Название громкое и почти дословное: Izakaya Bereg — это, стало быть, «идзакая-бар в ЖК «Берег». Первое слово — обозначение конкретного японского формата: рюмочная-закусочная. Второе — уточнение локации. По логике формата у казанского «Берега» на первом этаже жилого комплекса должна была появиться скромная соседская закусочная с 10 столиками и меню в один лист, но появилось 40 с лишним позиций роллов, стейк рибай за 3,5 тыс. рублей, утка по-пекински, коктейли по пяти вкусовым осям и клубная атмосфера. В том, что из этого получилось, разбиралась корреспондент «БИЗНЕС Online».
Izakaya Bereg — проект холдинга Food Pictures, за которым стоят Артур Нуруллин и Рустем Идиятуллин
Кто это такая, ваша идзакая?
В японском образе жизни алкоголь — обязательный элемент любых переговоров и принятия решений. «После рабочего дня японские предприниматели, чиновники и политики почти каждый вечер ходят по злачным местам с клиентами и партнерами. Компания гуляк обычно формируется в „идзакая“ — одной из непритязательных забегаловок, расположенных по соседству с офисами. Расплачивается всегда кто-то один. Потом каждый по очереди приглашает собутыльников в следующее заведение, которое по традиции должно быть дороже предыдущего. За вечер стараются пройти как можно больше таких ступеней восхождения, именуемого „хасиго“, „лестница“», — вспоминает известный публицист и востоковед Всеволод Овчинников, добавляя, что японские компании тратят на эти, будем считать, представительские цели столько же, сколько государство — на оборону. А среди многочисленных баров, ресторанов и кабаре самыми популярными остаются бары идзакая, суть которых — много-много тарелок с закусками на компанию под алкоголь.
Российские рестораторы концепцию переняли несколько лет назад, но дружно ее переосмыслили, превратив в стильные и недешевые гастрономические проекты. В Казани в этом ряду стоят, например, Sakura в пятизвездочном отеле Kazan Palace by Tasigo с терракотовыми воинами у входа, золотыми клетками под потолком и концепцией «дороги специй» от Японии до Ближнего Востока. Летом 2021-го Аделя Зиганшина открывает в ЖК Vincent на Столбова проект Zuka с прямой ссылкой на московские Lucky и Koji, еще через год эстафету подхватывает «Берег» на Меридианной.
Российская Япония в ресторанах началась в 1980 году в Москве. Тогда к Олимпиаде открыли «Сакуру» — первый в СССР ресторан японской кухни, работавший при советско-японском совместном предприятии и обслуживавший иностранных дипломатов и партийную элиту. Для обычного москвича это заведение существовало на правах слуха. В 1991-м японский ресторан появляется в Хабаровске — уже по логике географии, Дальний Восток к японской еде был просто ближе. Настоящий бум приходит на рубеже нулевых, когда суши и роллы становятся массовым продуктом: «Якитория» и «Планета Суши» в 1999-м, «Тануки» Александра Орлова в 2004-м — сеть, которая, собственно, и научила страну есть «Филадельфию» в торговых центрах.
Параллельно с массовкой идет другая линия — мастодонт Александр Раппопорт открывает в 2002-м «Имбирь», один из первых паназиатских проектов, где под одной крышей уживались Китай, Таиланд, Япония и Вьетнам, потому что для москвича начала нулевых все это по-прежнему считалось одной большой географической категорией «где-то с васаби». Спустя 12 лет он же открывает «Китайскую грамоту» — уже узкую кантонскую историю с шефом из Гуанчжоу. Это и была точка, с которой российский рынок начал раскладывать пазл на составные части.
Дальше начинается детализация внутри самой японской ниши. В сентябре 2017 года ресторатор Денис Иванов запускает на Смоленской площади KU: — рамен-идзакая-бар, для чего специально привозит из Токио машину для лапши, японского мастера Такахаси Мицуо и делает концепт-шефом собственную жену-японку Чизуко Сираяму. В ноябре 2018-го на Большой Никитской открывается Lucky Izakaya Bar с позиционированием «традиционный японский ресторан на каждый день». В декабре 2020-го Lucky Group добавляет к нему модный Koji. Наконец, в ноябре 2023-го Борис Зарьков и Владимир Мухин открывают Ikura — идзакая, скрещенную с перуанской кухней никкей.
