Олег Ясинский: «Слова «фашизм» может оказаться мало для описания того кошмара, который уготован миру»

Олег Ясинский: «Дело Мадуро» просто не способно пройти через горнило сколько-нибудь серьезного и ответственного юридического процесса. Зато это судилище в Нью-Йорке могло бы превратиться в своего рода сеанс саморазоблачения американской власти» Фото предоставлено Олегом Ясинским

«Вопрос не в том, сможет ли Мадуро выиграть судебный процесс, а в том, чтобы он вообще дожил до суда»

— Олег Владиславович, несколько дней назад в США стартовал судебный процесс над похищенными президентом Венесуэлы Николасом Мадуро и его супругой Силией Флорес. На суде председательствует патриарх американской юриспруденции — 92-летний Элвин Хеллерстайн, известный в том числе по делу о терактах 11 сентября. Задам для начала простой вопрос: как вы оцениваете реальность предъявленных Мадуро обвинений? В том, что наркотерроризм существует, никто не сомневается, но какое отношение имеет к нему венесуэльский лидер?

— Я уже думал было упредить вас ответом, что простых вопросов в Латинской Америке, кажется, не осталось. Однако вопрос, который вы задали, на фоне всего остального действительно представляется простым. Главное центральное обвинение, которое выдвигают против Николаса Мадуро, состоит в том, что он якобы возглавлял так называемый Cartel de los Soles («Картель Солнц»). В частности, об этом заявил американский президент Дональд Трамп буквально к вечеру того же дня, когда Мадуро и его жена были похищены в Каракасе и насильственно вывезены на территорию США. Однако еще до начала процесса это утверждение было разоблачено, собственно, самой американской прессой, которая доказала, что никакого «Картеля Солнц» в природе никогда не существовало. Само название возникло потому, что на погонах высокопоставленных венесуэльских военных иногда встречается изображение солнца. Однако такие изображения встречались задолго до президентства Мадуро, который впервые возглавил свою страну в 2013 году, при том что легенда о Cartel de los Soles — можно сказать, главный фейк, на котором строилось не только похищение Мадуро, но и вообще вся нынешняя американская агрессия против Венесуэлы и в целом против Латинской Америки.

Что касается других обвинений вроде хранения огнестрельного оружия у себя дома, то есть в доме президента независимой страны, то это выглядит еще более смешно и гротескно, нежели обвинение Николаса Мадуро в том, что он является лидером некоего наркокартеля. Все это, вместе взятое, не выдерживает никакой серьезной критики, поскольку сами американские специалисты в теме незаконного оборота наркотиков прекрасно понимают, что в нынешнем мировом процессе наркотрафика Венесуэле отведена скромная и практически минимальная роль. Хотя бы потому, что в этой стране практически не растет кустарник кока и там нет и никогда не было никаких серьезных лабораторий по его переработке.

Таким образом, «дело Мадуро» просто не способно пройти через горнило сколько-нибудь серьезного и ответственного юридического процесса. Зато это судилище в Нью-Йорке могло бы превратиться в своего рода сеанс саморазоблачения американской власти. Если проводить исторические аналогии, то можно вспомнить знаменитую речь Фиделя Кастро на суде, когда его обвиняли в штурме казарм Монкада. Помнится, кубинский лидер в заключение произнес: «Приговорите меня! Это не имеет значения! История меня оправдает!»

Однако по этой же причине существуют серьезные опасения за безопасность Николаса Мадуро, пока он находится в центре предварительного заключения Бруклина. Мы знаем, что в американских и особенно нью-йоркских тюрьмах некоторые заключенные весьма часто и неожиданно заканчивают жизнь самоубийством, тем более те из них, публичный суд над которыми не выгоден властям в США.

— Вы подразумеваете Джеффри Эпштейна?

— Да, и не только его. Поэтому сейчас главный вопрос не в том, сможет ли Николас Мадуро выиграть судебный процесс, а в том, чтобы он вообще дожил до суда (после предварительного заседания 5 января рассмотрение «дела Мадуро» назначено на 17 марта — прим. ред.). Более того, следует рассуждать не о том, насколько этот процесс объективен или же тенденциозен, а о том, что все мы требуем немедленного прекращения этого международного произвола и возвращения Николаса Мадуро в свою страну на пост президента, который он не оставлял и который сохраняется за ним согласно закону.

