Камиль Исхаков: «Пусть папа на том свете радуется – его дело живет и процветает»

Вечер памяти Шамиля Исхакова прошел в медресе «Шамиль», где собралась семья Исхаковых

«Әтием был для нас примером»

«Әтием (отец) был для нас примером. Когда мы росли, вовсю гремел атеизм: мечети и церкви разрушали, шла атеистическая пропаганда. Несмотря ни на что, папа ни на шаг не отступил от ислама: с двоюродным братом Габдрауфом-абый придерживались религии, в складчину с друзьями выкупил старый дом для моления. Тогда никто и не думал, что можно будет строить мечети», — начал многолетний глава Казани Камиль Исхаков вечер памяти в честь своего отца Шамиля Исхакова — основателя (1999) и первого имама столичной мечети «Казан нуры». Его не стало 6 февраля 2011-го на 87-м году жизни.

Мероприятие прошло в медресе «Шамиль», где собралась семья Исхаковых, в том числе дочь Камиля Шамильевича Тереза Камалова, его брат и сестра Габдрашид Исхаков и Рашида Бахтиярова, а также прихожане мечети. Их род известен своей глубокой религиозностью и духовными традициями, даже говорят, что он восходит к пророку Мухаммаду Они родственники известной проповедницы Рашиды Исхаковой, чей сын Гусман Исхаков с 1998 по 2011 год занимал пост муфтия Татарстана, а двоюродный брат Шамиля хазрата Габдрауф Зиннатуллин был первым имамом Азимовской мечети. По словам Камиля Шамильевича, отец воспитывался в духе ислама и старался привить любовь к религии своим детям. Будучи при смерти, он завещал ему продолжить его дело, сейчас Исхаков — председатель совета махалли «Казан нуры».

Тереза Камалова (слева)

«Знания по основам ислама мы получили от отца, — вспоминает Камиль Шамильевич. — Когда прекратились религиозные притеснения, он задумал построить мечеть, которая теперь называется „Казан нуры“. Сейчас она вмещает по пятницам до 1,5 тысячи человек, а во время Ураза- и Курбан-байрама здесь собираются до 2–3 тысяч верующих».

Рашида Бахтиярова

Мероприятие прошло в традиционном формате коръән ашы — читается Коран и возносятся молитвы за упокой душ ушедших из этого мира. Старший сын покойного Габдрашид сообщил, что с этого года поминки проводят одновременно за маму Ильгамию Исхакову, скончавшуюся в 2017-м, и папу, покинувшего этот мир шестью годами ранее.

Мечеть «Казан нуры» вмещает по пятницам до 1,5 тысячи человек, а во время Ураза- и Курбан-байрама здесь собираются до 2–3 тысяч верующих»

«Трудные были времена, тяжелые, послевоенные. Помню, мне было лет 9–10, мы с мамой шли на трамвайную остановку, чтобы поехать в Соцгород. Там в магазине выдавали по килограмму сахара или муки на человека. Если мама меня взяла с собой, значит, мы могли взять 2 килограмма. Мама обо всех заботилась, всегда старалась накормить нас, — вспоминал он. — Папа тоже много трудился, не помню случая, чтобы он просто лежал на диване, да и дивана у нас не было. 7 лет мы строили дом, и, когда он уходил на работу, давал нам задание выпрямлять гвозди. Мы с Камилем то по пальцам молотком, то по гвоздю попадали. Я постоянно благодарю папу, маму и Савинку (поселок Савиново — прим. ред.) за то, что мы получили трудовое воспитание, закалку и важные жизненные навыки».

Габдрашид и Камиль Исхаковы

Дуа совершил имам-хатыб мечети «Казан нуры» Алмаз Мухлисов. В своей проповеди он вспоминал основателя мечети, отмечая, что и после смерти Шамиля Абдулловича Всевышний награждает его. «В исламе есть такое понятие, как „садака джария“ (пожертвование, которое непрерывно приносит пользу и награду своему дарителю даже после его смерти, — прим. ред.). Здание, в котором мы сейчас находимся, — медресе — является именно таким пожертвованием. Шамиль-абый начал его строительство, сын завершил, и, пока здесь учатся люди, награда от Всевышнего будет идти ему», — сказал Алмаз хазрат.

Дуа совершил имам-хатыб мечети «Казан нуры» Алмаз Мухлисов

«Вот приходят порой к нам в мечеть, садаку приносят и говорят: «Не знаю татарского языка, можно по-русски?»

Шамиль Абдуллович родился 15 апреля 1924 года в деревне Епанчино Арского кантона ТАССР, ныне Атнинский район. С детства был воспитан в духе ислама — его дед и отец были указными муллами. Вплоть до выхода на пенсию обучался у известных татарских богословов второй половины XX века, таких как Ахматзаки Сафиуллин (наставник верховного муфтия РФ Талгата Таджуддина), Габдельхабир Яруллин и других. Он был уникальной личностью, обладал феноменальной памятью (знал наизусть все телефоны), в уме перемножал двух- и трехзначные числа и даже упрекал за отсутствие такого навыка. «У тебя высшее образование, а ты без калькулятора ничего не можешь посчитать. Я, простой шофер, делаю это за считаные секунды», — говорил он с ухмылкой.

