«В таком военизированном фрагментированном мире принципиально меняется базовая стратегия стран и компаний. Если раньше хорошо было встроиться в глобальные производственные торговые цепочки и на этом варить свою прибыль, теперь главное — удерживать в своей стране ключевые компетенции», — пересказывает тезисы из доклада «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством», озвученного на ПМЭФ, главный научный сотрудник Центрального экономико-математического института РАН Иван Грачев. В очередной статье эксперт объясняет, из-за чего Россия может потерять свой ядерный щит и почему искусственный интеллект — это общественный ресурс, доходами от которого надо делиться с народом.
«К Петербургскому международному экономическому форуму в этом году подготовлен затравочный, структурирующий дискуссию документ. В этот раз он называется «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством»
БРИКС ничего конкурирующего создать не может
Как и положено, к Петербургскому международному экономическому форуму (ПМЭФ) в этом году подготовлен затравочный, структурирующий дискуссию документ. В этот раз он называется «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством». Забегая чуть вперед, я интерпретирую так: он предсказывает неизбежное столкновение между фрагментированными частями мира (в моей логике между двумя полюсами) и сотрудничество в рамках своего фрагмента. Научными редакторами доклада обозначены Андрей Клепач — главный экономист ВЭБ.РФ и Александр Широв — директор института народнохозяйственного прогнозирования РАН. Материалы, которые мне присылает Широв, всегда качественные. Так что к документу «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством» я отношусь изначально как к профессиональному.
Позволю себе с точностью до незначительных деталей показать рисунок (ниже) из этого доклада. Изображение демонстрирует, как растет доля БРИКС (красная линия) начиная с 2010 года и как падает доля G7 (синяя линия), где главные — США. Из рисунка прямо следует, что если все пойдет так, как оно идет, по инерции, то доля «Большой семерки» будет потихоньку идти к нулю. Другие расчеты, не по паритету покупательской способности (ППС), могут сдвинуть точку пересечения, где доли БРИКС и G7, но принципиально картинка не поменяется. Вполне естественно, что такой вариант Соединенные Штаты устраивать не может. Это отмечается и в докладе «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством». Отсюда прогрессирующее стремление США изменить эту неблагоприятную динамику всеми средствами, включая военную силу.
Я писал, что по военному капиталу Штаты превосходят Китай примерно на два порядка. Соответственно, они акцентируют внимание на военном факторе, поскольку другие их козыри — технологическое лидерство и финансовое лидерство — не столь бесспорны. Некоторые эксперты уже оспаривают приоритет американцев в этих направлениях (хотя, на мой взгляд, они не объективны). В российском докладе в этом смысле справедливо отмечается, что доллар продолжает оставаться основной валютой мирового торгового оборота. В начале 2026 года аналитики оценивали долю доллара в мировом обороте в 40–50%. Юани же составляли от 3–3,5%. Разница огромная! Резервы большинство стран держит в долларах. На мой взгляд, в части оборота доллары будут доминировать дальше, и я добавил бы, что они гарантированно останутся основным «метром» финансовых измерений. БРИКС ничего конкурирующего создать пока не может, поскольку интересы Китая совершенно не совпадают с интересами России и Индии, которая держит резервы в основном в долларах.
При этом США действуют в логике неизбежной фрагментации мира. Они четко понимают, что будет их блок, где все будут от них зависеть, так что неизбежна борьба за ресурсы, логистику и финансы. Согласно докладу «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством», в экономической войне торговые таможенные барьеры охватили уже 20% импорта, что не привело к значимому торможению мирового экономического роста и мировой инфляции. Санкции, включая финансово-технологические, тоже не дали значимых результатов, а лишь увеличили транзакционные издержки, расходы на третьи страны.