Впрочем, президент США Дональд Трамп и американский госсекретарь Марко Рубио в последнее время не скрывают, что центральная тема во всей этой истории — это не борьба с наркокартелями, а венесуэльская нефть, а также контроль над западным полушарием. Что до всего остального, то это не более чем «лирика», которая активно распространяется в западной прессе и в интернете и в которую, к сожалению, охотно верят малообразованные люди.

«Следует рассуждать не о том, насколько этот процесс объективен или же тенденциозен, а о том, что все мы требуем немедленного прекращения этого международного произвола и возвращения Николаса Мадуро в свою страну на пост президента, который он не оставлял и который сохраняется за ним согласно закону» Фото: © IMAGO/Kyle Mazza / CNP /MediaPun / www.imago-images.de / www.globallookpress.com

«Наемники из Латинской Америки делают на Украине то единственное, в чем они профессионалы: убивают, пытают и запугивают население»

— Вы упомянули коку, благодаря которой осуществляется мировой наркотрафик из стран Латинской Америки в США, Западную Европу, некоторые страны Африки и так далее. Но это ведь целое «глубинное государство», как у нас любят говорить — криминальный deep state со своей экономикой и логистикой. Кому подчиняется это мировое криминальное государство? Быть может, Трамп просто хочет переподчинить его себе? Ведь в том новом мировом порядке, который он выстраивает, не должно оставаться сил, которые бы его не слушались или хотя бы с ним не считались.

— Прежде всего я думаю, что между deep state и наркогосударством нет никаких четких границ. Это одна и та же структура глобальной власти, где одно плавно или же резко перетекает в другое. Если еще в 1980-х во многих странах Латинской Америки и в самих Соединенных Штатах мы могли говорить о сотрудничестве между наркокартелями и государственными структурами, то теперь этот симбиоз зашел настолько далеко, что уже трудно сказать, где заканчивается одно и начинается другое.

При этом сюда же мы можем добавить сети организованной преступности, чье создание сначала было хорошо «откатано» в Колумбии, а затем и в Мексике. Я говорю о так называемых парамилитарес (paramilitares — военизированные структуры — прим. ред.), то есть об ультраправых боевиках, которые были крайне удобны «демократической власти» для запугивания несогласных, для отстрела журналистов, экологистов, правозащитников, адвокатов и прочих. Ведь государство всегда могло умыть руки и сказать: «Это не мы, а организованная преступность, с которой мы никак не можем справиться». В конце концов, все это пошло еще дальше, и из прежних колумбийских ультраправых возникли структуры «парамилитаризма» которые в настоящее время являются одними из самых главных поставщиков наемников на Украину — для участия в конфликте на стороне ВСУ. Ни для кого не секрет, что эти люди, нанимаемые в Латинской Америке, делают на Украине то единственное, в чем они профессионалы: убивают, пытают и запугивают население.

Как известно, в той же Колумбии наиболее эффективным инструментом для борьбы против левых партизан стала вовсе не колумбийская армия, а те, кто мог выполнять черную работу — «парамилитарес», пресловутые «Объединенные силы самообороны Колумбии (AUC)», которые жестоко расправлялись с крестьянами для того, чтобы лишить партизан социальной базы. Надо признать, это у них получилось. До сих пор в Колумбии слово «парамилитарес» является синонимом кошмара.

Не забудем и о том, что нынешний госсекретарь США Марко Рубио, сын кубинских эмигрантов, очень тесно связан с латиноамериканскими ультраправыми, в частности с колумбийскими боевиками. В числе его контактов и знаменитый мясник Альваро Урибе, бывший президентом Колумбии в 2002–2010 годах. Сейчас он приговорен к 12 годам домашнего ареста, но в недавнем прошлом именно Урибе руководил структурами «парамилитаризма» и был дружен с теми же группами, которые в открытую поддерживаются Марко Рубио.

То, о чем мы говорим, только небольшая, видимая нам вершина айсберга. Если бы мы могли копнуть глубже, то наверняка увидели бы еще более страшные, но при этом очевидные вещи. И в смысле поддержки «парамилитарес» и ультраправых в Колумбии, а также тех, кого в свое время в Сальвадоре и других латиноамериканских странах называли «эскадронами смерти». Наверняка мы могли бы различить тесную связь между ними и определенными кадрами из Республиканской партии, а также из Демократической партии США. Полагаю, что в этом контексте американские демократы и республиканцы почти ничем не отличаются друг от друга. Правда, со стороны демократов всегда было больше лицемерия, больше правильных, политкорректных заявлений и прочего. Но политика санкций против Кубы, политика блокады Венесуэлы и в целом политика США в отношении Латинской Америки от этого практически не менялась. Поэтому демократов и республиканцев можно рассматривать в рамках распространенной модели «добрый и злой следователь». При этом оба они всегда подчинены одной цели. То, что правительство Трампа сейчас делает совершенно откровенно, то же правительство Байдена делало более в мягких, менее гротескных и скандальных формах выражения. Однако между ними нет принципиальной разницы.