«В детстве, в 7-м классе, мечтал стать летчиком. Но в аэроклуб меня по состоянию здоровья не приняли. За многое благодарю маму. Она, как мне 8 лет исполнилось, всегда в месяц уразы будила меня на ночной обед. Младше меня на три года сестренка была — и она просыпалась. А с 10 лет я уже читал намаз. Когда работал водителем в педагогическом институте Казани, мне наш проректор как-то раз говорит: „Шамиль-абый, знаешь, что завтра ураза?“ А я ему отвечаю: „Знаю, я каждый год уразу держу“. Он очень удивился. Уразу держать трудно было в страду, когда я водителем работал. На улице жарко, в кабине машины жарко… А до 11 вечера ни крошки хлеба, ни глотка воды нельзя взять в рот», — рассказывал он в интервью «БИЗНЕС Online».

Камиль Шамильевич выступил на поминальном обеде на чистом татарском языке и рассказал много любопытных фактов из жизни семьи

Шамиль Абдуллович искренне заботился о сохранении татарского языка, считал, что дома необходимо только на нем разговаривать. «Вот приходят порой к нам в мечеть, садаку приносят и говорят: „Не знаю татарского языка, можно по-русски?“ Я сразу спрашиваю: „А кто у вас родители?“ — „Татары“. — „Почему тогда не владеете татарским языком?“ — „А мы в семье разговаривали по-русски…“ Был я у одного молодого человека на новоселье. Коран прочитал. Мужчина говорит: „Надо сыну имя дать“. Я спрашиваю: „Какое имя выбрал?“ — „Марсель“. — „Дорогой мой, говорю, не обижайся, но ты езжай во Францию и, пожалуйста, там называй сына Марселем“. Он со мной не согласился: это, дескать, татарское имя. Я пригласил его в мечеть, дал ему книгу татарских имен, в Санкт–Петербурге она вышла: смотри сам. Он там искал-искал имя Марсель — не нашел. Нос повесил и уехал», — вспоминал Шамиль хазрат в том же интервью.

Камиль Шамильевич выступил на поминальном обеде на чистом татарском языке и рассказал много любопытных фактов из жизни семьи. По его словам, жизнь родителей была непростой: дед со стороны матери был репрессирован, много пришлось пережить испытаний; мама во время войны трудилась фрезеровщиком на авиационном заводе буквально за пайку хлеба.

«Она часто вспоминала, что, когда из цеха вылетал Пе-2, они радовались приближению победы. Мама была невероятно трудолюбивой: делала все, чтобы облегчить нашу жизнь. Хорошо шила, продавала одежду на базаре, выращивала редиску на огороде для продажи. Мы копали огород, пололи сорняки, поливали и доставляли на рынок. Помню, она сшила мне новую телогрейку — такую красивую, синюю. А я, возвращаясь весной из школы, упал в лужу и плакал. Мы с ребятами побежали к колонке, пытались отмыть грязь, но вода быстро замерзала. Тяжелое было время — одежду не выбросишь, да и родители бы не разрешили», — вспоминает Исхаков.

С середины недели в «Казан нуры» проходят таравих-намазы, на которых совершается хатм Корана — полное чтение священной книги от начала до конца

«Әтием мечтал построить медресе, и мы завершили его задумку»

Сначала семья жила в коммуналке на улице Островского. Потом Шамиль хазрат построил насыпной дом на Савинке. «Мы 7 лет строили дом, әтием привозил бракованный шлак, покупали цемент и 7 лет замешивали раствор в бадье и заливали стены дома. Каждую субботу и воскресенье приходили помогать родственники. На этих субботниках взрослые не только работали, но и пели под тальянку. Помню, когда родилась Рашида, меня оставили дома одного. В насыпном доме любят селиться крысы, которые активизировались. Я увидел их, схватил нож и закричал: „Попробуйте только тронуть мою сестренку — получите!“» — смеется Камиль Шамильевич.

Он также благодарил отца за трудовое воспитание и говорил, что для них большим праздником было погонять футбол на улице — остальное время посвящали труду. Дело отца сейчас продолжает его сын — будучи председателем совета махалли, он, как и родитель, не сидит на месте и занят большими проектами.

«Әтием мечтал построить медресе, и мы завершили его задумку. Сейчас в нем получают знания 1100 человек. В память об отце мы расширяем его — добавляется вторая очередь такого же объема. Почему это необходимо? Места уже не хватает, и мы хотим, чтобы к исламу пришло как можно больше народа. Пусть папа на том свете радуется — его дело живет и процветает. В планах есть и после праздников хотим построить пристрой под мечеть на тысячу молящихся. Просим у Аллаха сил, чтобы продолжить дело отца», — сказал глава мечети.

С наступлением Рамадана начались коллективные разговения. По словам Алмаза хазрата, ежедневно на них собираются более 550 человек. Ответственность за проведение ифтаров лежит на внуке Шамиля хазрата — Кариме и он с этим справляется на отлично. С середины недели в «Казан нуры» проходят таравих-намазы, на которых совершается хатм Корана — полное чтение священной книги от начала до конца. Его совершает хафиз Корана — 31-летний Абдулло Имод из Таджикистана. Знаток священной Книги наизусть отлично справляется, им довольны все прихожане.