Izakaya Bereg — проект холдинга Food Pictures, за которым стоят Артур Нуруллин и Рустем Идиятуллин. Нуруллин одним из первых в Татарстане начал поставлять кальяны в местные заведения, стал соучредителем Smoky People и уже оттуда — через юрлицо ООО «Рестораны Казани» — зашел в паназию. Управляющими партнерами проекта стали Тимур и Ольга Хайрутдиновы, теперь владельцы сети Olio, ресторанов «Энием», «Гречанка» и бистро Sea Salt.
Izakaya Bereg занимает часть первого этажа одноименного ЖК на Меридианной
Расположение
Izakaya Bereg занимает часть первого этажа одноименного ЖК на Меридианной — жилого комплекса, который за последние годы превратился в отдельный гастрономический кластер Ново-Савиновского района. На небольшой площади соседствует примерно 10 проектов совершенно разного калибра: средней пафосности 1st Gallery, «Смородина», антикафе «Баклажан», паназиатский Kuji. Недавно к ним добавилось корейское заведение Chicken Soju Bar by Hot Pot от Айрата Гарипова — на месте закрывшейся «Раменной».
С парковкой вопросов нет: муниципальных мест вокруг ЖК всегда хватает. Если свободных мест прямо напротив входа в обед не окажется, можно спокойно оставить машину параллельно улице Абсалямова.
Атмосфера меняется с ресторанной на почти клубную, и музыка соответствующая
Оформление
Интерьер визуально распадается на две зоны, два настроения, два вайба. «Вот эти люди у окна, они же сейчас не с нами вообще, не в одной комнате», — шутит одна из посетительниц — и оказывается абсолютно права. Несколько столиков у панорамных окон залиты естественным светом и отгорожены от остального мира сухим деревом, растущим из камня. Причудливое хитросплетение безжизненных веток — печальное очарование вещей — это самый точный японский символ, который только может быть. Во всяком случае, куда точнее красного дракона, как будто наспех запихнутого на шкаф…
Музыка умеренно громкая, чтобы спокойно разговаривать и не слышать при этом соседей
Чем глубже к кухне, тем сильнее меняется тональность интерьера. Свет становится приглушенным, стены в вертикальную рейку излучают красное неоновое свечение, словно все вокруг один гигантский китайский (японский?) фонарик. Атмосфера меняется с ресторанной на почти клубную, и музыка соответствующая. Умеренно громкая, чтобы спокойно разговаривать и не слышать при этом соседей.
Столы рассчитаны на самые разные компании, отделены друг от друга луноликими ширмами
Зонирование сделано хорошо, столы рассчитаны на самые разные компании, отделены друг от друга то луноликими ширмами, то метелками сухой декоративной травы, то монументальной центральной композицией — то ли тории, то ли пагода, то ли дворец императора с мятыми металлическими вставками… По стенам в уборной и на входе плывут неизбежные карпы кои. Есть ощущение, что этот набор из мятого золота, карпов, реек и неона мы уже видели в 2010-х, но вместе с тем интерьер не выглядит архаичным, скорее каким-то универсальным, что ли: такой азиатский бар легко визуализируется в любой стране мира версии 2026 года.
По стенам в уборной и на входе плывут неизбежные карпы кои
За барной стойкой открытая кухня, где крутят роллы, аккуратная, без грязных тряпок и прочего технического непотребства — отдельный респект.
Кухня
За меню отвечает бренд-шеф Максим Кузитенко. У него в багаже профильное образование (чем гордится заведение в своих соцсетях), финал чемпионата России по поварскому искусству, стажировка в сингапурском ресторане Rise, расположенном на первом этаже Marina Bay Sands, знаменитого 5-звездочного гостинично-развлекательного комплекса, известном широчайшим интернациональным меню. Там японские сашими соседствуют с тайским карри, дим-самы — с итальянской пастой, роллы — с индийской масала-дозой.
Роллы Тенно Хонго
Меню на Меридианной эту идею отчасти повторяет. Роллы и суши на 30 с лишним позиций, отдельный блок Nikkei (в честь японских эмигрантов, которые, оказавшись в Перу, пытались готовить привычные блюда из тех ингредиентов, которые нашли), утка по-пекински, фо бо, том ям, рамен, кимчи, битые огурцы, стейк рибай перечный унаги за 3,5 тыс. рублей и язык ягненка с пюре. Плюс моти рядом с медовиком. Отдельная история — бар. Коктейли собраны по пяти вкусовым осям: sour, sweet, salty, bitter, umami, есть отдельная линейка «классические коктейли с частичкой Азии» и безалкогольные версии авторских, что для Казани, где немалая часть аудитории не пьет, ход разумный.