Если же говорить о наркотрафике как таковом, то он к настоящему моменту стал одним из основных двигателей современной капиталистической экономики наравне с торговлей оружием, трафиком живым товаром, торговлей людьми, сетями детской проституции и прочими видами криминальной «экономической деятельности». Могу предположить, что без огромного дохода за счет наркотрафика Соединенные Штаты Америки гораздо хуже выдерживали бы нынешний экономический кризис. Это и есть та неформальная экономика, которая поддерживает Вашингтон на плаву и работает через друзей Марко Рубио, через Майами, а также через олигархические наркомафии в Латинской Америке (да и, к сожалению, не только в ней).

При этом очень важно не воспринимать как центральное пугало лично господина Трампа или того же Рубио, а понимать, что они являются шестеренками огромной системы. Той самой системы, которая в настоящее время активно заработала, потому что это кому-то выгодно. Потому что мировая корпоративная власть, чьим главным управляющим является правительство Соединенных Штатов Америки, по всей видимости, почувствовала в настоящий момент, что другая сторона «дала слабину». С другой стороны, мы становимся свидетелями очередного глобального эксперимента, где в качестве подопытного кролика выступают народы Венесуэлы и Кубы, а со временем, не исключено, и всей Латинской Америки. Однако опять же это не связано с одними лишь непреходящими аппетитами США в отношении латиноамериканских государств. Таким образом выстраивается модель счастливого будущего для всего человечества.

— В том мировом криминальном государстве, о котором мы говорим, основной денежной единицей является криптовалюта. Но ведь именно криптовалютный рынок Трамп стремится поставить под свой контроль, разве не так?

— Говоря о криптовалютах и обо всем, с ними связанном, нельзя не упомянуть Найиба Букеле, сальвадорского президента, в чьей стране уже больше трех лет криптовалюта используется в качестве официального платежного средства. При этом именно Букеле установил в Сальвадоре полноценную фашистскую диктатуру, сделав это при поддержке более чем 90 процентов населения.

Как это обычно делается? Как правило, при помощи контролируемой из США и воспитанной, выращенной американцами организованной преступности (выращенной в смысле культурной модели, поскольку наркокультура сделалась главным продуктом экспорта из Соединенных Штатов в Латинскую Америку, подменив собой фольклор и настоящее искусство). Так вот, сначала улицы какой-то страны (для чистоты эксперимента желательно небольшой вроде Сальвадора) наводняются головорезами и беспощадными бандами, которые буквально держат население в ужасе. И действительно, до воцарения правительства Букеле в столице государства Сан-Сальвадоре было опасно даже днем просто нос из дома высунуть. А уж прогуляться по улицам было смертельно опасно для всех. Так вот, в течение многих лет такого психологического давления население страны доводится до того, что любая сильная рука воспринимается ими с восторгом. В результате к власти приходит проамериканский ультраправый режим, люди ему аплодируют и демократически его избирают. При этом известно, в частности, что команда Найиба Букеле построила самые большие и современные тюрьмы в западном полушарии, куда на коммерческой основе принимаются заключенные из США, и американцы за это платят.

Повторюсь: таким образом создаются новые общественные модели, которые затем, несомненно, перетекут в другие страны, причем не только западного, но и восточного полушария. Если, разумеется, этот процесс не удастся вовремя остановить.

Другие примеры: правительство Хавьера Милея в Аргентине или же откровенно путчистское правительство, которое пришло к власти в результате переворота в Перу. Сегодня все уже как-то подзабыли, что это правительство совершенно нелегитимно. Добавим сюда малолегитимное правительство в Эквадоре, которое устроило у себя «борьбу с международным терроризмом», предварительно искусственно стимулируя рост преступности в стране, а затем демонстративно призвав США на помощь, хотя все прекрасно знают, что главный анклав и центр операций наркотрафика, а также вооруженной преступности в Южной Америке — это именно Эквадор, находящийся под контролем очередного проамериканского правительства. Впрочем, подобных примеров можно привести еще достаточно много, чтобы доказать, что мы имеем дело не со случайностями, а с тенденцией.

