Паулу Ногейра Батиста: «Со времен первой администрации Трампа, а возможно, и раньше Китай осознал, что стратегия «скрывать силу и выжидать время» больше не является жизнеспособной. Китай стал слишком велик, даже превзойдя Соединенные Штаты в экономическом отношении и в международной торговле» Паулу Ногейра Батиста: «Со времен первой администрации Трампа, а возможно, и раньше Китай осознал, что стратегия «скрывать силу и выжидать время» больше не является жизнеспособной. Китай стал слишком велик, даже превзойдя Соединенные Штаты в экономическом отношении и в международной торговле» Фото: «БИЗНЕС Online»

США теперь рассматривают Китай как главную угрозу

«Высшее мастерство — покорить врага без боя».

Сунь-цзы, «Искусство войны»

Китай находится в процессе переопределения своих отношений с остальным миром и в особенности с Западом. В первые три-четыре десятилетия периода экономических реформ и открытости, начатого Дэн Сяопином в 1979 году, Китай стремился к «мирному возвышению» в рамках международной системы, сложившейся под эгидой Соединенных Штатов после Второй мировой войны, и поначалу весьма в этом преуспел. Он систематически избегал конфронтации с США и другими странами, действуя со стратегической осмотрительностью и терпением. Дэн Сяопин сделал своим девизом классическую китайскую максиму — «скрывать силу и ждать своего часа».

Тем не менее Соединенные Штаты предпочли перейти к политике сдерживания и конфронтации, начиная с первого президентского срока Дональда Трампа в 2017–2020 годах, продолжая при Джо Байдене в 2021–2024-х и резко усилив этот курс во второй срок Трампа с прошлого года. США теперь рассматривают Китай как соперника и главную угрозу. Соответственно, они приняли целый ряд мер, направленных на ослабление Китая в торговой, технологической, военной и дипломатической сферах.

Паулу Ногейра Батиста – младший — бразильский экономист и писатель. Родился 2 апреля 1955 года в Рио-де-Жанейро.

Начал заниматься вопросами международной экономики с начала 1980-х. Его карьера стартовала с должности экономического исследователя в фонде Жетулиу Варгаса.

Позже перешел на работу в правительство Бразилии на должность заместителя министра по экономическим вопросам в министерстве планирования (1985–1986) и советника министра финансов по вопросам внешнего долга (1986–1987).

Также он возглавлял центр валютных и международных экономических исследований в фонде Варгаса в Рио-де-Жанейро (1986–1989). С начала 90-х по 2007 год был профессором экономики в Университете Варгаса в Сан-Паулу.

С апреля 2007-го начал работать исполнительным директором в международном валютном фонде (МВФ) от Аргентины и ряда стран Латинской Америки. В июне 2015-го оставил пост и перешел в Новый банк развития в Шанхае, который был создан в том числе по его инициативе. Здесь он проработал до 2017 года в качестве вице-президента.

Автор 7 книг, посвященных проблемам международной финансовой системы. Последняя книга — Estilhaços («Осколки»).

Участник заседаний клуба «Валдай» в течение последних трех лет с участием президента России Владимира Путина.

По меньшей мере со времен первой администрации Трампа, а возможно, и раньше Китай осознал, что стратегия «скрывать силу и выжидать время» больше не является жизнеспособной. Китай стал слишком велик, даже превзойдя Соединенные Штаты в экономическом отношении (если сравнивать ВВП, рассчитанный по паритету покупательной способности) и в международной торговле (Китай стал главным торговым партнером для большинства стран мира). Быстрое развитие вызвало зависть и подозрения. Страна стала объектом интриг, дипломатических маневров и санкций.

