«Выглядит апокалиптично»: как исраф в сельском хозяйстве ведет к пустыне вместо моря

Исламская экономика, напоминают организаторы, начинается не с банков и не с сукука («исламские облигации»). Она начинается с запрета на исраф — расточительство Фото: «БИЗНЕС Online»

«Выглядит это, поверьте, очень апокалиптично»

«Мы наблюдали очень много ошибок еще со времен неолита, первой аграрной революции. Некорректное использование природы приводило к чудовищным результатам», — такими словам гендиректор ГК «Азот» Всеволод Бебутов накануне открыл сессию «Запрет расточительства как основа экономики. Земля как инвестиция в будущее», которая прошла в «Казань Экспо» в рамках KazanForum 2026.

Почему эту тему вынесли на форум? Исламская экономика, напоминают организаторы, начинается не с банков и не с сукука («исламские облигации»). Она начинается с запрета на исраф — расточительство. Не тратить лишнего, не перерасходовать ресурсы, не брать от земли больше, чем она может дать. Этот принцип сегодня становится не только этической нормой, но и жесткой экономической необходимостью. Мол, земля перестала быть просто активом, а стала долгосрочной инвестицией.

Бебутов привел в пример картофельный голод в Ирландии в 1845–1849 годах, когда грибковая инфекция полностью уничтожила урожай корнеплода. При этом крестьяне были обязаны платить высокую ренту британским лендлордам, из-за чего зерно и скот вывозились, а население голодало. Это привело к гибели более 1 млн ирландцев. Другой кейс — серия катастрофических пыльных бурь, происходивших в прериях США в XX веке. «В результате интенсивного земледелия и необходимости постоянно выращивать пшеницу фермеры бросали землю, что приводило к засухе, и, когда началась пыльная буря, 2,5 миллиона человек были вынуждены покинуть эти места», — продолжил спикер экскурс в историю.

Относительно недавний случай — катастрофа Аральского моря. В 60-х годах прошлого столетия в Советском Союзе было принято решение о развитии хлопка в Узбекистане. Для орошения полей использовались реки Амударья и Сырдарья, что привело к исчезновению моря и изменению полностью всей экономики региона. «До сих пор на том месте можно увидеть огромные рыбацкие корабли, которые лежат в пустыне. Выглядит это, поверьте, очень апокалиптично», — устрашал модератор.

Дмитрий Макаров: «Как только люди начинают получать больший доход, они больше едят мяса, меньше — зерновых продуктов. К чему это приводит? К росту производства мяса, яиц и аквакультуры. Соответственно, растет потребность в кормах» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Произошел глобальный сбой»

Подробнее о вызовах сегодняшнего дня рассказал генеральный директор татарстанского АО «Аммоний» (производит удобрения) Дмитрий Макаров. Во-первых, это демографическая трансформация. В развитых странах рост населения замедляется. Основной прирост населения и будущего продовольственного спроса приходится на Южную и Юго-Восточную Азию, а также Африку. Перераспределение продукции произойдет именно в эти регионы.

Во-вторых, очевиден тренд на урбанизацию. По оценке ООН, к 2050 году 68% населения мира будет жить в городах. Это означает более высокий спрос на переработанные продукты, стабильную логистику и стандартизированное снабжение. «Кроме того, как только люди начинают получать больший доход, они больше едят мяса, меньше — зерновых продуктов. К чему это приводит? К росту производства мяса, яиц и аквакультуры. Соответственно, растет потребность в кормах. Потребность в первичной продукции растениеводства только возрастает», — говорил Макаров.

Все это усугубляется тем, что изменяется климат, он становится слишком волатильным. Идет деградация почв, и явно намечается дефицит воды. На все это наложился непредвиденный фактор — перекрытие Ормузского пролива на фоне ближневосточного конфликта. «Небольшой, казалось бы, катаклизм с точки зрения обывателя привел к тому, что произошел глобальный сбой. Конечно, есть инерционность системы. Я имею в виду склады, которые есть по продуктам питания, минеральным удобрениям, ГСМ, средствам для производства энергии. Но эти резервы выбираются очень быстро, и последствия могут быть непредсказуемы», — тревожился топ-менеджер.

Конфликт вокруг Ирана и возможные перебои поставок через Ормузский пролив могут спровоцировать новый глобальный кризис на рынке удобрений и продовольствия, писали «Ведомости» со ссылкой на исследование «Росконгресса». Энергетические кризисы запускают повторяющийся сценарий: рост цен на энергию останавливает часть азотных мощностей, страны вводят экспортные ограничения, удобрения дорожают быстрее зерна, а фермеры сокращают внесение удобрений и посевы. В результате снижается урожайность и растут риски дефицита продовольствия. При этом мировые цены на карбамид в марте 2026 года выросли на 54% по сравнению с февралем, отчитывался недавно гендиректор ТНХИ-Х Рафинат Яруллин.

«Экстенсивно развиваться сельскому хозяйству нельзя. Есть системные ограничения, их нужно учитывать и работать над эффективностью всей отрасли, эффективно использовать ресурсы, больше производить продукции с 1 гектара, при этом не ухудшая состояние почвы», — обозначил Макаров.

Как этот вызов отразился на татарстанском производителе удобрений? По словам топ-менеджера, если раньше «Аммоний» производил только commodity (карбамид и аммиачная селитра), то со временем поняли, что нужно идти в специализированные ниши. В первую очередь это карбамидно-аммиачная смесь (КАС). «Это продукт на водной основе, который требует некоторого изменения технологий, но при этом позволяет получать более гарантированные результаты. Также работаем над КАС с различными добавками, микроэлементами. Рассматриваем серу. Мы считаем, что КАС займет серьезную долю в системе питания растений наших сельхозтоваропроизводителей», — выразил уверенность докладчик.

«Сельхозтоваропроизводителям непросто. Отрасль действительно сложная, непростая ситуация с рентабельностью, связанная с большим количеством факторов» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Торговая сделка — это всегда проще, чем кредит»

Как кредитные организации относятся к финансированию аграрного сектора, который переживает не лучшие времена? От банковского сообщества отвечать на этот вопрос вызвался руководитель дирекции физической торговли базовыми металлами ВТБ Лука Каширин.

«Сельхозтоваропроизводителям непросто. Отрасль действительно сложная, непростая ситуация с рентабельностью, связанная с большим количеством факторов», — отметил Каширин. Это и высокие кредитные ставки, и колебания курса рубля, и невысокая рентабельность экспорта. Поэтому банк начал напрямую работать с товарами и цепочками поставок между аграриями, их потребителями и поставщиками. «Торговая сделка — это всегда проще, чем кредит», — объяснял спикер.

Каширин привел два примера. Первый — финансирование будущих урожаев. Банк научился выкупать пшеницу на элеваторах, выстраивать системы мониторинга качества и количества, а затем реализовывать продукцию конечному потребителю. Это позволяет снять с сельхозпроизводителя финансовую нагрузку в тот момент, когда товар находится на складе, особенно если нужно дождаться более высокой цены из-за сезонности.

Второй кейс — недавно закрытая сделка по финансированию поставок удобрений. Банк выкупил товар у производителя удобрений с последующей перепродажей аграриям. Как подчеркнул Каширин, это новинка для рынка: банк не просто организовал торговую сделку, но и зарегистрировался во всех необходимых государственных системах, включая «Сатурн».

Для чего банк сам начинает играть на рынках, которые традиционно занимают представители аграрного рынка, и тем более как все это помогает бороться с расточительством, вопрос открытый.