«Очень важно не воспринимать как центральное пугало лично господина Трампа или того же Рубио, а понимать, что они являются шестеренками огромной системы. Той самой системы, которая в настоящее время активно заработала, потому что это кому-то выгодно» Фото: © Jim LoScalzo — Pool via CNP / Consolidated News Photos / www.globallookpress.com

«На наших глазах происходит уничтожение последних государств, которые еще сохранили суверенитет»

— Криминальный передел, который осуществляет Трамп, — это шаг к новому миропорядку, но только в теневой сфере?

— Полагаю, это новый шаг, новый виток в логичном развитии неолиберализма как мировой системы. Тот неолиберализм, который пытался править миром в последние 30 лет после разрушения Советского Союза, сейчас начинает давать слабину; можно сказать, что он практически исчерпался. К тому же ему почему-то вдруг пришло на ум, что в мире слишком много лишних людей, которых нерентабельно содержать, кормить, давать им какие-то объяснения и даже тратить время и энергию на создание fake news, призванных держать их разум и поведение под контролем. В результате странной и относительно недавней болезни, которую нельзя упоминать в сети, но разошедшейся по всей человеческой ойкумене под видом пандемии, система увидела, как легко и эффективно можно управлять населениями целых континентов и целых государств с разными социальными системами, а также каким мощным стимулом при этом может быть страх. Если объединить этот страх с новейшими достижениями науки (как биологии, так и человеческой психологии), пестуя при этом средства массовой информации, можно оперативно создавать параллельную реальность, которая чуть ли не для большинства населения нашей планеты окажется реальнее и действительнее, чем их собственная реальность.

Думаю, сегодня мы вполне можем говорить о том, что человечество снова толкают к фашизму. При этом слова «фашизм» может оказаться слишком мало для описания того кошмара, который на самом деле миру уготован, потому что фашизм был главным кошмаром ХХ века. Нынешняя власть многому у него научилась, но при этом похитила для собственного употребления немало антифашистских знамен, лозунгов и песен. Что до подлинных левых антифашистских сил и политических движений, то их не просто ослабили, а практически уничтожили — в разных «лабораториях» Сороса и других местах по идеологической переработке. В частности, провели массовую «идиотизацию» и «люмпенизацию» населения, одновременно разрушив систему государственного образования, да и само государство как таковое. Как правило, все это шло рука об руку вместе с лозунгами об индивидуальных свободах и о сокращении роли государства. Это были очень красивые лозунги для малообразованных людей, которые совершенно не понимают логики истории и не осознают, как легко было ими манипулировать, начиная с ранних цветных революций и заканчивая, а вернее, продолжая украинским «Евромайданом».

Массовые протесты, которые мы наблюдаем в Иране, свидетельствуют, что этот процесс еще далеко не завершен. Многое из того, что происходит в данный момент в мире, принадлежит к категории управляемых кризисов. Причем весь трагизм заключается в том, что никто при этом не отменял необходимость социальной борьбы, борьбы гражданского общества за социальную справедливость и за права человека. Все это остается не просто нерешенными задачами, но в какой-то степени еще более актуальными, нежели 20 или 30 лет назад. Однако авангард этой борьбы оказался полностью перехвачен западными спецслужбами и подконтрольной прессой, поэтому сейчас очень трудно во всем разобраться. Если же говорить в общих чертах, то на наших глазах происходит уничтожение последних государств, которые еще сохранили суверенитет и национальную независимость. И мне представляется, что самая главная задача в настоящий момент — защитить суверенитет стран, которые еще не подчинены глобальному монстру, поглощенному откровенным уничтожением человечества.

— Насколько государства Латинской Америки представлены среди стран, обладающих реальным суверенитетом? Что такое вообще латиноамериканский социализм? Ведь в той же Венесуэле правящая партия до сих пор носит название «социалистической». Впрочем, приходилось даже слышать термин «наркосоциализм» применительно к южноамериканскому континенту, под чем подразумевается некое сплетение организационных структур наркокартелей с социалистической моделью.