Но Китай не отказался от своей стратегической осторожности. Китайцы по-прежнему избегают конфликта, когда это возможно. Осмотрительность в словах и действиях сохраняется даже тогда, когда страна подвергается нападкам или сталкивается с систематической враждебностью. Посреди потрясений китайцы сохраняют свой традиционный стиль реагирования на стратегические вызовы, который Генри Киссинджер в своей известной книге «О Китае» (On China) описал как сочетание тщательного анализа, аккуратной подготовки и внимания к психологическим и политическим факторам.

Частью китайской подготовки, которая, как оказалось, стала решающей в 2026 году, было создание стратегических нефтяных резервов. Благодаря этому Китай сравнительно мало страдает от ценового шока на нефть, вызванного войной с Ираном. Валютные резервы страны также огромны и теперь в меньшей степени подвержены конфискациям и санкциям. Значительная часть этих международных резервов скрыта: они были переведены Центральным банком в коммерческие и другие государственные банки. Эти государственные банки также покупают иностранную валюту на валютном рынке в координации с Центральным банком, чтобы избежать нежелательного укрепления национальной валюты. Кроме того, Китай начал создавать трансграничные платежные системы как альтернативу системам, контролируемым Западом, которые использовались для наказания и санкционирования стран, считающихся враждебными. Использование юаня в международных расчетах Китая также возросло. Так, почти 100% торговли между Россией и Китаем в настоящее время осуществляется в рублях и юанях.

«При Си Цзиньпине Китай предстает как соперник, умеющий защищаться с большой эффективностью и, более того, прекрасно знающий уязвимости сверхдержавы США, а также ее союзников и сателлитов» «При Си Цзиньпине Китай предстает как соперник, умеющий защищаться с большой эффективностью и, более того, прекрасно знающий уязвимости сверхдержавы США, а также ее союзников и сателлитов» Фото: © Daniel Torok/White House / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com

Возвышение Китая будет все более конфликтным

Таким образом, как стало очевидно, Китай оказался хорошо подготовлен, чтобы выдержать бурю, развязанную администрацией Трампа во время его второго срока. Трамп ударил в полную силу, еще более радикально используя инструменты, уже применявшиеся против Китая в его первый срок. Однако он столкнулся с противником, который был более готов к борьбе и более способен выдерживать международные столкновения. При Си Цзиньпине Китай предстает как соперник, умеющий защищаться с большой эффективностью и, более того, прекрасно знающий уязвимости сверхдержавы США, а также ее союзников и сателлитов. Китай не только знает об этих уязвимостях, но и готов использовать их всякий раз, когда подвергается атаке со стороны США или других стран.

Китай берет верх в этом противостоянии с Соединенными Штатами не только благодаря своим качествам и сильным сторонам, но и из-за ошибок противника. США, переоценивая собственную силу, одновременно открыли фронты конфликта с Россией, Китаем и Ираном, способствовав формированию прочного союза между этими тремя странами. И что еще хуже: они проигрывают на всех трех направлениях. Война против Ирана, в частности, по-видимому, станет вехой. Оглядываясь назад, как отмечали многие, она может оказаться предвестником конца Американской империи.

Китай не только придерживается последовательных стратегий, но и умеет тактически маневрировать, извлекая выгоду из ошибок противников. Китайцы следуют максиме, приписываемой Наполеону Бонапарту: «Никогда не мешайте противнику, когда он совершает ошибку». Похоже, нет надежных доказательств того, что Наполеон действительно произносил или писал это, но эта апокрифическая западная максима полностью согласуется с классической китайской военной мыслью, особенно в ее выражении у Сунь-цзы в «Искусстве войны», в том числе, например, во фразе, вынесенной в эпиграф к этой статье.

Китай меняется, развивается, приспосабливается к возникающим вызовам, но в то же время сохраняет свои философские традиции и древнюю культуру. Он не отказывается ни от Конфуция, ни от Мао Цзэдуна. Он не цепляется бездумно за прошлое, но и не отрекается от своих корней.

Можно ожидать, что его возвышение — уже не мирное, а все более конфликтное — будет продолжаться без перерыва.