«В докладе представлена ранжированная схема приоритетных отраслей: на 1-м месте — добыча полезных ископаемых, на 2-м — энергетика. На 3-м месте — сельское и лесное хозяйства, на 4-м — научно-исследовательские разработки»
Американцам удобно втягивать РФ в конвенциональную войну с Европой
Военный фактор, военные расходы выдвигаются на первый план. Это демонстрирует война на Ближнем Востоке. В упомянутом докладе на ПМЭФ отмечается, что это прежде всего антикитайская война. Эта точка зрения не самая модная, меня обычно за нее критиковали. В докладе с точностью до деталей формулировка аналогична моей. Разбираются разные аспекты этой войны, но, безусловно, она ведет к снижению добычи нефти и газа в достаточно длинных временных интервалах. Причем длительность их зависит от различных сценариев, и они в докладе разбираются. Не буду вдаваться в детальный их анализ, но интересно, что по первому из них война на Ближнем Востоке длится не больше трех месяцев. Тогда Россия получит в 2026 году доход больше на $74 миллиарда. По второму сценарию конфликт длится около 12 месяцев (думаю, в импульсном режиме и дольше), тогда РФ получит дополнительно $154 млрд, что близко к моим оценкам.
В таком военизированном фрагментированном мире принципиально меняется базовая стратегия стран и компаний. Если раньше хорошо было встроиться в глобальные производственные торговые цепочки и на этом варить свою прибыль, теперь главное — способность удерживать в своей стране ключевые компетенции или в гарантированно дружественном технологическом контуре. Хотел бы добавить, что в этом самом дружественном контуре, безусловно, должны быть использованы все ключевые ресурсы, в первую очередь энергетические.
Во фрагментированном мире, где акцент ставится на ключевые компетенции, ключевые ресурсы, локомотивные отрасли могут меняться. В докладе ПМЭФ представлена ранжированная схема приоритетных отраслей. Авторы упоминают, что составляли ее с учетом мнения компаний (видимо, прежде всего отечественного крупняка, а также представителей компаний стран, приехавших на форум). В этом ранжированном списке на 1-м месте добыча полезных ископаемых, на 2-м — энергетика, включая, вероятно, атомную. На 3-м месте — сельское и лесное хозяйства, на 4-м — научно-исследовательские разработки. Дальше перечислять не стану, уже с первых позиций этот взвешенный ранжированный список наполовину не совпадает с моим перечнем.
На мой взгляд, в докладе есть скрытое противоречие, с которого начинаются расхождения с моим вариантом. Авторы доклада признают значимость военного фактора, а также то, что военная сила обязательно будет использоваться Штатами при переделе мира. Тем не менее не предлагается скорректировать экономическую стратегию нашей страны. Казалось бы: признали, что так будет, значит, что-то должно и в экономической стратегии поменяться. Но на сегодня единственная причина, по которой США опасаются России и не втянулись ни в какую прямую конфронтацию, — превосходство нашей стороны в ядерном оружии. Штаты, что абсолютно логично, стараются максимально дистанцироваться, чтобы ненароком не случилось обмена ядерными ударами. Американцам удобно воевать не с нами, а втягивать РФ в конвенциональную войну с Европой.
«На неделе президент Владимир Путин упоминал, что СВО близится к завершению»
СВО закончится в период с августа 2026-го по февраль 2027 года
На неделе президент Владимир Путин упоминал, что СВО близится к завершению. Кирилл Буданов* же, глава офиса Владимира Зеленского, заявлял, что президент Украины требует ее завершения до декабря. Уехавший в США российский аналитик Петр Турчин, который занимается моделированием исторических процессов, еще в 2023 году, используя дифференциальные уравнения, рассчитал, что в этом военном конфликте лимитирующим фактором являются люди и что в результате, имея оценки потерь из разных источников, он делает заключение, что СВО закончится в период с августа 2026 по февраль 2027 года. На форуме Путин еще раз зафиксировал в качестве лимитирующего фактора число солдат на поле боя и дал оценки его отрицательной динамике для ВСУ. Если читателям будет интересно, я эти оценки в модифицированном варианте воспроизведу. Думаю, руководство нашей страны не собирается втягиваться в войну на истощение с Европой.
Превосходство в ядерном оружии, из-за которого Штаты не нападают на Россию, в принципе может быть обнулено, если тысячи спутников, которые предприниматель Илон Маск способен запустить, будут иметь атакующее оружие, оружие первого обезоруживающего удара. Сегодня это, к сожалению, вполне реально. Если помимо таких спутников с оружием у США будет еще и лунная база, наша страна потеряет свой ядерный щит. Отсюда следует, что космическая, или, более широко, аэрокосмическая отрасль, безусловно, должна быть первой или второй по приоритету. Я ее ставлю на второе место после энергетики. Почему компании никогда не поставят аэрокосмическую отрасль на первое место в своем ранжированном списке? В России очень маленький рынок в части реализации продуктов космической отрасли, авиастроительных услуг. Затраты никогда не окупятся. Любая компания, которая хорошо считает деньги, это поймет.