— Да, западная пресса очень любит этот термин, придуманный ею еще для Колумбии. Существуют его разные модификации: скажем, «наркокоммунисты», или же «нарко-кастро-чависты» и прочее. Западные журналисты изготовили немыслимый винегрет из абсолютно несовместимых вещей с точки зрения обычной человеческой логики. Хотя бы потому, что единственными последовательными борцами против наркокартелей в Колумбии являлись именно левые партизаны. Это было еще в 1980-х годах во времена Пабло Эскобара.

Соответственно, очень важно было создать мощный фейк, поддержанный сериями из Netflix, который и теперь свободно гуляет по миру, — о том, что колумбийское партизанское движение М-19 сотрудничало с картелем Медельина Пабло Эскобара, и другие подобные глупости. Пользуясь случаем, я хотел бы полностью это опровергнуть. Конечно, невозможно утверждать, что в Колумбии, где у ФАРК (Революционные вооружённые силы Колумбии — Армия народа — прим. ред.) были около 30–40 тысяч вооруженных бойцов, контролировавших чуть ли не треть территории страны, где в это время активно производились наркотики, никто из бойцов или командиров среднего звена не был связан с бизнесом наркокартелей. Но если это и случалось, то носило произвольный и несистемный характер. С такой же степенью достоверности сейчас можно рассуждать о венесуэльской армии, которая действует на территории, соприкасающейся с колумбийской границей, где функционируют сильные наркокартели и где ультраправые боевики то и дело переходят пограничную линию. Разумеется, там тоже имеет место коррупция, практически неизбежная в нашем мире. Но, когда эти отдельные случаи раскручиваются прессой и превращаются в некую тенденцию, это уже совсем другое. Из того обстоятельства, что некоторые венесуэльские военные могут сотрудничать с наркотрафиком, журналистами, а теперь и командой Трампа делается вывод, что Мадуро является лидером латиноамериканских наркомафий.

Точно так же лет 40 тому назад (видите, уже масса времени прошла, но ничего под луной не ново) колумбийская пресса начала использовать термин «наркопартизаны». Обыватель, который обыкновенно все войны и конфликты смотрит по телевизору, воспринял это за чистую монету и в самом деле начал верить в эту сказку. Так что рассказы про «наркокоммунизм» — это скорее смешно или очень грустно.

Что касается социалистической системы, то единственный реальный социализм, существовавший до сих пор в Латинской Америке, — это, бесспорно социалистическая Куба. В Венесуэле, опять же вопреки тому, о чем пишет пресса, никогда не было социализма. Никогда ни Уго Чавес, ни Николас Мадуро не заявляли, что в их стране построен социализм. Зато они говорили о своем намерении создать условия для строительства социализма XXI века, преодолев все недостатки и нерешенные проблемы социализма предшествующего столетия. К сожалению, Венесуэла просто не успела это сделать. Экономические блокады, постоянное давление извне, собственные ошибки и многие другие факторы не позволили стране реализовать такую роскошь, как строительство обновленного социализма XXI века.

Вместо этого Венесуэла все время находилась в глухой обороне, пытаясь сохранить хотя бы то, чего уже удалось достигнуть. Венесуэльская боливарианская революция, начатая при Чавесе, — это национально-освободительный проект, изначально предполагавший смешанную экономику. Пожалуй, самое социалистическое, чего удалось достигнуть в это время в Венесуэле — то, что государство сохранило в своих руках PDVSA, государственную нефтегазовую корпорацию, которая в то же время является крупнейшей государственной корпорацией в Латинской Америке. До того, как Уго Чавес пришел к власти, существовали планы по ее приватизации. Как вы помните, тогда превалировала тотальная мода на приватизацию как на панацею от всех проблем. Однако Чавес этого не допустил, и благодаря этому, без всякого преувеличения, были спасены сотни тысяч человеческих жизней. Создавалась эффективная система образования, здравоохранения и социальной защиты, причем не только для Венесуэлы. Когда венесуэльцам стало легче дышать, а блокада еще не удушила их до нынешнего состояния, официальный Каракас щедро помогал другим латиноамериканским странам, причем совершенно не социалистическим. Помогал строить собственную независимость (главным образом, от США) выплатив МВФ, к примеру, внешний долг Аргентины.

То есть Венесуэла при Уго Чавесе занималась совершенно недопустимыми вещами, которые не могли нравиться Соединенным Штатам Америки. Строился проект по-настоящему региональный и независимый для того, чтобы Венесуэла могла, как и вся Латинская Америка, получить шанс на собственный суверенитет. Раньше война против этого проекта была необъявленной, а сейчас она выглядит вполне открытой и объявленной, в первую очередь против Венесуэлы и против Кубы. Несомненно, что в этой логике рано или поздно также наступит очередь Никарагуа.

