«Что вы за народ такой?»: Эдуард Бояков вновь обратился к одной из лучших книг о Боге

Режиссер и продюсер Эдуард Бояков в центре

В одном ряду с Достоевским

На сцене московского Театра на Малой Ордынке, который осенью прошлого года возглавил известный режиссер и продюсер Эдуард Бояков, состоялись премьерные показы спектакля «Лавр». Это уже третья сценическая версия Боякова одноименного романа Евгения Водолазкина, лауреата множества литературных премий, вошедшего (по версии британского издания The Guardian) в десятку лучших книг о Боге в истории человечества наряду с «Братьями Карамазовыми» Федора Достоевского.

Действие философской эпопеи происходит в средневековой Руси. Она повествует о жизни травника Арсения, уроженца Белозерских краев, который еще в детстве остался сиротой. Сначала умерли от эпидемии чумы его родители, потом скончался любимый дед и знахарь Христофор, научивший его врачеванию. А в юношестве Арсений потерял возлюбленную Устину, которая умерла при родах вместе с их сыном. Особенно тяжело ему было осознавать, что их уход на его совести, ведь Устина предчувствовала беду, просила сходить на причастие и найти повивальную бабку. Но Арсений ее не послушал, испугавшись того, что всем станет известно его тайное сожительство во грехе.

Смерть же любимой стала настолько сильным потрясением для Арсения, что он всю оставшуюся жизнь посвятил искуплению юношеского греха. Лечил людей, странствовал, юродствовал, безропотно сносил лишения, побои, дошел до гроба Господня в Иерусалиме, а в конце своих дней принял схиму (высшую степень православного монашества) с именем Лавр, после чего поселился отшельником в каменной келье и умер святым. Перед смертью он завещал не церемониться со своим телом, привязать его за веревки и оттащить в болото.

Действие философской эпопеи происходит в средневековой Руси. Она повествует о жизни травника Арсения, уроженца Белозерских краев, который еще в детстве остался сиротой

Знаковое событие для российского театра и истории МХАТа

За постановку объемного и сложного произведения (по сути жития, не пьесы) Бояков впервые взялся еще во МХАТе им. Горького, который возглавлял с 2018 по 2021 год. Там в конце 2020-го состоялась первая премьера «Лавра». Уже тогда этот спектакль стал знаковым событием для российского театра. И тем более для истории «женского» МХАТа, который до прихода новой команды (вместе с Бояковым в нее входили писатель Захар Прилепин, а также погибший позднее актер и режиссер Сергей Пускепалис) давно не привлекал к себе столько внимания со стороны и публики, и критики. Впрочем, далеко не все театралы и театроведы были благосклонны к бояковской интерпретации романа Водолазкина. В том числе за то, что, помимо профессиональных артистов (например, роли Рассказчика и Лавра исполнял Дмитрий Певцов, а Устины — Алиса Гребенщикова), он пригласил и Леонида Якубовича, чьи интонации, известные всей стране, прочно ассоциируются с телешоу «Поле чудес».

Однако Боякову, который умеет не только создавать модные зрелища (в свое время на его спектакли в театр «Практика» стремилась попасть вся столичная богема), но и превращать их в глубокие по смыслу высказывания, удалось поставить сильный, яркий, мощный и грандиозный по масштабам спектакль.

Под большим впечатлением от переложения романа на сцену тогда остался и Водолазкин. Однако история «Лавра» во МХАТе закончилась вместе с уходом оттуда Боякова. После легендарный спектакль можно было увидеть в Театре Российской Армии.

Боякову, который умеет не только создавать модные зрелища, удалось поставить сильный, яркий, мощный и грандиозный по масштабам спектакль

Почему Бояков пригласил на роль Лавра Валерия Николаева

И вот теперь «Лавр» Боякова обрел новый дом и постоянную прописку. Как сказал худрук и режиссер на презентации спектакля, данная поставка — «флагманский проект» Театра на Малой Ордынке, который объединяет очень важные для него самого историю, религиозную тематику и современный язык.