В этом плане меня обрадовала опубликованная 3 июня серия статей в Eurasian Times о возможностях сотрудничества России и Индии, в частности упоминалась перспектива совместного производства и экспорта в третьи страны истребителя Су-57. Причем говорится, что прошла испытания двухместная версия самолета, которую хочет себе приобрести Индия. Также обсуждаются возможности сотрудничества в производстве малозаметного истребителя Су-75, а также двух-трех гражданских воздушных кораблей, которые Россия вот-вот сертифицирует как полностью свои, забрав все компетенции в дружественный контур. Если Индия в этом плане становится соисполнителем, то авиастроительные производства в нашей стране станут выгодными.
На форуме директор Индийского информационного агентства Виджай Джоши спросил о возможности сотрудничества по зенитно-ракетному комплексу С-400, истребителю Су-57 и атомным подводным лодкам. Путин довольно подробно изложил варианты сотрудничества по ПВО и самолета и резюмировал: сотрудничество с Индией идет без ограничений. Вторая значимая тема, которая совсем не отражена в докладе «Мир-2026: между столкновением и сотрудничеством» и, вероятно, не будет обсуждаться, касается сотрудничества и конкуренции в этом самом дружественном контуре, где мы будем иметь дела с экономиками нэповского типа, которые целенаправленно строят Китай, Вьетнам и, по большому счету, Индия.
«Цифровой разум выкинет часть людей с рабочих мест, а чтобы это не вызвало потрясений, основатель SpaceX считает, что частью доходов с ИИ надо поделиться»
Доходами от ИИ надо делиться с народом
В России же элементы такой экономики формируются не целенаправленно, а стихийно, отчасти в результате СВО. Главнейшим условием эффективной работы такой экономики, необходимой для сотрудничества и конкуренции в рамках дружественного контура, является жесткая регламентация в рамках законодательства совместной и раздельной работы частной и государственной собственности. Грубо говоря, при неправильном перемешивании этих видов собственности гибридная экономика суммирует все худшее, что есть в плановой и рыночной экономиках.
Дискуссий на эту тему нет на Петербургском форуме и в принципе нет в стране. Тем не менее я счел возможным упомянуть ее. Она очень важна. На эту тему в New York Times 1 июня вышла статья политика Берни Сандерса, который возглавлял штат Вермонт. Его нередко называют социалистом. Название одной из статей можно перевести так: «Искусственный интеллект — это общественный ресурс. Отдайте половину доходов». Автор утверждает, что его понимание ИИ разделяют глава американской технологической компании, специализирующейся на разработке систем ИИ, Anthropic Дарио Амодеи и Маск. Причем у последнего свои резоны — он предлагает поделиться, чтобы безработные заткнулись. Потому что цифровой разум выкинет часть людей с рабочих мест, а чтобы это не вызвало потрясений, основатель SpaceX считает, что частью доходов с ИИ надо поделиться.
В статье приводятся примеры обычной, не интеллектуальной собственности — нефтяной, газовой, говорится о Норвегии и Аляске, где часть доходов с такой собственности автоматически идет государству. Логика автора статьи такая: компании-создатели ИИ захапали знания людей, а знания — общественное богатство, значит, в собственности компаний есть общая доля. Надо делиться! Сандерс предлагает законопроект, описывающий, какая доля будет принадлежать государству и как оно с этой долей будет работать.
Я его логику в целом разделяю. Должен быть порядок в этом вопросе: что частное, что государственное, какую долю берет государство и как ею распоряжается. Если ты использовал общественную собственность, то в прибыли с нее уже заложена доля общества. В принципе эта частная дискуссия в каком-то варианте позволяет вернуться к глобальной проблеме гибридных экономик, проблеме оптимального взаимодействия хаоса и порядка, частной и государственной собственности и оптимальной регламентации этого взаимодействия.
* внесен Росфинмониторингом в реестр организаций и физлиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму
Комментарии 6
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.