Между прочим, в Гондурасе — в маленькой стране, послужившей когда-то прототипом «банановой республики» для повести О’Генри «Короли и капуста», — сложилось в свое время прогрессивное правительство и весьма интересный режим. При правительстве Сиомары Кастро (правила с января 2022 года — прим. ред.) Гондурас показал себя как самодостаточная и независимая страна. Здесь были начаты очень интересные реформы — до тех пор, пока Трамп не приказал голосовать за своего кандидата, связанного с ультраправыми. Также ни для кого не секрет, что в Гондурасе находятся американские военные базы. Наряду с этим такой непримиримый борец с наркотрафиком, как Дональд Трамп, освободил в декабре прошлого года из американской тюрьмы Хуана Орландо Эрнандеса, бывшего президента Гондураса, крупного «наркотрафиканта», приговоренного к 45 годам заключения за то, что он пытался ввезти в США сотни тонн кокаина. Эрнандес был амнистирован Трампом в поддержку нового «демократического правительства» Гондураса. Что до выборов в Гондурасе, которые состоялись в ноябре прошлого года и привели к власти Насри Асфура (вступит в должность 27 января — прим. ред.), то до сих пор непонятно, насколько они были сфальсифицированы. Так или иначе, но США всеми своими инструментами в очередной раз на глазах у всего мира просто растерзали маленькую страну.

Эта тенденция выглядит очень нехорошей и тревожной. Аппетит, как известно, приходит во время еды. Нынешняя безнаказанность США может подвигнуть 47-го президента Соединенных Штатов на новые действия. Уже звучат прямые угрозы Кубе. Думаю, без максимально жесткого ответа со стороны стран Латинской Америки у всех, включая страны за океаном, в том числе и Россию, значительно добавится проблем.

«Есть очень мощные социальные движения — такие, например, как «Движение безземельных крестьян» в Бразилии, в котором участвуют миллионы людей» Фото: © Andre Borges / dpa / www.globallookpress.com

«Самый реальный социализм в нынешней Латинской Америке сосредоточен в индейских общинах»

— При таком количестве проамериканских правителей, которых вы перечислили, каков потенциал Латинской Америки в противостоянии с США? Есть ли там силы, способные объединиться и создать антиамериканский фронт?

— К счастью, современная Латинская Америка — это не только ее правительства. На южноамериканском континенте до сих пор живы ее народы, несмотря на то что новые поколения, так же, как и везде, обработаны социальными сетями, в которых мы все живем, и при этом воспитывались на руинах прежней системы государственного образования. Понятно, что пока наши и дружественные нам журналисты ходили на работу с понедельника по пятницу, а в пятницу с утра думали, как бы им поскорее уехать на дачу или когда же наконец наступит отпуск, враг работал намного профессиональнее. Тем более что это действительно идеологизированный враг. Пока у нас хвастались отсутствием всякой идеологии и полной свободой, с той стороны «крепили» идеологические ряды. При этом наши враги как тогда, так и сейчас работают круглосуточно, у них неограниченный бюджет, у них свои высококвалифицированные психологи, специалисты по социологии, социальным сетям и так далее, что позволяет им вести очень эффективную информационную войну. Ту самую, от которой мы, к сожалению, совершив огромную ошибку, отказались. Или сделали вид, что отказались. Однако я надеюсь, что никогда не поздно вернуться к недоделанным и незавершенным задачам.

Так вот, несмотря на все вышеперечисленное, в Латинской Америке есть множество людей, которые хорошо понимают, что происходит. Есть очень мощные социальные движения — такие, например, как «Движение безземельных крестьян в Бразилии», в котором участвуют миллионы людей. Есть Национальные боливарианские вооруженные силы Венесуэлы, которые практически полностью «чавистские» — особенно на уровне рядовых бойцов, а также на уровне низшего и среднего офицерского состава. Это целые поколения, воспитанные Уго Чавесом. Более того, огромная часть населения Венесуэлы поддерживает Чавеса и Мадуро и готова идти до конца.

