Станислав Галиев Станислав Галиев Фото: Михаил Бормин

«С ЖЕНОЙ ЛЮБИМ ХОДИТЬ В РЕСТОРАН ТАТАРСКОЙ КУХНИ»

– Станислав, в начале сезона вы не могли забить, но не ходили грустным, не переставали улыбаться, не отказывались от общения с журналистами — в России это редкость. Сказалось то, что вы приехали из Северной Америки?

– Нельзя унывать, нужно всегда сохранять хорошее настроение, иначе будет только хуже. Продолжал общаться с журналистами, потому что это тоже часть моей работы — уважение к вам и болельщикам, которые хотят получать информацию.

– В НХЛ игра — праздник для болельщиков.

– В Казани для нас тоже каждая игра — праздник, почти полная арена собирается.

– Что удивило в Казани?

– Пока сложно ответить. В целом ничего не удивило. Другая площадка, но в остальном игра та же.

– Роб Клинкхаммер говорил, что ему было непривычно то, как здесь приветствуют друг друга.

– В Америке нет рукопожатий, для них это в диковинку.

– В АХЛ на игры ходит по 10 тысяч зрителей. Каково видеть пустые трибуны в некоторых городах КХЛ?

– В АХЛ тоже бывают пустые стадионы. Люди не всегда могут себе позволить поход на хоккей, а кроме того, есть города, где спорт может быть не на первом месте. Для нас это на втором плане, главное — показывать свою игру и выигрывать.

– Насколько отвыкли от жизни в России?

– Честно говоря, не отвыкал. Многие спрашивали: «Как ты будешь там, после стольких лет в Северной Америке?» Акклиматизация в России занимает всего пару дней. Все свое, родное.

– Почему в Казани вы снимаете квартиру, а не живете на базе?

– У нас собака, на базе с животными нельзя — такие правила. Кто-то говорил, что надо оставить ее с родителями в Москве, но мы везде берем ее с собой, словно ребенка.

– Вы родились и выросли в Москве. Как ощущаете себя в Казани?

– Москва — мегаполис, но, приехав в Казань, я очень сильно удивился. Очень красивый город, большой. Был удивлен, когда жена сказала, что ей понравилось. Для нас самое главное — у вас вкусная еда, мы с женой очень любим ходить в ресторан татарской кухни. И родители уже приезжали, им тоже все понравилось.

«НИКОГДА НЕ ИЗБЕГАЮ СИЛОВОЙ БОРЬБЫ»

– Эксперт «БИЗНЕС Online» Мика Норонен на старте сезона говорил: «Галиеву нужно расслабиться, на него давит новый клуб, новый контракт». Действительно было так?

– Да, была какая-то неуверенность, пришлось адаптироваться к новой системе игры. У нашего звена не получалось забить, на нас тоже было давление. Поговорили, поняли, что надо получать удовольствие от игры. Говорили на обедах или обсуждали какие-то моменты на ужинах — мы часто общаемся.

– Как вы анализируете свою игру?

– Просматриваю нарезки своих смен, которые нам присылают после каждого матча, потом тренеры подсказывают, что нужно изменить в игре.

– То, что оказались в запасе на два матча, помогло осознать ошибки?

– Да, это помогло — я посмотрел сверху игру и понял, что я должен изменить, чтобы стать полезным. Понял, как действует схема. Разбирать ошибки и делать анализ намного проще, когда смотришь со стороны.

– Некоторые специалисты отмечают, что вы не очень любите силовую борьбу.

– Я никогда не избегаю силовой борьбы, меня АХЛ многому научила.

– Появление Клинкхаммера помогло вашей тройке в этом плане?

– Он нам помогает под воротами, закрывает вратаря. Мы очень рады с ним играть, втроем постоянно с ним общаемся. Это очень умный, опытный игрок, где-то подсказывает нам.

– Он не может забить 21 матч...

– Ну мы уже ждем, когда это случится. В психологическом плане ему будет намного легче.

...
Фото: Bruce Bennett / gettyimages.com

«В ХЕРШИ ЕСТЬ ЗАПАХ ШОКОЛАДА, НО Я БЫ НЕ СКАЗАЛ, ЧТО ОН ПРИЯТНЫЙ»

– Сезон 2015/16 вы полностью провели в «Вашингтоне», но при этом играли мало и в фарм-клуб вас тоже не отправляли.

– Это был шаг назад, потому что играл мало. Но в то же время это был и шаг вперед, потому что я тренировался с такими мастерами. Но всегда хочется играть, приобретенный в играх опыт помогает в дальнейшем.

– Тренеры разговаривали индивидуально, объясняли, почему остаетесь в запасе?

– Нет, конечно, там такого не бывает. У нас была очень сильная команда, мы выиграли регулярный чемпионат и было всего две-три травмы за год — тяжело пробиться в состав.