Наш заказ выглядел так:
Роллы Izakaya — 1 490 рублей;
Роллы Тенно Хонго — 1 490 рублей;
Романо гриль, щупальца кальмара, ореховый вафу — 850 рублей;
Язык ягненка, трюфельное пюре — 850 рублей;
Чай тимьян, айва, груша — 650 рублей.
Средний чек — 2,5 тыс. рублей на человека
Не заказать роллы после рекомендации официантки, заверившей, что именно за ними специально приезжают, было сложно. Роллы Тенно Хонго относятся к линейке Nikkei — направлению японско-перуанской кухни, где японские техники сочетаются порой с неожиданными вкусами. Конкретно эти никаким экстремизмом не отличаются, разве что толстые кусочки угря на них символически опаливают из горелки прямо перед гостем, после чего поливают вязким соусом унаги. Роллы обжигают прямо перед гостем. Внутри довольно много камчатского краба — или так кажется, потому что сами роллы на редкость мелкие. Зато их 8, а не пять, как в фирменных. К авокадо претензий нет.
Роллы Izakaya
Фирменные роллы Izakaya за те же 1,5 тыс. рублей оказались куда скромнее: в порции всего пять штук, но уже привычного размера. Сверху лосось, посыпанный несколькими кубиками сырого тунца, внутри — в основном креветка в панировке (внезапно), которую оттеняет авокадо с крабом в микродозинге. Суховато, по соотношению «цена – вкус» тоже сомнительно.
Язык ягненка с трюфельным пюре
Язык ягненка с трюфельным пюре — самое демократичное горячее блюдо в меню. Сам язык получился предельно бараньим: характерный вкус выражен настолько ярко, что послевкусие превращается в заметную горечь, доедать не хотелось вообще. Зато трюфельное пюре — безоговорочная удача. Воздушное, нежное и с деликатным трюфельным ароматом.
Салат с романо гриль, щупальцами кальмара и ореховым вафу
Салат с романо гриль, щупальцами кальмара и ореховым вафу вызывает скорее исследовательский интерес. На тарелке, оплетенной керамическим осьминогом небесно-голубого оттенка, лежит полкочана романо с несколькими темными пятнами — это он не подгнил, это следы гриля. Кальмары — маленькие (и это плюс), не резиновые, с легкой характерной горчинкой, но главное в этом всем — соусы. Заправлен салат сразу двумя японскими соусами: густым кунжутным гомадаре, который традиционно подают к мясу и салатам, и более легким вафу на основе соевого соуса и цитрусовых.
Вообще складывается такое ощущение, что вся кухня построена на соусах. Они классные, спору нет, но нет той чистоты вкуса, которую берегут японские повара. Роллы? Угорь залит унаги, рис — уксусом (так должно быть, без паники), все это предполагается еще макнуть в соевый соус… Угорь, выходит, лишний.
Пока делается заказ, приносят микропиалы с газированным безалкогольным напитком, на вкус похожим на сладковатый травянистый чай. К нему — «похрустеть, пока ждете» — белковые сладкие слайсы из пасты мисо
Обслуживание
На комплименты с кухни не скупятся. Вместе с меню приносят микропиалы с газированным безалкогольным сладким чаем. Дальше «похрустеть, пока ждете» — белковые сладкие слайсы из пасты мисо (традиционная японская приправа из ферментированных соевых бобов, злаков и грибов) со сладким и кремовым соусом васаби. Все это подают на деревянной тарелке необычной формы с декоративными камушками внутри.
Официантка на редкость хороша. Знает меню безупречно, легко советует блюда, объясняет неочевидные позиции — от разницы между Nikkei-роллами и обычными до состава каждого из соусов. Мягкая, улыбчивая, внимательная, ненавязчивая — ведет себя так, как будто мы у нее в гостях и она даже рада нас видеть. И это прекрасно.
ХАРАКТЕРИСТИКА — МНЕНИЕ АВТОРА (МАКСИМУМ ✰✰✰)
КУХНЯ ✰✰
ИНТЕРЬЕР ✰✰✰
ОБСЛУЖИВАНИЕ ✰✰✰
Не является рекламой. Посещение ресторана полностью оплачено редакцией «БИЗНЕС Online».
Комментарии 2
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.