Кроме того, есть Колумбия, в которой некоторые левые партизаны до сих пор не сложили оружие. И есть разоружившийся ФАРК, включающий в себя, несмотря ни на что, десятки тысяч людей, которые умеют пользоваться оружием. Кроме того, я думаю, в качестве объединяющего фактора для Латинской Америки может выступить Дональд Трамп. Фактически он уже напомнил латиноамериканцам о том, кем являются для них США и как важны национальная независимость и суверенитет.

Что Соединенные Штаты могут этому противопоставить? Понятно, что у Вашингтона есть возможность наносить эффективные воздушные удары. Кроме того, в их распоряжении — новейшие технологии, сверхмощные авианосцы и многое другое. Однако всего этого может оказаться недостаточно для успешных действий в глубине латиноамериканского континента — на территории, которую они не знают и которую контролировать совсем непросто.

Я не утверждаю, что Штаты не способны выиграть эту войну. Конечно, если США применят ядерное вооружение или если они выжгут всю латиноамериканскую сельву (влажные экваториальные леса — прим. ред.) с Андами заодно, то теоретически они могут добиться успеха. Однако человеческая и военная цена такой «виктории» будет неприемлемой для любого правительства США, в первую очередь для Трампа, который очень переживает по поводу своего рейтинга. Поэтому я думаю, что наземная операция, ввиду неизбежных при этом крупных человеческих потерь и пролития большой крови, остается неприемлемой для нынешнего хозяина Овального кабинета в Белом доме. В этом отношении у Латинской Америки сохраняется огромный потенциал и шанс отстоять свою независимость, несмотря на собственные проамериканские элиты.

— Я бы добавил сюда еще и фактор индейцев, живущих в латиноамериканских странах. Если в Северной Америке они в большинстве своем истреблены, то в Южной Америке их судьба сложилась более счастливо, в частности как через смешанные браки (знаю об этом не понаслышке), так и через упрямое сохранение своей идентичности. Говорят, что общая численность индейцев на этом континенте — около 40 миллионов человек.

— Совершенно верно, есть реальные индейские движения и организации, есть общинная культура, вполне социалистическая по своему духу. Я не сказал главного: самый реальный социализм в нынешней Латинской Америке сосредоточен в индейских общинах, в других отношениях с землей и отношениях между людьми. По сути, в настоящий момент это главная сила, которая останавливает транснациональные корпорации и спасает «мать-землю» вместе с сосредоточенными в ней ресурсами. Более того, в Латинской Америке есть серьезные индейские организации, которые настроены очень решительно. В связи с этим у многих латиноамериканских правительств неизбежно возникнут крупные внутренние проблемы, если они вовремя не поймут этого расклада сил.

«Мне хочется думать, что Венесуэле удастся сохранить себя в рамках нынешнего политического курса» Фото: © Javier Campos / dpa / www.globallookpress.com

«Кубинцы по традиции первыми пролили свою кровь»

— После похищения Николаса Мадуро исполняющей обязанности президента Венесуэлы стала вице-президент Дельси Родригес. На ваш взгляд, каковы ее шансы остаться у власти? Тем более что после своего переизбрания Мадуро так и не был признан легитимным венесуэльским лидером со стороны США.

— Возникает парадоксальная ситуация, которая сводится к тому, что Дональд Трамп, не признающий Николаса Мадуро в качестве президента Венесуэлы, тем не менее признает нынешнее правительство Дельси Родригес. По крайней мере, он ни разу после похищения Мадуро не говорил о нелегитимности нынешнего венесуэльского правительства.

Правда, это вовсе не означает, что Трамп вдруг заделался «хорошим» или же Родригес — такая «ужасная». Я думаю, американские эксперты и специалисты по Латинской Америке, которые как-то могут повлиять на решения Трампа и Белого дома, прекрасно понимают, что единственная возможность что-то решать в Венесуэле, которая до сих пор живет по боливарианской Конституции, — это не допустить там полного хаоса. Нынешнее венесуэльское правительство все-таки удерживает страну от хаоса и благодаря созданному механизму управления контролирует ситуацию. Вот если бы кому-то вдруг пришла мысль «десантировать» в Венесуэлу Марию Корину Мачадо, недавнюю лауреатку Нобелевской премии мира (хотя, с моей точки зрения, это была скорее Нобелевская премия войны), то там почти наверняка произошел бы социальный взрыв, поскольку Мачадо откровенно ненавидит бо́льшая часть венесуэльского населения. Поэтому, пока Штаты надеются каким-то образом договориться с Каракасом или выработать некий статус-кво, им выгоднее избегать любых резких движений.

