, людям незачем будет ехать за границу. Маршрут Казань — Астрахань или Казань — Санкт-Петербург поинтереснее многих европейских», — резюмирует председатель студенческой федерации парусного спорта РТ.
Комментарии 23
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.