– Сейчас состав «Вашингтона» стал слабее и игроки, которые с вами играли в АХЛ, — в главной команде. Не обидно?

– Я бы не сказал, что состав ослаб. Появились несколько молодых ребят, но когда они наберутся опыта, будут на первых ролях. Хочется пожелать удачи клубу и нашим ребятам — Жене Кузнецову, Диме Орлову, Саше Овечкину.

– В НХЛ всегда есть определенный ритуал, когда в команде появляется новичок.

– Я знал, что ребята что-то сделают. Сказали: «Иди на разминку один». Начал отказываться, говорят: «У тебя нет шанса». Ну пришлось выходить, кататься одному перед трибунами. (Улыбается.)

– В некоторых клубах бывают и совсем жесткие шутки.

– У нас все было нормально, весело, постоянно смеялись, некоторые американцы даже научились на русском разговаривать. Там каждый день приходишь на тренировку как на праздник, особенно когда команда выиграла.

– В НХЛ больше бросков, более силовой стиль игры, вы же стараетесь играть комбинационно. Насколько было тяжело?

– Там площадка меньше, меньше времени для принятия решений. Плюс тренеры в НХЛ очень много времени уделяют тактике при игре в обороне. Простора нет, и бывает, что нужно просто не потерять шайбу, забросить ее в зону, пытаться сохранить.

– В Херши есть знаменитая шоколадная фабрика. Запах шоколада в городе чувствуется?

– По утрам чувствовался, но я бы не сказал, что это приятный запах.

– После этого уже, наверное, не хочется есть шоколад?

– Нет, я любитель шоколада, меня это не останавливало. Шоколад в принципе одинаковый — что в США, что в России.

– В Херши не было скучно? Маленький город, всего 15 тысяч жителей.

– Я бы не сказал, что это серый город. У нас была отличная молодая команда, общались семьями. Иногда с женой пересматриваем фотографии тех времен и скучаем по нашей компании.

– Насколько тяжело было уезжать в Северную Америку и адаптироваться там?

– Самое трудное — выучить язык. Очень тяжело, когда не понимаешь, что говорят вокруг. Когда подучил язык, стало легче. В Херши со мной играл Дима Орлов, мы жили вместе, нам было комфортно.

– Некоторые критикуют Шипачева, который поехал за океан, совсем не зная языка.

– Многие ребята не знают языка, учат по ходу. Кому-то это не нужно, я не вправе осуждать Шипачева, потому что то, что случилось с ним, произошло не только из-за незнания языка. Конечно, ему было тяжело, ни одного русского в команде — новая культура, яркий город.

...
Фото: Сергей Елагин

«ЗНАЮ, ЧТО ОВЕЧКИН ОБЩАЕТСЯ С ПУТИНЫМ»

– Вы вернулись в Россию только в этом году. Что останавливало раньше?

– Наверное, то, что «Вашингтон» был заинтересован во мне, дал мне односторонний контракт на два года. Если бы его не было, то приехал бы раньше.

– Если бы вам снова дали двусторонний контракт, поехали бы обратно?

– Нет, после прошлого сезона я понял, что пора что-то менять.

– Когда начались переговоры с российскими клубами?

– По приезде в Россию, конец мая – начало июня. До этого я был не вправе вести переговоры.

– Права на вас принадлежали «Динамо», но были слухи об интересе «Салавата Юлаева».

– Конкретного разговора с ними не было. Знаю только, что мои права были у «Динамо».

– В какой-то момент вам вообще запретили тренироваться с каким-либо клубом.

– Не знаю, может быть, это была ошибка. Катался со знакомыми ребятами в Москве — с Орловым, Толчинским, Марченко.

– Вы не попали в состав сборной России на Кубок Карьяла. Как восприняли это?

– Нормально, есть над чем работать, никаких обид нет.

– Готовы к тому, что не поедете на Олимпиаду?

– Да, готов.

– Это было фактором для возвращения домой?

– Нет. Я знал, что из-за одного имени меня никто не возьмет, мне надо доказывать своей игрой и приносить результат команде.

– Александр Овечкин — самый известный российский хоккеист. Какой он в жизни?

– Хороший, веселый. Я познакомился с ним еще в «Динамо». Когда я только приехал в «Вашингтон», он мне очень помогал — я тогда еще не очень хорошо знал английский.

– Многие считают, что Овечкин — игрок одной точки, забивает из левого круга вбрасывания.

– Он забивает свои голы, делает свою работу. Многие так не умеют бросать с этой точки, может быть, поэтому так его называют. Он очень предан своей команде и делает все для побед.

– Недавно стало известно ,что он организовал движение Putin Team.

– Да, я толком не знаю, что это, но знаю, что они с президентом общаются.

– Готовы примкнуть?

– Нет, я в политику не влезаю, ничего в ней не понимаю.