Я совершенно уверен, что они боятся и венесуэльской армии, которая готова воевать с США, и вооруженного гражданского общества. При Уго Чавесе создавались так называемые колективос (colectivos) как органы народной самообороны. Это убежденные чависты, их десятки тысяч по стране, и у них есть оружие. Так что это реальная власть, с которой Штаты не хотят связываться, потому что вертолетов и десантников на всех не хватит.

Мне хочется думать, что Венесуэле удастся сохранить себя в рамках нынешнего политического курса. У большинства людей в венесуэльском правительстве есть убеждения и принципы и есть, в конце концов, чувство собственного достоинства. Таким образом, Венесуэла — совершенно не такая простая задача для Трампа, как ему могло казаться во время «кинематографической операции» по похищению Николаса Мадуро и его жены. Могу предположить, что настоящие проблемы США в Венесуэле только начинаются.

— Насколько велика угроза Кубе и правительству Мигеля Диаса-Канеля со стороны США?

— Куба настроена очень решительно. Вспомним, что первые военные, погибшие при защите правительства Николаса Мадуро и суверенитета Венесуэлы, были кубинцами.

— Погибли 32 человека, как сообщают СМИ.

— Скорее всего, даже больше. Можно предположить, что 32 человека погибли в первые два часа боя. Того самого боя при захвате Мадуро, который шел не 30 секунд и не 2 минуты, а как минимум 2 часа. Число погибших со стороны Соединенных Штатов, разумеется, неизвестно, тем более что сам Трамп заявил то, чего от него и ожидали: что у американского десанта нет потерь. На самом деле мы никак не можем этого проверить. Кубинцы являлись вторым кольцом охраны Мадуро. Что произошло с остальными кольцами — пока неизвестно, от Венесуэлы нет никакой официальной информации на этот счет. Однако факт остается фактом: кубинцы по традиции первыми пролили свою кровь, как они делали это прежде в Африке и Латинской Америке.

Последние месяцы на Кубе царили чувства отчаяния и усталости из-за огромного количества проблем, вызванных, главным образом, блокадой со стороны США. И вот, несмотря на крайне тяжелое внутреннее экономическое положение, на очевидные ошибки кубинского правительства, Остров свободы готов стоять до последнего, как в лучшие старые времена. Как только началась американская атака против Венесуэлы, кубинцы едва ли не раньше, чем сами венесуэльцы (я не хочу никого обижать, но это так), вышли на улицы с протестом против агрессии. Это сделали сотни тысяч уроженцев Кубы — без всяких указаний сверху и без каких-либо правительственных призывов и обращений. Потому что только венесуэльцам и кубинцам дано право самим решать, что будет с их обществами, их государствами и правительствами. Кубинское правительство тоже выразило полную решимость защищать остров, что не отменяет необходимости в максимальной поддержке со стороны России и Китая (если это возможно, не только экономической, но и военной) — так, чтобы Куба не оставалась наедине с монстром, готовым сожрать ее прямо сейчас.

— Как, на ваш взгляд, может сложиться судьба Николаса Мадуро и его супруги Силии Флорес? Вы уже поделились опасениями, что в бруклинской тюрьме с ними может случиться что угодно. А есть ли какие-то шансы на то, что требования вернуть Мадуро и его жену на родину может быть выполнено?

— Думаю, эти шансы есть и они достаточно велики. Многие эксперты, в том числе американские, сейчас говорят о том, что Трамп себе даже не представляет, какую проблему он создал для себя и своего правительства, похитив президента независимой страны, при том что он не в состоянии доказать его пресловутую вину. Поэтому нельзя исключать разные неожиданные политические ходы: от полного оправдания Николаса Мадуро до его досрочного освобождения. Это станет возможно, когда Трамп поймет, что ему выгоднее освободиться (в хорошем смысле этого слова) от Мадуро и попытаться как-то вернуть ситуацию к предыдущему статус-кво, нежели продолжать держать венесуэльского лидера в плену.

Впрочем, это зависит сейчас не от Дональда Трампа и не от Николаса Мадуро, который ведет себя очень достойно, а исключительно от того, как будут вести себя народы Латинской Америки, какую позицию займут страны глобального Юга и их союзники. В конце концов, мы все сейчас в одном окопе, против всех нас идет одна и та же война одними и теми же силами. Поэтому задача единства сейчас актуальнее, нежели когда бы то ни было.