Несмотря на то что канва спектакля осталась прежней, это, бесспорно, новая постановка, которая осмысливает в том числе современность последних лет. «События последних трех-четырех лет в стране и мире заставили нас по-новому взглянуть даже на суть этого произведения, ведь путь героя пролегает через Украину, Польшу, Вену и ведет в Иерусалим. Сегодня одни только названия этих мест, само упоминание границ литовских и русских земель звучат иначе — с абсолютно новой, мощной интонацией», — подчеркнул во время презентации спектакля режиссер.

Бояков уверен, что роман Водолазкина навсегда останется в истории русской литературы как вечный, но живой классический текст. При этом на сцене сегодня нужно создавать нечто новое и созвучное нынешнему дню. У Боякова это получилось. Его новая постановка «Лавра» воспринимается абсолютно современно даже несмотря на то, что в ней (наряду со сленгом) используется и древнеславянский язык.

Актер Валерий Николаев играет заглавную роль в премьерном блоке спектакля

Обновленный актерский состав и сценическая камерность тоже создают новое произведение. «На этой сцене мы получаем возможность совместить эпичность полотна с лиричностью высказывания», — отметил режиссер, подчеркнув большое значение в этом актерской индивидуальности Валерия Николаева, который играет заглавную роль в премьерном блоке спектакля.

Сам Николаев, которого массовый зритель полюбил еще в начале нулевых по телесериалу «День рождения буржуя» и который переживший трудные времена в своей личной и профессиональной жизни, признался, что для него участие в данной серьезной постановке — большая честь, ответственность и широкая возможность для актерского роста. При этом «Лавр» — уже вторая совместная работа Николаева и Боякова. Их сотрудничество началось на проекте «Соборная площадь», где актер исполнил роль атамана Заруцкого.

С февраля зрители смогут оценить трактовку заглавной роли в данной постановке народного артиста РФ и депутата Госдумы Певцова. Устину в этот раз играет Полина Каменева. В спектакле также задействованы Валентин Клементьев (Христофор), Якубович (старец Никандр).

Смысловое наполнение спектакля создают многоуровневые декорации, мультижанровые эффекты, красочно-завораживающие видеопроекции, яркие костюмы, оригинальные танцы, а также живая музыка

«Человек вас исцеляет, посвящает вам всю свою жизнь, а вы его всю жизнь мучаете»

Смысловое наполнение спектакля создают многоуровневые декорации, мультижанровые эффекты, красочно-завораживающие видеопроекции, яркие костюмы, оригинальные танцы, а также живая музыка. Музыканты Варвара Котова, Сергей Калачев и Илларион Брусс вплетают в уникальное музыкальное кружево разнообразие стилей и жанров — от знаменных распевов конца XVI века до народных духовных стихов конца XVIII века, от фолка и этно до рока и электроники. В спектакле используется и редчайший набор инструментов: помимо бас-гитары, это маримба, колесная лира, гусли, семантрон (ударный инструмент, который используют в восточных, восточно-православных и восточно-католических монастырях для созыва монахов на молитву).

Особенно проникают в душу лиричные напевы Котовой, в исполнении которой даже молитва Святому Духу воспринимается не только как сильное обращение к Богу, но и высочайшее произведение искусства.

Эдуард Бояков: «Что-нибудь русское дайте нам! И первый ответ – Shaman, Куртукова и Кадышева»

Это тоже не случайно. Ведь спектакль Боякова (как и роман Водолазкина) глубоко православный. Потому что он о любви и грехе, о смысле жизни и покаянии, о духовной победе и смерти, которой на самом деле нет, потому что, пока мы ходим по земле, мы можем исправить все ошибки и спастись. Чтобы у нас была такая возможность, Иисус Христос и принял мученическую крестную смерть. И это надо осознать.

Хотя это, возможно, самое сложное, как и понимание сути русского народа. Вот и в финале спектакля показателен диалог между немецким купцом и русским кузнецом. «Что вы за народ такой? Человек вас исцеляет, посвящает вам всю свою жизнь, а вы его всю жизнь мучаете. А когда он умирает, привязываете ему к ногам веревку, тащите его и обливаетесь слезами», — говорит купец.

— Ты живешь в нашей земле почти два года, а так ничегошеньки не понял про нее, — отвечает кузнец.

— А сами-то вы про нее понимаете? — спросил немец.

— Сами мы про нее, конечно, тоже не понимаем, — признает и русский.